Концепция Общественной Безопасности - КОБ в Украине Цель сайта - донести до людей информацию, которая может помочь вырваться из стереотипов мышления сформированных СМИ. Тем самым вывести человека на объективный уровень мышления и понимания окружающей действительности http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/index.php Tue, 23 May 2017 06:47:31 +0000 Joomla! 1.5 - Open Source Content Management ru-ru Жить рынком или семьей? http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/zhit-ryinkom-ili-semey.html http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/zhit-ryinkom-ili-semey.html Мы не начнем выбираться из нынешней ямы, если не решим одну задачу, к которой пока что даже не подступили. Если не найдем общего языка с молодежью и не объясним ей, что с нами произошло и почему продолжать эти "реформы" - верная гибель. А ведь это и себе-то объяснить непросто, иначе бы такая масса разумных людей в эту "реформу" не поверила.

 Но сегодня многие уже задумываются: что же это случилось с Россией, что наша огромная страна вдруг разом обнищала? Налоги дерут страшные, а бюджет - с гулькин нос. Подумайте: Австрия, маленькая нейтральная страна без армии, флота и собственной науки, с населением всего 8 млн. человек, имеет на этот год государственный бюджет в два раза больше, чем в России! В расчете на одного человека это в 50 раз больше - вещи уже просто несравнимые. Денег в честной части России нет уже ни на что. О науке, образовании и других признаках развитого государства и думать забыли. Солдат даже не кормят - так что Россия вообще уже почти не государство. Каждый уже про себя смирился: живешь - пока здоров, серьезно заболел - ложись и помирай. Ведь не будешь из-за операции продавать квартиру, навечно оставлять детей под забором. Тех, у кого денег хватает, мы почти и не знаем - они живут в ином мире и нас не касаются.

 Вспоминаешь о "застойных" временах, и не верится, что это было. Откуда все бралось? Одних танков и ракет столько наделали, что весь Запад и помыслить не мог нам угрожать, а не то чтобы какие-то иорданские "серые волки" разгуливали по Кавказу и стреляли в русских людей. Зарплату платили час в час. Если день получки приходился на воскресенье - давали в пятницу, а то народ был недоволен. На Севере города строили с бассейнами и зимними садами, а детей оттуда летом поголовно вывозили в Крым. И это было всем выгодно! Вот ведь в чем загадка. И государству было выгодно добывать там никель, и люди на Север ехали за "длинным рублем". Если бы кто-то сказал тогда, что шахтеры будут в забое падать в обморок от голода, а академики пускать себе пулю в лоб из-за того, что голодают их подчиненные, лучшие в мире ученые-атомщики, никто бы не поверил. Просто бы не поверил и даже посчитал бы такого пророка сумасшедшим.

* Должны же мы понять, что произошло. Ведь реформаторы получили в свои руки такие ценности и средства, каких ни одно правительство в мире никогда не имело. Прекратили производство вооружений - это умопомрачительная величина. Отобрали все сбережения целого народа - а это выходит около десятка нынешних годовых бюджетов. Снизили зарплату и пенсии в четыре раза, а после прошлогоднего августа - еще в три раза. Прекратили все капиталовложения в хозяйство. Заморозили все стройки. Распустили армию. Распродали заводы и флот. Почти всю нефть и газ гонят за рубеж, как в пасть зверю. Долгов набрали умопомрачительную сумму. И все это провалилось в какую-то черную дыру!

* Конечно, украли очень много. Тоже суммы небывалые хапнули наши честные реформаторы. Но все же никакой вор столько не утащит, сколько всего пропало. Дело глубже: что-то такое с нами сделали, что страну парализовало. Живем, проедая старые запасы. Как будто умерли в семье родители-кормильцы, а дети-паралитики сидят в холодной избе, доедают остатки и ждут смерти .

* А ведь реформа началась в 1988 году - больше десяти лет! Мы после войны за пять лет полностью восстановили страну, в которой немцы разбомбили половину жилья и убита была половина молодых мужчин. Уже в 1948 году достигли довоенного уровня промышленного производства, а в 1952 году его превысили в два с половиной раза. Как-то надо эту разницу объяснить, сказочками про страшного Сталина тут не отделаешься. Ведь ясно, что сломали у нас что-то самое главное, на чем Россия держалась, в чем была ее чудесная сила.

* ------------

* Сказать, что дело было в социализме и плановой системе, - это еще не все сказать. Трудность в том, что сломанная суть России - такая тонкая и незаметная глазу вещь, что людям никак не верится, будто тут нечто важное. Они думают: суть прячется в чем-то большом и грозном вроде танка или Кремля. А дело в жизнеустройстве. Оно соткано из тонких ниточек. Если сказать коротко, то страна может устроить жизнь своего народа как семью - или как рынок.

* Что лучше - дело вкуса, спорить бесполезно. Ведь в семье бывает отец-тиран, мать не велит дочери по ночам гулять, а то и братья драку затеют. Какие уж тут права человека! На рынке же все свободны, никто ничем никому не обязан: хочешь - покупай, не хочешь - мимо ступай. На цивилизованном рынке даже не обвешивают, чисто, полицейский вежливый и туалеты сверкают белизной, радуя Андрона Михалкова-Кончаловского. Но спутать невозможно: семья есть семья, рынок есть рынок.

* В России сейчас произошло именно это: жизнеустройство семьи попытались превратить в жизнеустройство рынка. Причем это было сказано открыто - да мы как будто не слышали, значения этому не придали. Даже не заинтересовались. Если бы поинтересовались, то могли бы предвидеть, что с нами будет. В мире была только одна цивилизация, которая вся устроилась по типу рынка, - Запад. Но известно, что это было бы невозможно, если бы он три века не высасывал огромных средств из колоний. Триста лет на одного европейца бесплатно работали четыре человека - индусы, африканцы, малайцы... самые плодородные земли, недра четырех континентов! На эти средства и были построены промышленность, шоссе и мосты, уютные дома и небоскребы. Эти средства работают и сегодня. Да и не только в мостах и заводах - даже средненький человек на них живет.

* Но вот колонии, казалось бы, освободились. Однако Запад нашел новые способы высасывать из них средства, в еще больших количествах. Западные фирмы завладели промышленностью, и так же, как раньше сырье и бананы, из "третьего мира" уже "добываются" машины, материалы, электроника. За гроши. И чуть где-то возникает угроза этим "жизненным интересам", мировой жандарм наносит страшный удар своей дубинкой. Если бы непрерывный поток средств из всего мира прекратился, мы бы увидели чудо - быстрое обнищание Запада, крах всей его экономики. А ведь люди там работящие. Почему же им так нужна подпитка извне?

* Причина в том, что жизнеустройство по типу рынка ужасно расточительно. Трудно даже вообразить. Мы этой изнанки просто не видим - за блеском небоскребов и мерседесов. Надо пожить на Западе их жизнью небогатого человека, и только тогда открывается эта безумная расточительность. Да, у них есть дома и мерседесы, они к тому же и скопидомы, зимой снега не выпросишь, но при этом такие огромные средства утекают у них сквозь пальцы, что глазам своим не веришь.

* Где же главные потери? Прежде всего в том, что огромные массы молодых и здоровых людей отвлекаются от производства реальных ценностей. Огромные трудовые ресурсы омертвляются безработицей. Семья живет по принципу "От каждого - по способности", здесь каждая голова, каждая пара рук работают, от ребенка до старика, каждый посильно. Рынок же обязательно отвергает более или менее значительную часть рук и голов, так он и поддерживает равновесие. Сегодня "резервная армия труда" велика даже на самом Западе. В Европе - около 20 млн. образованных, здоровых людей. Это такая колоссальная потеря, что нам трудно себе представить. Не говоря о том, что значительная часть усилий Запада уже направлена на "обслуживание" безработных (службы социальной помощи и занятости, психиатры и полиция). От этой потери СССР был избавлен, его хозяйство, устроенное по принципам семьи, обладало чудесной способностью опережающего роста потребности в рабочих руках.

* Вторая "черная дыра" - охрана. В семье все открыто. Сторожа у каждого шкафа ставить не надо. Если сын-шалопай и стянет из сумочки у матери мелочи на мороженое - не страшно. На Западе первое, что потрясало советского человека, когда он туда попадал, - невероятное число охраны. В любом паршивом магазине - здоровые парни в форме, да еще в отдельном помещении сидят неотступно двое у телевизоров (во всех углах торгового зала тебя озирает телеглаз, крутится туда-сюда). Много охраны на Западе, но ему далеко до стран с рыночной "дополняющей" экономикой (а только такой и может стать Россия). Я жил в университетском городке близ Сан-Паулу (Бразилия), далеко от трущоб большого города. И все же в поселке преподавателей по аллеям все время курсируют джипы с охранниками. Внутри этого поселка, за высокой стеной - цитадель, дома богатых профессоров. Вдоль стены ходят автоматчики. Профессор, у которого я жил, нанимает охранника, который возит его дочку в балетную студию.

* Да и у нас уже посмотрите- у каждого кафе три-четыре здоровых лба чуть не с автоматами. Вокруг каждого коммерсанта - целая свора юношей с мобильными телефонами. Телохранители! Директор средненького завода уже не выйдет в цех без мордоворотов-охранников. В институте, где я работаю, раньше на вахте сидела баба Маня, вязала носок - теперь в штате шесть красавцев с профессорским окладом. Всей этой охранной братии в России уже, как считают, более 5 миллионов. Все они паразитируют на нашем труде. И это только начало. Как только рабочие начнут бунтовать, а это неизбежно, хозяева наймут целые отряды бандитов.

* Третья прорва, в которую при рынке отсасывают рабочие руки и головы, - банки. У нас в СССР их не было, семья обходилась без банка. Был Госбанк, который распределял в хозяйстве безналичные деньги, контролировал взаимозачеты предприятий. Была сберкасса. Со всем этим делом управлялось небольшое число милых женщин (даже милиции в сберкассах не было). На Западе в каждом городе банки - как спрут, который все охватил своими щупальцами. Банки занимают главные здания в центре и большую часть первых этажей всех зданий вообще. В конце рабочего дня из банков-небоскребов течет, как из муравейника, такой поток людей, что страшно становится. Что же это за образ жизни, если чуть ли не треть молодежи тратит свои лучшие годы, подсчитывая чьи-то центы и доллары? У нас банки еще ничтожны, все они в России в сумме - как один крупный западный банк. Но уже видно, сколько они могут поглотить в свое чрево способных молодых людей, отвлечь их от полезного труда.

* Наконец, всем уже видно, какую массу людей может сожрать мелочная торговля. Запад - это единственная цивилизация, где основная масса народа не трудится в поле или на заводе, а сидит по лавочкам и магазинчикам. Нам это представляли как идеал. Да, вроде бы удобно. Заходишь в магазинчик, звякает колокольчик, выбегает хозяйчик, чуть тебя не обнимает, отвязаться трудно. Но когда прикинешь, сколько здоровых и умных людей просиживают в этих лавочках и магазинчиках всю свою данную Богом жизнь, становится жутко. Ведь тоска смертная. Сидеть целый день, продать три-четыре пары обуви или брюк.

* Конечно, в СССР уж слишком все были втянуты в производство, в торговле персонала явно не хватало. Через руки бедных девушек-продавщиц проходила огромная масса товаров. И они выбивались из сил, к вечеру чуть не падали, и людям неудобно. Это по мере возможности можно было бы менять - но ведь не устраивать то, что мы видим сегодня, когда полстраны сидит без дела по ларькам и на углах. Один календарики продает, у другой - две пары носков. Скажут: это - издержки переходного периода. Нет, товарищи дорогие! На Западе - то же самое, только лавочки там хорошо обустроенные, теплые и уютные. А суть та же - бессмысленная трата человеческой силы и души. И, конечно, огромные издержки, которые ложатся на тех, кто производит полезные вещи.

* Я жил в Сарагосе, среднем испанском городе, около полумиллиона жителей. В нем полсотни автосалонов - хорошие помещения, все освещено, куча клерков. Меня это удивляло, я все спрашивал: зачем такие траты? Ведь машины-то одни и те же, десятка два моделей. Собрать их в пару салонов, пусть люди посмотрят, оформят заказ - и все. Нет, надо занять массу людей, в каждой торговой фирме свои маленькие уловки, какие-то мелкие подарки, суета. Наверное, эта чушь людям нравится. Но ведь оплачивается она страшным перерасходом человеческих жизней. И тяжелым трудом тех, кто за сценой. Даже тех же испанских рабочих, что не могут оторваться от конвейера и должны мочиться прямо в комбинезон, в прокладки вроде толстого "тампакса".

* ------------

* Мы, в массе своей, не понимали, в чем суть нашей советской жизни. Старики, может, понимали лучше нас, но они вымерли, а нам как следует объяснить не сумели. И мы очень много внимания уделяли дефектам и несуразностям (а их достаточно при любом типе жизни) и не замечали главного. Главное нам казалось как бы явлением природы, которое не может исчезнуть по воле Ельцина. Нам не только бесплатный врач казался чем-то естественным, вроде воздуха и солнца. Мы звонили по телефону за две копейки и за пятачок ехали на метро через весь город. И считалось, что так и должно быть. Мы даже не замечали, что это - часть жизнеустройства, созданного тщательно нашими отцами. Что само по себе так не бывает, а если это жизнеустройство сломать, то этого и не будет.

* Уже и зарплата наша, небольшая, но вполне сносная, казалась таким же неотъемлемым правом. Как это не дать мне зарплату! Это наше удивление, от которого мы никак не можем опомниться, по инерции идет от нашей жизни в стране как семье. Эта привычка нам сослужила плохую службу, да и сейчас еще не дает взглянуть правде в глаза. Оторопели и никак не соберемся с мыслями.

* Ведь все еще можно поправить, надо только понять, чего мы хотим и что невозможно, как бы нас ни заманивал Гайдар и ни гнал Чубайс. Чтобы нам в нашей холодной стране тепло и сытно устроиться не семьей, а рынком, надо уморить две трети сограждан. Выморозить Север и Сибирь, распродать землю и месторождения. И тогда те зубастые, что выживут, какое-то время смогут наслаждаться, пока не проедят выручку. А потом и сами друг друга перегрызут.

* Давайте, пока мы еще совсем не обессилели, взглянем на вещи трезво и начнем выруливать на тот путь, что предназначен нам судьбой, - жить в семье, а не в рынке. Надо только самим признать и молодым объяснить, что в старую семью не вернуться и тащить в нее никто не собирается. В каждом поколении семья уже в чем-то другая (да и советский строй в каждом поколении менялся). Бывает, малограмотный и тяжело трудившийся отец порол детей - а своих детей его сыновья воспитывают уже словом и примером. Но если эти сыновья имеют ум и сердце, то поймут, что в главном тип жизни сохранился. Семья есть семья.

]]>
admin@kob.in.ua (Administrator) Опять вопросы вождям Wed, 08 Jun 2011 10:50:17 +0000
Глава 12. Некоторые черты советской цивилизации http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-12-nekotoryie-chertyi-sovetskoy-tsivilizatsii.html http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-12-nekotoryie-chertyi-sovetskoy-tsivilizatsii.html Первое, что требуется для преодоления катастрофических последствий перестройки и "реформы", - это восстановление способности здраво оценивать реальность и логично мыслить. Эту способность из нас вышибали долго, причем действуя с двух сторон: как интеллигенты, бывшие на службе у Суслова и Яковлева, так и их соратники - соперники диссиденты.

Одна из главных задач сегодня - спокойно разобраться в сути той разновидности Российской цивилизации, которая оформилась в этом веке как советский строй. Без этого мы не поймем, что сегодня ломают, во что это обойдется народу, что мы должны защищать до последней возможности. Без этого мы не выберемся из ямы - или выберемся слишком страшной ценой.

 Понять или хотя бы кратко описать тип цивилизации - огромный труд. Он облегчается в страшное времия - именно когда цивилизацию разрушают. На изломе видно то, что не привлекает внимания в спокойное время. Наметим здесь (лишь слегка, крупными мазками) отдельные черты образа нашего жизнеустройства, используя контраст - тот идеализированный "Запад", который нам задали как образец в идеологии перестройки и "реформы".

За ширмой либерализма

Тема тоталитаризма сталинской системы, "троянский конь" перестройки - одна из самых модных в западной философии. И там ее, как и у нас, запрещено рассматривать в реальной исторической перспективе.

 Вот выдержки из доклада философа из Чикаго Билла Мартина на недавнем симпозиуме, посвященном тоталитаризму: "Вначале критика тоталитаризма развивалась в двух направлениях, одно ассоциировалось с Адорно и Хоркхаймером, другое - с Ханной Арендт. Последнее было вознесено до небес либералами холодной войны, ибо оно обеляло Запад и прекрасно устраивало США. В соответствии с интересами США Арендт противопоставляет Сталина и Гитлера "открытому обществу". Но это - слишком упрощенная картина. Правда, что Сталин внедрял марксизм тотализирующим образом, усугубляя некоторые тенденции, изначально имевшиеся в марксизме. Но с задачами какого рода столкнулся Сталин? Этот вопрос никогда не задавали себе либералы типа Арендт и Дьюи. Сталин и другие лидеры КПСС решали задачу преобразования типа жизни, приводившего к огромным страданиям, в тип жизни, ведущей к постоянному улучшению для основной массы населения. И это было самым концентрированным выражением войны двух миров. Сталин решал задачу освобождения значительной части земли и населения всего мира из тисков империализма... Сталин сделал огромное количество ошибок и зла. Однако, при всех этих ошибках, именно Сталин и советский народ разбили нацистов, понеся неизмеримые жертвы. Ни тогда, ни сегодня "либералы" не могут похвастать чем либо подобным, и вопрос о столкновении двух тотализирующих идеологий должен рассматриваться именно в этом плане... Правда в том, что "либералы", которые предложили видеть действительность как "столкновение либерализма с тоталитаризмом", были либералами холодной войны, чье понимание мира было совершенно манихейским и, таким образом, тоталитарным".

* Билл Мартин упрекает американских либералов в том, что они сегодня замалчивают известный исторический факт: советский народ в условиях тотализирующего сталинизма смог разбить гитлеровский тоталитаризм, реально угрожавший цивилизации.

* Российские либералы-евроцентристы идут гораздо дальше американских. Исходя из принципа "Запад всегда прав", они уже доходят практически до полного оправдания гитлеризма. Это становится тем более гротескным, что особую активность в оправдании нацизма проявляют еврейские интеллектуалы. Так, Исаак Фридберг в большой статье "Драматургия истории: опасность всегда исходила только с Востока" переживает трагедию нордических защитников демократии: "Финансирование национал-социализма было трагической попыткой Запада защититься от российской экспансии в коммунистической оболочке... Вторая мировая война с ее чудовищными, трагическими потерями для славянских, немецкого и еврейского этносов была следствием ошибочной российской внешнеполитической доктрины".

* Важно, что коммунистической, по мнению Фридберга, была только оболочка , а корни трагедии Запада - в постоянной экспансии России . При этом наши либералы так обращаются с историей, что каждый раз недоумеваешь: то ли их самих ослепила идеология, то ли они надеются ослепить читателя? Сейчас одна из главных тем их песенки - создание образа исторического и вечного врага России в лице Востока, вообще нехристианских народов. В мягкой форме этим занимался уже Илья Эренбург. Сегодня особенно плодовито работает В.Кантор, а иногда тоненьким голоском подпевают и демократки вроде Новодворской. Она по установленной схеме оплакивает Россию, которую погубили православие и татары: "Нас похоронили не под Нарвой, не на поле Куликовом. Нас похоронили при Калке. Нас похоронили в Золотой Орде. Нас похоронила Византия, и геополитика нас отпела".

* Фридберг вещает: "Никогда, за всю историю России, Запад не стремился к уничтожению Российского государства... На всем обозримом историческом пространстве угроза существованию России всегда приходила только с Востока". Ложь, прикрытой словесными трюками. С Востока шли в ХШ веке степняки, которые отвергали саму идею разрушения местных государственных и религиозных структур, ибо жили благодаря симбиозу с ними, получая дань. Этот вопрос хорошо изучен, здесь сходятся такие разные историки, как Тойнби и Гумилев.

* Посмотрим на Запад. Стремились ли тевтоны к уничтожению русской государственности? Да нет, цель нашествий обычно в трансформации враждебного государства, его реальном подчинении путем внедрения своей информационно-культурной матрицы, выгодного себе механизма формирования новой национальной элиты - по типу того, как вирус трансформирует клетку, внедряя свою молекулу ДНК. Тевтоны лишь хотели расчленить складывающуюся Россию, обратить в католичество, внедрить "западный" тип земельной собственности (сегодня наши либералы чуть не плачут изза того, что миссия тевтонов не удалась). И это была бы перестройка, несовместимая с жизнью русского этноса - потому-то Александр Невский и поехал в Орду брататься с сыном Батыя (кстати, христианином) и дал бой тевтонам. Потому-то он и стал святым русской земли.

* Пойдем дальше по "обозримому историческому пространству". Стремились ли поляки с Тушинским Вором уничтожить Россию? Да нет, хотели посадить на престол своего ставленника, пограбить и превратить куски распавшейся России в своих вассалов - только и всего. А чего хотели Наполеон или Гитлер? Да только изменить генотип России. Ну, Гитлер пожестче - с уничтожением ряда крупных городов и значительной части славянского населения (и, если забыл г-н Фридберг, с полным истреблением евреев, составляющих неотъемлемую часть России). Ну разве это можно считать угрозой с Запада?

* А чего хотят сегодня наши друзья с Запада, которые, по словам Фридберга, всегда заботились о процветании Россиии и "оказывали ей массированную помощь"? Дадим слово эксперту - З.Бжезинскому. В момент токийской встречи "семерки" в 1993 г. он выступил с советами о том, как надо "помогать России". Вот его общее указание: "Программа западной помощи должна быть подчинена четкому определению собственных геополитических интересов Запада в преобразовании бывшего Советского Союза". Как же следует заботиться об интересах Запада и преобразовывать СССР? Грубо говоря, углубляя перестройку - отрывая бывшие республики СССР от России и отрывая периферию России от ее ядра: "Запад должен не проявлять колебаний и заявить совершенно открыто, что именно установление нового геополитического плюрализма в пространстве, которое ранее занимал Советский Союз, является одной из главных целей политики западной помощи. Это совершенно ясно означает, что Запад не должен позволить, чтобы Кремль принял на себя какую-то особую политическую роль в этом пространстве, на что он в последнее время высказывал претензии".

* Вот вам, Борис Николаевич, и "возрождение России" вместе с ее "суверенитетом". Бывший советник Картера перечисляет меры, на которых в России "должны в приоритетном порядке сосредоточиться ее западные друзья". Среди них "все сметающая на своем пути децентрализация государственных структур России, благодаря чему периферийные регионы легко превратятся во внешние, но соседние области экономического процветания". Здесь наш "западный друг" использует удачный опыт по расчленению арабских стран с выделением "зон экономического процветания", контролируемых западными друзьями. Так в свое время из Ирака был выделен Кувейт. Результаты, как говорится, на лице.

* Особое значение американский "архитектор перестройки" придает Украине, которую надо обязательно отвлечь от восстановления исторических связей с Россией. Главный инструмент - разрыв еще не окончательно разорванной экономической ткани. "Запад должен понимать, - диктует всей передовой цивилизации профессор, - что бывший Советский Союз создал единое экономическое пространство, основанное на монопольной взаимозависимости".

* Как разумный американец, Бжезинский понимает, что геополитика геополитикой, а разорвать такое пространство - дороговато выйдет. Он требует взаимопомощи, "определенного разделения труда" в свежевании СССР: "Японии больше сосредоточиться на Дальнем Востоке России и в республиках Средней Азии, Германии приложить особые усилия на Украине, а также в западных областях России (то есть, в Санкт-Петербурге), а Соединенным Штатам помимо кооперации с Россией в ее проектах реформы развивать совместные проекты с некоторыми ключевыми нерусскими государствами (такими как Украина и Казахстан)".

* Ну что нового во всем этом? Застарелый страх перед Россией как особой целостностью, ненависть к ней и стремление эту целостность разрушить. И раньше таких теоретиков было на Западе хоть пруд пруди. А новое то, что раньше они не были желанными гостями московской интеллигенции, и их планы не пересказывались внутри России виднейшими представителями ее интеллектуальной элиты и "совести", и проводники этих идей не становились ректорами всяких гуманитарных университетов и советниками государей.

* Но и это уже не важно. Или всех этих ректоров и демократок смоет, как пену, или Россия на время расколется, и мы заживем нашей тайной, никак с ними не связанной жизнью, выгрызая у них почву из-под ног и точа нож. Печальнее то, что и наша "просвещенная" оппозиция в своей трактовке советского тоталитаризма побрела на дудочку Ханны Арендт. Хорошо было быть кухонным либералом в начале 80-х, рассуждать о Сталине за кофе после хорошего дружеского ужина. Но петь ту же песенку, когда в метро у тебя голодный ребенок просит подаяние - свинство. Ведь в сердце этого ребенка и взрастает будущий сталинизм.

* Сегодня мы должны взвешивать все на верных весах. В земной жизни идеалы не достигаются - надо сравнивать реальность. Философы Адорно и Хоркхаймер в своей критике тоталитаризма так и делают. И приходят к выводу, что государство-Левиафан, порожденное гражданским обществом Запада и опирающееся на "индустрию культуры" (прессу, ТВ, школу), как раз и является самым тоталитарным. Историк А.Тойнби подчеркивает: "В западном мире... в конце концов последовало появление тоталитарного типа государства, сочетающего в себе западный гений организации и механизации с дьявольской способностью порабощения душ, которой могли позавидовать тираны всех времен и народов... Возрождение поклонения Левиафану стало религией, и каждый житель Запада внес в этот процесс свою лепту".

* Действительно, никакой восточный тиран, включая Сталина, западному Левиафану и в подметки не годится. Но никто из наших социологов и историков не попытался выявить профиль воздействия на человека в разных типах тоталитаризма. А я могу утверждать, что в целом сталинизм не искалечил, сохранил целостного человека - война прекрасно это показала. А тоталитаризм демократического Запада полностью "одомашнил" человека, превратил его в жвачное животное. У него даже секс стал лишь физиологией - интенсивность возросла, но нет ни драмы любви, ни ревности. Конрад Лоренц изучал этот процесс как антрополог и видел в этом "одомашнивании" трагедию Запада. Эту трагедию не поняли российские радикальные либералы начала века, в чем их и обвиняли наши философы-эмигранты. А сегодняшние либералы понимают еще меньше.

* Интеллигенты, которые настраивали доверчивых людей против советского строя как опасного своей жестокостью - ибо в истоках его был сталинизм, совершили колоссальный подлог. В развитии российского типа жизни приступ жестокости уже пройден при сталинизме, и такие явления на одной траектории дважды не повторяются. Кстати, в России этот период оказался гораздо менее кровавым, чем на Западе - там только женщин ("ведьм") сожгли около миллиона. А вот при повороте всей жизни, при сломе траектории мы почти с неизбежностью снова пройдем через эту баню, как было с немцами, которые попытались вернуться от индивидуализма к архаике через фашизм.

* И получается, что наша оппозиция приняла навязанную ей "антитоталитарную" риторику либералов и согласна на этот поворот - она теперь тоже за гражданское общество, только каждая партия добавляет свои пожелания: одним оставь православие, другим социализм да СССР. Да в конце концов пообещают им эти конфетки, все равно тратиться на них не придется. При сломе России начнутся такие землетрясения, что все об этом забудут.

* Зачем я поднимаю вопросы, по которым есть острые разногласия? Ведь всем так хочется согласия, так давайте, мол, говорить о том, что нас объединяет. А что нас объединяет? Отвечают: желание спасти Россию. Да что такое Россия - вот в чем суть. Ставьте вопрос ребром! Мне, например, Деникин, принявший Сталина как меньшее зло, ближе Горбачева с его социалистическим выбором. Хотя, наверное, при Горбачеве я бы лично цивилизованно процветал, а при Деникине и при Сталине мне с большой вероятностью отвинтили бы голову.

* Пока каждое течение в оппозиции не прояснит для себя "последние", самые неприятные вопросы, она так и будет ходить по кругу с песенками про согласие, когда ни в одной части нет четкого идейного стержня. Прояснили вопрос - и закрыли его хотя бы на время, заключили договор, чтобы не вылезал каждую неделю Солоухин со своим антитоталитаризмом. Тогда и начнут прибывать люди.

* ("Советская Россия" Июнь 1994 г.)

*


Коммунизм и религия: трудный вопрос к выборам

Один из вопросов, часто задаваемых избирателями кандидатам от КПРФ - отношение к религии. Говорят: большевики взрывали храмы и расстреливали священников. А что будет, если они снова придут к власти?

* На этот вопрос обычно отвечают так: нынешние коммунисты другие. Теперь даже устав разрешает члену партии быть верующим - чего же еще? Еще вспоминают, что секретарь райкома помогал отремонтировать храм, и что "у меня, коммуниста, бабушка была верующая, а я ее не обижал". Иной раз даже упомянут, что "моральный кодекс строителей коммунизма" - это те же десять заповедей. Что коммунисты сегодня - это как бы просто светские христиане.

* На этом диалог обычно кончается, и вроде бы вопрос снят. На мой взгляд, это не так. Во-первых, слащавый тон лишь вредит, так что кое-кто про себя подумает: это сегодня коммунисты такие добрые, пока боятся Ельцина, а придут к власти - отыграются. А следовать заповеди "не укради" - вовсе не значит быть религиозным человеком. Я бы даже сказал, что эти обычные ответы - не о том, они оставляют у людей смутное разочарование.

* Я вижу проблему по-другому. Религиозный вопрос был главным в перестройке, этой прелюдии к реформе Гайдара-Чубайса. Недаром А.Н.Яковлев твердил о Реформации России. Если бы удалось сломать религиозное чувство русского народа, дело было бы решено. Но этот слом не удался. Как же стоит вопрос? Главный конфликт - не в столкновении большевиков с той организацией (церковью), в которой оформлялись конкретные конфессии. Хотя это, конечно, драматическое столкновение. Несравненно более глубокой является борьба внерелигиозного мироощущения с любым религиозным чувством. Такой борьбы большевики не вели никогда, а вот рыночное общество ведет ее с самого своего возникновения.

* Дело даже не в том, что действия большевиков в 20-30-е годы были частью гражданской войны, в которой, на беду России, церковь в целом не стала арбитром, а активно выступила на стороне одной, к тому же побежденной стороны (а до этого была активной частью царизма, который деградировал и потерял авторитет). Это важно, но не главное. Главное, что сама русская революция была глубоко религиозным движением (хотя и антицерковным). Большевизм был неоднороден, и можно было бы свалить его зверства на антиправославную западническую ветвь. Это было, но не надо и такого упрощения. И почвенные большевики, патриоты и державники, долго были антицерковниками, вплоть до национального примирения в войне с Германией.

* Я бы сказал, что этот большевизм был ересью православия, им двигала именно православная любовь к ближнему - но избыточная, страстная. Мы не поняли этой мысли философов-эмигрантов, ни даже этой мысли Андрея Платонова в "Чевенгуре". Академик Шаталин издевался: большевизм - это хилиазм ХХ века. Хилиазм - ересь ранних христиан, веривших в возможность построения Царства Божия на земле. Шаталин был в этом прав, а вот достойно ли это издевательства - вопрос совести. Большевики разрушали церкви как капища "неправильной" религии, они замещали их другими церквями и другими иконами. Это было страстное столкновение двух религиозных представлений о правде. Такие разломы пережили в молодости все нации, в Европе раньше, чем у нас (и несравненно тяжелее - в Германии было уничтожено 2/3 населения). Когда страсть вошла в берега, конфликт утих. КП РФ такую страсть в принципе не может разжечь, религии по заказу не создаются. С будущим ясно.

* А вот первый вывод о прошлом. Русские коммунисты не подавляли религиозного чувства, не посягали на него, они сами были его носителями. Советский человек был (и в большинстве своем остался) глубоко религиозным. Как же это понять? Как же наш атеизм? И русские философы, и западные теологи объясняют, что основой религиозного чувства является особая способность человека чувствовать, воспринимать сокровенный, священный смысл событий, действий, отношений. Это, а не вера в конкретного бога, главное.

* Такой человек ощущает священный смысл хлеба и земли, тайный смысл рождения, болезни, смерти. Для него может иметь сакральную (священную) сторону Родина, Армия, даже завод, построенный жертвами отцов. Такой человек чувствует долг перед мертвыми и слушает их совет при решении земных дел. Говорят, что у тех, кто обладает такой способностью, есть "естественный религиозный орган". У советских людей, включая атеистов, этот орган был очень развит - и даже хорошо изучен нашими противниками. Они его и использовали, и разрушали все эти десять лет.

* И государство, созданное "коммунистами и беспартийными", было проникнуто религиозным чувством - в этом была и его сила, и его слабость. Н.Бердяев, отрицавший социализм, признавал: "Социалистическое государство не есть секулярное государство, это - сакральное государство. Оно походит на авторитарное теократическое государство. Социализм исповедует мессианскую веру. Хранителями мессианской "идеи" пролетариата является особенная иерархия - коммунистическая партия, крайне централизованная и обладающая диктаторской властью".

* Итак, большевики не разрушили, а даже укрепили главную основу религии - саму способность одухотворять мир священным смыслом. Потому они и увлекли народ, и даже индустриализация была в России типичным религиозным подвижничеством, вроде немыслимого по страсти и творчеству строительства соборов в средневековой Европе. Борьба большевиков с церковью была столкновением сходных сил, которое при общем примирении лишилось смысла и в самом коммунизме не может возникнуть вновь.

* А что же мы видим у противника коммунизма - рыночного общества - и легиона его бойцов? Видим именно последовательное уничтожение в человеке "естественного религиозного органа", удушение самой способности к религиозному чувству, покушение на духовную кастрацию вовлеченного в рыночные отношения человека. И, симметрично большевикам, взрывавшим здания церквей, "рыночники" могут строить и ремонтировать церкви - и быть душителями религии. При наличии кирпича, сборного бетона и наемных турок строить не трудно. Но еще Серафим Саровский предупреждал: "Церкви будут стоять, сиять, а молиться в них будет нельзя".

* Обратимся к истокам рыночной цивилизации. Главный ответ - там. Само понятие цивилизации , введенное французскими просветителями XVIII в., означало секуляризованную и рационализованную форму общежития. Hецивилизованной формой признавались средневековый образ жизни и образ жизни неевропейских народов. Подчеркнем эти два признака Запада в эпоху капитализма: секулярность (т.е. освобождение от церкви) и рациональность (расчет и логика).

* Современный Запад и капитализм возникли как плод освободительных революций. В какой же свободе нуждался капитализм? В свободе от Природы, от человека и от Бога . Впрочем, все эти виды свободы - лишь разные ипостаси нового мировоззрения. Освобождение от человека, разрыв общинных связей - появление индивидуума вместо личности - было возможно именно вследствие отказа от Евангелия, от идеи коллективного спасения души. Капитализм возник как общество глубоко антихристианское, несмотря на его внешнюю набожность.

* Знаток религиозных корней капитализма Макс Вебер пишет: "Чем больше космос современного капиталистического хозяйства следовал своим закономерностям, тем невозможнее оказывалась какая бы то ни было мыслимая связь с этикой религиозного братства. И она становилась все более невозможной, чем рациональнее и тем самым безличнее становился мир капиталистического хозяйства".

* Как показывает Вебер, возникновение духа капитализма сопровождалось сдвигом от евангельских, христианских установок к законам Моисея как "естественному праву" - нужна была "вся мощь ветхозаветного Бога , который награждал своих избранных еще в этой жизни". Нужно было религиозное оправдание наживы, которую отрицало Евангелие.

* Но этот скрытый антихристианизм привел к утрате всякого религиозного чувства. Вебер поясняет, почему: "Капиталистическое хозяйство не нуждается более в санкции того или иного религиозного учения и видит в любом влиянии церкви на хозяйственную жизнь такую же помеху, как регламентирование экономики со стороны государства. "Мировоззрение" теперь определяется интересами торговой или социальной политики. Капитализм, одержав победу, отбрасывает ненужную ему больше опору".

* Капитализм потребовал снять с предпринимателя оковы всеобщей, "тотальной" этики, которая есть в любой религии. Охранителем этой этики чаще всего выступает церковь (в СССР - идеология). Она-то в период буржуазных революций и вызывала наибольшую ненависть ("Раздавите гадину!"). Церковь утверждала существование общей для всех совести, пронизывающей все сферы общества. Гражданское общество устранило эту совесть, создав свою этику для каждой сферы, исключив понятие греха . И сегодня любая попытка поставить вопрос об объединяющей общество этике рассматривается неолибералами как "дорога к рабству" (выражение духовного отца гайдаров, фон Хайека). Вот слова "демократа" Н.Шмелева: "Мы обязаны внедрить во все сферы общественной жизни понимание того, что все, что экономически неэффективно - безнравственно, и наоборот, что эффективно - то нравственно". Это - полный разрыв с православной, а затем советской этикой России: "Лишь то, что нравственно - эффективно".

* Изживание религиозного органа у человека Запада создавало вакуум, который заполнялся идолами, например, идолом прогресса . Возникла цивилизация огня и железа, с культом силы - ее гордо назвали прометеевской . Уже в этой гордости был отказ от христианства и от Бога вообще, ибо Прометей - титан, богоборец.

* Сдвиг к идолатрии, к внерелигиозным культам (примерами их могут быть такие разные явления, как масонство и фашизм), с тревогой отмечался самими западными мыслителями, особенно теологами. Они предупреждали, что когда Запад отбросит ценности христианства, на которых он паразитировал, мы увидим нечто страшное. Немецкий богослов Р.Гвардини писал: "вот нечестность Нового времени: двойная игра, с одной стороны, отвергавшая христианское учение и устроение жизни, а с другой - стремившаяся присвоить все, что они дали человеку и культуре... Теперь двусмысленности приходит конец. Там, где грядущее обратится против христианства, оно сделает это всерьез. Секуляризованные заимствования из христианства оно объявит пустыми сантиментами, и воздух наконец станет прозрачен. Насыщен враждебностью и угрозой, но зато чист и ясен".

* Культ силы вел к культу государства (любому, кто знает Запад, советское государство покажется добрым дядюшкой - достаточно сравнить нашего тогдашнего милиционера и полисмена США). Крупнейший историк Запада А.Тойнби пишет об этом замещении христианства культом Левиафана (так назвал буржуазное государство философ Гоббс): "В западном мире в конце концов последовало появление тоталитарного типа государства, сочетающего в себе западный гений организации и механизации с дьявольской способностью порабощения душ, которой могли позавидовать тираны всех времен и народов... В секуляризованном западном мире ХХ века симптомы духовного отставания очевидны. Возрождение поклонения Левиафану стало религией, и каждый житель Запада внес в этот процесс свою лепту". Страшные бомбардировки Ирака, одобренные почти всеми американцами - последний аккорд.

* Удар по религиозному чувству нанесла и вторая культурная мутация Запада - рационализация мышления. Мы не говорим здесь о том, какую силу и свободу дал рационализм человеку - это другая тема. А вот чего он лишил человека? "Никогда не принимать за истинное ничего, что я не познал бы таковым с очевидностью, включать в свои суждения только то, что представляется моему уму столь ясно и столь отчетливо, что не дает мне никакого повода подвергать это сомнению", - писал Декарт. Это - культ Разума.

* Антрополог К.Лоренц указывал на тяжелые последствия принятия Западом этой "установки, совершенно законной в научном исследовании - не верить ничему, что не может быть доказано". Ведь жизнь сложнее объекта науки, и подход к ней исключительно с меркой рационального расчета уродует человека. Жизнь теряет свою качественную сторону, те ценности, которые не поддаются измерению. Ценности заменяются их измеримым суррогатом - ценой (как сказал философ, Запад - "цивилизация, которая знает цену всего и не знает ценности ничего"). Сам отказ от культурных традиций, во исполнение наказа Декарта - огромная потеря, ибо, по словам Лоренца, "традиции содержат огромный фонд информации, которая не может быть подтверждена научными методами".

* Для нас здесь важно подчеркнуть, что полностью рациональное мышление, свободное от ценностей, которые передаются традицией и не могут быть "научно доказаны", как раз и означает изживание религии.

* Что несет западному христианству волна неолиберализма с его фанатичным монетаризмом и идолами свободы и индивидуализма? Возможно, последний удар по религиозному чувству, о котором говорил Гвардини. Вот три сообщения из одного номера газеты, за 24 сентября 1995 г.

* В Голландии священник К. ван Флит в Вердене обвенчал двух лесбиянок церковным браком, надел им кольца, благословил их семью и призвал прихожан кончать с предрассудками и жить свободно. Это ли не удар по религии?

* Но это - мелочь по сравнению с другим событием: "Англиканская церковь с радостью восприняла новое издание Библии, которое совмещает священные тексты с советами и пожеланиями в области сексуальных отношений". Дальше дается изложение этой "новой интернациональной версии" Библии. Такое свинство, что даже на мой взгляд неверующего это не просто святотатство, а плевок в душу любого нормального человека.

* И вот, пожалуй, главное. Издание в США "политически правильной Библии". Массовый тираж разошелся за неделю. Как же подправили Священное писание идеологи в сане? Так, что из Библии "вычищены следы чего бы то ни было, что может вызвать раздражение любой социальной группы". Так, выброшено указание на то, что Христа распяли иудеи. Экая мелочь! Не раздражать же из-за нее финансовых магнатов. Чтобы не обидеть феминисток, подчистили анкету Саваофа - он теперь не Бог-отец, а "Бог отец-мать". "Отче наш!" отменяется. Даже слово Господь как синоним Бога устранено - да здравствует демократия!

* Любой человек с религиозным чувством скажет, что фальсификация и профанация священных текстов - это и есть удушение религии. Разве замахивались на это большевики! По сравнению с этими акциями разрушение церковных зданий или физическое убийство служителей культа наносят религии ущерб несравнимо меньший.

* Что же мы видим в России, у доморощенных рыцарей Запада? Ту же попытку - именно они, в белых перчатках, но эффективно удушают религию, высмеивают и пачкают все священное, все наши культы и сокровенные отношения. Началось это давно, с западников, а сегодня они выродились до русофобов. Утверждения о том, что тормозом развития России является воспитанный православием характер (лень и рабская психология) - элементарная идеологическая ложь. Но ведь за ней - философия. Как тиражировали "демократы" слова Чаадаева: "Повинуясь нашей злой судьбе, мы обратились к жалкой, глубоко презираемой этими [западными] народами Византии за тем нравственным уставом, который должен был лечь в основу нашего воспитания"!

* Сегодня утверждается, что по сравнению с Западом православие отличалось нетерпимостью и тоталитаризмом. "Несколько лидеров ереси были сожжены в 1504 г.", - обличают "демократы". И это - в сравнении с католической инквизицией или сожжением миллиона (!) "ведьм" в период Реформации. Порой доходят до того, что православие оказывается как бы и не христианством, и мы выпали из этой религии. Кумир наших "демократов", "грузинский Сократ", М.Мамардашвили, так и пишет: "Любой жест, любое человеческое действие в русском культурном космосе несут на себе, по-моему, печать этого крушения Просвещения и Евангелия в России". Подумать только, любое наше человеческое действие! Да разве имеем мы право на жизнь?

* Изживание, по примеру Запада, религиозного органа русских и разрушение традиции было пафосом философии западников. В статье "Культурный мир русского западника" эмигрант В.Г.Щукин так характеризует эту часть интеллигенции: "В отличие от романтиков-славянофилов, любая сакрализация была им в корне чужда. Западническая культура носила мирской, посюсторонний характер - в ней не было места для слепой веры в святыню... С точки зрения западников время должно было быть не хранителем вековой мудрости, не "естественным" залогом непрерывности традиции, а разрушителем старого и создателем нового мира".

* Сегодня эта псевдо-рационализация дошла до гротеска. Духовный лидер "демократов" академик Н.Амосов пишет даже: "Бог - материя. Нельзя отказываться от Бога (даже если его нет). К сожалению, "материальность" Бога, пусть самая условная, служит основанием для мистики, приносящей обществу только вред. Без издержек, видимо, не обойтись... Точные науки поглотят психологию и теорию познания, этику и социологию, а следовательно, не останется места для рассуждений о духе, сознании, вселенском Разуме и даже о добре и зле. Все измеримо и управляемо". Технократический бред, но ведь "демократы" чтят Амосова как пророка.

* Сегодня мы является свидетелями огромного инженерно-идеологического проекта - попытки искусственного разрушения вошедших в подсознание религиозных структур огромного народа. Это - культурная диверсия, по своим разрушительным масштабам далеко превосходящая другие известные в истории. Без традиций и "иррациональных" норм, запретов и ритуалов может существовать, да и то с болезненными припадками вроде фашизма, лишь упрощенное общество атомизированных индивидуумов. Сложные поликультурные, а тем более полиэтнические общества устойчивы до тех пор, пока не позволяют навязать им "прогрессивные" западные нормы. Парадоксальным образом, именно оттеснив от власти экс-партократов со свечкой в руке, можно защитить религиозное чувство русского человека.

* ("Советская Россия". Декабрь 1995 г.)

*


Долой единую общеобразовательную трудовую школу?

В разрушившей нашу жизнь "реформе" - и вина, и беда интеллигенции. Почти все эти инженеры и м.н.с. не ведали, что творят. Они брели к пропасти первыми - и первыми должны были в нее упасть. Стали жертвой обмана и самообмана. То, что они "купили" в красивой обертке - рынок, демократия и т.п. - бумажная "кукла" вместо ценных бумаг. Что же они помогали ломать, не понимая смысла этой ломки и не ведая, чью волю выполняют? Разберем это на примере нашей школы.

* Рыночное общество ("западная цивилизация") возникло в 16-17 веках в Европе в результате ряда революций. Главной из них была религиозная - Реформация, которая означала откат от Евангелия, с оправданием наживы и возвеличением индивида, порвавшего с идеей братства людей. Но были и не менее важные революции в "технологии" создания общества, и среди них особое место занимает преобразование школы.

* Раньше школа, основанная на христианской традиции, вышедшая из монастыря и университета, ставила задачей "воспитание личности", обращенной к Богу (шире - к идеалам). Новое, буржуазное общество нуждалось в школе для "фабрикации субъектов", чтобы заполнить фабрики и конторы. В этой школе Бог был заменен наукой, а в ум ученика внедрялось новое, нужное для фабрики представление о времени и пространстве - разделенных на маленькие и точные кусочки. И на контролируемые частицы разделялась масса самих учеников - всем укладом школы, системой оценок, конкуренцией.

* Школа, "фабрикующая субъектов", не давала человеку стройной системы знания, которое бы его возвышало, учило свободно и независимо мыслить. Из школы должен был выйти "добропорядочный гражданин, работник и потребитель". Для этого подбирался ограниченный запас знаний, который раскладывал людей "по полочкам". Так школа оторвалась от университета, суть которого именно в целостности системы знания. Возникла "мозаичная" (в противовес "университетской") культура. Возник и ее носитель - "человек массы", наполненный множеством сведений, нужных для выполнения частных операций. Самодовольный, считающий себя образованным, но так, чтобы быть винтиком - "специалист".

* Параллельно для подготовки элиты, управляющей массой разделенных индивидов, была создана небольшая по масштабу школа на иных принципах. Здесь давалось целостное, "университетское" образование, воспитывались сильные, уважающие себя личности, спаянные корпоративным духом. Так возникла раздвоенная школьная система, с детства направляющая поток детей в два коридора (то, что в коридор элиты отбирали и часть способных детей рабочих, не меняет дела). Это - "школа капиталистического общества", новое явление в цивилизации. Ее суть, способ организации, принципы учебных программ изложили в книге под таким названием французские социологи образования Ш.Бодло и Р.Эстабль. В книге, которую наш читатель не знает (а она выдержала более 20 изданий), холодным языком цифр и анализа программ показано страшное будущее, которое ждет большую часть российских детей после "реформы". Мы прерываем строительство общества равных возможностей и начинаем строить расколотое классовое общество.

* Вспомним, что было в России по сравнению с Западом. До 1917 г. школа, которая начала в пореформенной России строиться как "двойная", успела охватить небольшую часть детей - 3/4 населения были неграмотны и это было, в некотором смысле, благом. Знание и воспитание передавались через семью, авторитеты, традицию и искусство. Да и школа была под мощным воздействием всей русской культуры. Разве можно переоценить влияние на учителей Пушкина и Толстого.

* Советская власть сделала огромный, еще не вполне нами оцененный шаг - порвала с капиталистической школой как "фабрикой субъектов" и вернулась к школе как "воспитанию личности", но уже с наукой как основой обучения. Она провозгласила принцип единой трудовой общеобразовательной школы. С движением ко всеобщему обязательному среднему образованию (к нему мы и пришли, оправившись от разрухи).

* Конечно, от принципа до его воплощения далеко. Но важно, куда идти. Школа "субъектов", будь она прекрасно обеспечена деньгами и пособиями, будет всего лишь более эффективной фабрикой, но того же продукта. А в СССР и бедная деревенская школа претендовала быть университетом и воспитателем души - вспомните фильм "Уроки французского" по В.Распутину. Главное, что школа стремилась быть единой. Она должна была воспроизводить народ, а не классы, как "двойная" школа.

* Обычно подчеркивают социальную сторону дела: единая школа стремится обеспечить юношам равенство стартовых возможностей при разном социальном положении родителей. Это социальная справедливость. Но еще важнее то, что единая и "двойная" школы воспроизводят разные типы цивилизации. Идея единой школы в том, что существует общее "тело народа", дети которого изначально равны как дети одного племени. В единой школе они и воспитываются на языке одной культуры. "Двойная" школа исходит из представления о двойном обществе - цивилизованном (гражданское общество или "Республика собственников") и нецивилизованном ("пролетарии"). Между двумя частями этого общества существуют отношения не просто классовой вражды, а даже отношения расизма, это как бы два разных племени.

* Упомянутые социологи объясняют неповиновение учеников и постоянные на Западе приступы насилия в школах, дебоши с разгромом имущества: это стихийная классовая борьба детей, которые видят в школе инструмент подавления их именно как детей эксплуатируемого класса. Нам, еще проникнутым духом советской школы, это кажется диким - но мы же добровольно отказываемся от единой школы. Ведь на всех парах, при энтузиазме части учителей, формируется "второй коридор" - система школ для детей "состоятельных родителей", лицеи да колледжи. Сами эти чужие названия многое говорят.

* Второе благо, которое дала советская власть - общеобразовательный характер школы. Даже сегодня это поражает: в бедной еще стране было обещано давать всем детям образование типа "университетского", не отделять элиту от большинства. Наша школа тянулась к тому, чтобы дать именно целостное, стоящее на фундаменте культуры и науки знание. Само построение учебных программ было таково, что даже средний ученик, получивший аттестат зрелости, был не "человеком массы", а личностью. Даже в конце 80-х годов наш выпускник школы как обладатель целостной системы знания был на голову выше своего западного сверстника (хотя тот был впереди в "мозаичной" культуре). Это я знаю на личном опыте.

* Что дали России эти два принципа нашей школы - единой и общеобразовательной? Не только позволили ей совершить невиданный в истории скачок, стать мощной независимой державой, собрать из городков и сел неиссякаемые ресурсы Королевых и Гагариных. Школа помогла соединить тело народа, сформировать тип личности небывалой силы - личности именно соборной, как бы реализующей общую силу. Проверкой была война - потому-то и сказал Сталин: "Войну выиграл русский сельский учитель". Какое главное различие советского и немецкого солдата отметили военные историки с обеих сторон? То, что если в скоротечном бою у немцев удавалось быстро выбить офицеров, это надолго парализовало все подразделение. А у нас, если падал офицер, ближайший сержант, а то и рядовой, тут же кричал: "Я командир! Слушай мою команду!". Наша школа в каждом воспитывала убеждение, что он за все в ответе.

* То знание, которое предлагала наша школа всем - это огромная, очень дорогая роскошь. Не в том дело, что надо было иметь в каждой школе и физика, и математика, и историка. Главное, что юноша становился личностью, не мог "упираться глазом в свое корыто", был неудовлетворенным. А такие менее управляемы. В 70-е годы некоторые наши социологи предупреждали: надо снизить уровень образования. Хозяйство не позволяло еще обеспечить молодежь рабочими местами согласно их подготовке и, значит, их запросам. Давайте, советовали, сократим эти претензии, "сократив" саму личность. Наши престарелые вожди это отвергли - ради самой молодежи, но толкнув ее в ряды могильщиков советского строя. Образование, - сказали они - служит для жизни в целом, а не только для работы.

* Огромная разница и в том, что советская школа была трудовой, а западную можно считать антитрудовой. Дело не в том, что там растят белоручек, а у нас работяг. Даже наоборот: их школьники, приучаемые молиться доллару, не гнушаются подработать. Папаша-миллионер нанимает сынка помыть машину - за пять долларов. Для них это урок наживы, а по мне - гадость.

* Суть в том, что наша школа труд представляла не проклятьем, а делом чести и даже духовного подвига - "воля и труд человека дивные дива творят". Те французские социологи пишут, что в их школе сама тема труда является табу - труда как бы нет, говорить о нем нельзя. Если и возникает тема "работника", то речь идет о садовнике, добром булочнике или, на худой конец, о старательном алжирце-эмигранте Али, которому "патрон" дал хорошее место. Школа отчуждает человека от трудовой реальности (как и искусство - вспомните американский фильм, где была бы показана доярка на ферме или рабочий в цехе). В колледже каким-то образом удается создать прямо-таки висящее в воздухе ощущение, что труда - с тяжелыми усилиями и потом, - не существует. Для милых мальчиков и девочек труд - это быть дизайнером, репортером или финансистом. Это же мы видим сегодня в наших "колледжах". А пока мы следовали принципам трудовой школы, у всех нас, независимо от профессии, была подспудная, духовная связь с физическим трудом. Мы все были ему не чужды, для нас слова о том, что каждый должен добывать хлеб свой в поте лица своего, имели смысл. И это не связано с "уроками труда", которые обычно были организованы плохо.

* Суть в том, что наша школа была направлена на создание "общества труда", а не "общества потребления". Только утратив, мы поймем, какое было создано благо - жить в обществе, не расколотом враждой в связи с трудом. Ею насыщен воздух в самом уютном западном городке, этого могут не заметить только гурновы да бовины. У нас же, при всех трудностях и нехватках, ты поднимался в переполненный автобус, везущий людей с работы - и тебя охватывало ощущение родства со всеми этими усталыми людьми. А это дорогого стоит.

* Отказ от идеи трудовой школы, выделение из нее той части, которая будет готовить будущих "приказчиков капитала", всех этих дизайнеров, менеджеров и социологов - это слом важного устоя нашей цивилизации. Это - отказ от принципа соборной личности, принципа школы как механизма "воспроизводства народа", переход к школе, создающей классовое общество. Понимают ли это учителя, бездумно сдающие важнейшую суть нашей школы?

* Сегодня школа явно заняла свое место в классовой войне - и именно на стороне капитала против труда. Как грибы растут кружки "юных бизнесменов", а есть ли хоть один кружок профсоюзных активистов или организаторов забастовочного движения? Ужасно слышать от школьников нашептанный им бред о благе богатства - никогда в России такого нельзя было услышать ни в приходской школе, ни в гимназии, ни в Лицее, где учился Пушкин.

* А ведь учительство пошло на этом пути дальше - согласилось с тем, чтобы школьное образование перестало быть всеобщим. Без шума отбросили Россию в разряд быстро отстающих стран. Никакой экономикой это не оправдать - вложения в работника рентабельны. Да дело не в экономике. Сегодня отлучение от образования есть выбрасывание из общества. А переход к платному образованию - отлучение от него части подростков. Сразу отбрасывается, как тряпка, миф о демократии.

* Что же стоит за планом превращения в маргиналов части молодежи? Известно, что она не пойдет на рынок труда "по дешевке", а озлобится и начнет "войну против всех" через преступность или уйдет в наркоманию. Зачем же это делается? Ведь в сотни раз дешевле дать юноше образование, чем защищать общество от него, ставшего волком. Причина проста: во-первых, эти озлобленные юноши, как хищники, сплачивают стадо "благополучных" обывателей вокруг пастуха-государства, которое их охраняет. Угроза насилия "маргиналов" даже специально преувеличивается (вспомните американские фильмы). Во-вторых, из этих волчат, самых бедных и неграмотных, рекрутируются и натаскиваются репрессивные силы режима, способные на любое зверство против людей своей страны. А в России, видимо, таких рекрутов нужны будут сотни тысяч.

* Нынешние вожди навязывают нам модель классовой школы. К ним-то претензий нет, они подписали контракт и обязаны честно его выполнить. Ведь даже наемный убийца имеет совесть и не получает денег зря. Поражает другое - как мог русский учитель не восстать против этой "реформы"? Ведь приватизированные фабрики можно вернуть или построить новые. Пущенное под нож поголовье скота понемногу восстановим. Месторождения наши быстро не выкачают - встанем на ноги и отберем. А вот если школа начнет фабриковать, год за годом, разделенных на два класса-племени молодых людей, то этот раскол будет надолго и преодолеть его будет трудно.

* ("Советская Россия". Январь 1995 г.)

*


Долг учителя

Россия переживает разрушительную "либеральную" революцию. Наши "реформаторы" говорят с гордостью: они - радикалы. Это поразительно! Ведь мы помним из химии: "радикал" - это ущербная, неполная частица, которая потому и активна, что хочет вырвать что-то у нормального, полного атома или молекулы.

* От революций страдает большинство нормальных людей, но особенно - дети. И куда бы ни вывезла нас безумная кривая кризиса, наш долг перед нацией - уберечь, насколько можно, детей, помочь им не озлобиться, не превратиться в волков. Ясно, что означает разрушение старого образа жизни для детей в материальном плане. Вот пионерлагеря. Даже сегодня телевидение лягает этот уже уничтоженный социальный институт, показывая "городской клуб юных бизнесменов" ("ведь это же лучше, чем маршировать в пионерлагере!"). А что произошло на самом деле? Если бы мне предложили выбор, я бы согласился, что послать летом ребенка в родовое имение или с гувернанткой в Ниццу - лучше, чем в пионерлагерь "Орленок" на реке Пахре. Но 99,9% граждан такого выбора не имели и не имеют сейчас. Наши интеллектуалы, предприняв кампанию очернения, а затем поддержав программу удушения пионерлагерей, выполнили свой революционный долг. И оказалось, что "иного не дано" - дети остаются в городах, лишаясь даже одного-двух месяцев интенсивного оздоровления.

* Какова тенденция с учетом быстрого обеднения родителей? Она хорошо видна, например, в Бразилии (которую демократы уже считают недосягаемым для России идеалом). Жарким летом, в каникулы, большая часть детей сбивается в стаи на улицах города, пропитанного запахом стекающей со склонов, из многомиллионных фавел, мочи. Эти стаи быстро затягивают и "переваривают" детей из среднего класса, вышедших на улицу без охраны. Воровство, проституция и наркомания навязывается таким детям насильно , в обязательном порядке. Пусть наш интеллигент, столь рьяно выступавший против "тоталитарной" пионерской организации, подумает о своей дочке, которую еще три года назад бабушка водила на фигурное катание во Дворец пионеров, а летом посылали в лагерь на Пахру. Заработал ли он на гувернантку - или готов отправить дочурку в уличную стаю? Скорее, второе, ибо "свобода даром не дается", и он готов платить (дочкой).

* Освобождение детства от "тоталитарных" организаций приведет и к быстрому росту риска для жизни детей. В рыночной экономике Бразилии не нашлось иного способа контролировать уличные стаи подростков, кроме как проводить периодическую "социальную чистку" силами неформальных организаций. Они по заявкам "комитетов жильцов" из приличных кварталов отстреливают мальчишек. Когда я в мае 1992 г. был в Бразилии, в газете Сан Паулу прошла будничная заметка: арестована такая группа из пяти неформалов (в рабочее время - жандармы), которые за короткое время застрелили 24 подростка. Попались случайно - последнего не добили. Славные бойцы паравоенных организаций, официально создаваемых в России на деньги предпринимателей, таких промахов не допустят.

* Но народ этот курс принял и одобрил - и остается только ждать, пока он одумается. А до того - приложить много сил и ума, чтобы охранить детей, насколько можно. На первый план выступает фигура учителя. И приходится с горечью признать, что слишком большая часть учителей забыла о своем прямом профессиональном долге, а бросилась в политику. Кто в демократы, кто в оппозицию - и политике отдают свое время и душу. А это все равно как если бы врач на фронте, вместо того, чтобы спасать раненых, пошел в окопы с автоматом.

* Моя мать в 1917 году, в возрасте 15 лет, стала сельской учительницей - нехватало учителей. Это было в Семиречье, на границе с Китаем. Страшное место тотальной гражданской войны. И школа была тем местом, где дети искали спасения - учитель тогда подавил свои порывы и остался с детьми. И к чести и красных, и белых, они школу в войну не втягивали, а помогали, чем могли. Даже самые кровавые командиры офицерских полков, которые при отходе в Китай на перевале убивали своих жен и невест - и те напоследок старались чем-то помочь школам, будущему России.

* Что же мы видим сейчас? "Реформаторы" и принявшие их сторону учителя бьют по самым уязвимым точкам детской души, как будто в какой-то дьявольской лаборатории изучили эти точки. А ведь те, кто не хочет быть сообщником этого преступления, мог бы сильно ослабить удар - простым словом, лаской, авторитетом. Так давайте говорить о деле, нельзя же только и делать, что проклинать режим Ельцина - ему от этого ни жарко, ни холодно.

* Определить, какие точки детской души надо защищать, просто - надо внимательно посмотреть, куда бьют, ибо бьет рука мастера. Выскажу самые общие соображения. Ребенок в своем развитии повторяет путь человечества, его мирощущение органично, оно еще не сформировано культурой и идеологией, в нем сильнее звучат инстинкты, определившие эволюцию человека. Это, прежде всего, инстинкты солидарности и равенства. Сегодня из сугубо идеологических и конъюнктурных соображений эти принципы в глазах ребенка стараются опорочить - да еще с помощью учителя. Возникает тяжелый конфликт между инстинктивной сущностью и тем, что внедряется в сознание. Какая низость и какой садизм! Надо, видите ли, приучать ребенка к рынку. Я уже не говорю о том, что социальное расслоение в самой детской среде воспринимается очень болезненно. А тут еще, чтобы усугубить дело, отменили школьную форму - и еще говорят, что возрождают русские традиции. Надеются, что мы все уже забыли русскую историю. Еще не все.

* Мир ребенка иерархичен, огромное значение имеет для него авторитет и вера в него. Ведь и человеческое общество (да и то не везде) стало отвергать всякие авторитеты и возвеличивать демократические права совсем недавно - в Новое время. И личность приходит к этому в определенном возрасте - юности. Для детства эти идеи разрушительны, и насильственно навязывать их ребенку просто преступно. Но это вошло в норму. Нередко телерепортеры заставляют детей перед камерой "нелицеприятно критиковать" своих учителей и воспитателей, а порой и говорить о них гадости. Начинаешь думать, что при таком уровне культуры наших "деятелей культуры" цензура просто необходима. Должен же быть предел растлению с использованием современной технологии. Но ведь учителя поддакивают.

* Один из важнейших авторитетов для ребенка - образ страны. Державное мышление, характерное для большинства взрослых России, у детей сочетается со стихийным, "биологическим" чувством. И от того потока антидержавных идеологических выступлений, который и взрослому-то выдержать нестерпимо трудно, дети страдают физически (хотя и не могут этого объяснить). Ну зачем открыли школу этому потоку? Зачем срочно переделываются учебники, вставляются пошлые главы о "преступниках из ГКЧП" - маршалах и министрах (да еще до суда)? Ну как могли с этой дешевой политизацией согласиться те, кто отвечает за народное просвещение? Ведь из детей с разрушенными авторитетами, с раздерганными чувствами может вырасти лишь пушечное мясо для гражданской войны.

* Наконец, важнейшее условие душевного здоровья ребенка - чувство надежности. Сегодня оно подорвано в большинстве семей. Ежедневно пресса обещает массовую безработицу. Знает ли учитель, как уберечь ребенка от этого стресса? Знает ли он, что главный удар безработица наносит не по взрослому человеку - он уже защищен опытом и разумом - а по его детям? Когда человек теряет работу, первой жертвой становится его сын-подросток. Он пополняет ряды наркоманов и преступников, даже если материальных лишений семья еще не ощущает. Это - один из важнейших выводов многолетних исследований безработицы в США. Готова ли наша школа к тому, чтобы морально помочь детям завтрашних безработных? Знают ли хотя бы наши педагоги об этих американских исследованиях, или они полностью увлечены контактами с детьми-бизнесменами из США?

* Судя по всему, подавляющее большинство учителей об этом и не думают. Не говоря уж о "демократическом" руководстве школой. Ну, а учителя, болеющие душой за детей, не приемлющие этой волны разрушения? Их тянет на митинг. Если придется, они готовы погибнуть и на баррикадах. Но не надо этого - есть кому погибать и без вас. Дело учителя - охранить в детях культурный генотип России, обеспечить продолжение ее рода. Лучше бы спокойно, пригласив всех коллег, независимо от их сегодняшней идеологической окраски, профессионально обсудить положение дел и приобрести, хотя бы и самостоятельно, новую квалификацию для преодоления совершенно небывалых грядущих бед. И для этого не нужны ни капиталовложения, ни указы президента. Нужны усилие воли и любовь к детям.

* ("Советская Россия". Июль 1993 г.)

*


Пещерные люди ХХ века

Вопрос о том, какую роль играет ТВ в восприятии мира, в формировании человека и, значит, общества, стал одним из важнейших в современном мире. Это видно по тому, какое место он занимает на страницах прессы, в парламентах, в предвыборных речах политиков. В России, где происходит глубокая ломка и даже разрушение человеческих отношений, этот вопрос важен как нигде в мире. Но открытого разговора на эту тему нет. Деятели ТВ и философы-"демократы" ни разу не объяснились с обществом, даже после расстрела людей у дверей телецентра. Насколько полным должен быть разрыв со своим народом, чтобы даже не усомниться: почему же толпы людей уже несколько лет с яростью рвутся к их дверям, чтобы сказать что-то. Нет, они получили мощную охрану с надежными пулеметами, и больше их ничто не волнует. Такой подлой группки интеллектуалов Россия никогда из себя еще не выбаливала.

* Ну, не хотят диалога, давайте хоть сами разбираться в вопросе. В чем же его суть? Ведь, кажется, ТВ и есть тот самый магический глаз, который позволяет нам присутствовать при важных событиях и обеспечивает самый надежный доступ к реальности, к правде. Значит, то, что мы видим на экране, есть наиболее достоверное отражение действительности, и оно готовит нас к жизни гораздо правильнее, чем книга, поэзия, религия или бабушкины сказки. Так ли это, и если не так, то почему?

* Сегодня, через полвека работы ТВ, ответ стал единодушным: эта великолепная техника не просто вносит неприемлемые деформации в отражение реальности (любой способ отражения мира, включая науку, - зеркало более или менее кривое). ТВ, как оказалось, обладает неожиданной способностью создавать фиктивную реальность, причем такую соблазнительную, что она вытесняет из сознания те смыслы, которые в него вкладывает реальная жизнь.

* Как ни странно, самую сильную метафору, объясняющую роль ТВ в наше время, время видеократии, создал в IV веке до н.э. Платон. В седьмой книге своего труда "Республика" он изложил удивительно поэтическую и богатую аллегорию. Вот она, в кратком и бедном изложении:

* В пещере, куда не проникает свет, находятся прикованные цепями люди. Они в этом плену давно, с детства. За спиной у них, на возвышении, горит огонь. Между ними и огнем - каменная стена, на которой, как в кукольном театре, шарлатаны двигают сделанные из дерева и камня фигурки людей, зверей, вещей. Двигают и говорят текст, и их слова эхом, в искаженном виде разносятся по пещере. Прикованные так, что могут смотреть только вперед перед собой, пленники видят огромные тени от фигурок на стене пещеры. Они уже забыли, как выглядит мир, свет на воле, и уверены, что эти тени на стене, это эхо и есть настоящий мир вещей и людей. Они живут в этом мире.

* И вот, один из них ухитряется освободиться от цепей и карабкается наверх, к выходу. Дневной свет ослепляет его, причиняет ему тяжелые страдания. Затем, мало-помалу он осваивается и с удивлением всматривается в реальный мир, в звезды и солнце. Стремясь помочь товарищам, рассказать им об этом мире, он спускается обратно в пещеру.

* Далее Платон рассуждает о том, как может произойти их встреча.

* Пробравшись к товарищам, беглец хочет рассказать им о мире, но в темноте он опять ничего не видит, еле различает мелькающие на стене тени. Вот, рассуждают пленники, - этот безумец покинул пещеру и ослеп, потерял рассудок. И когда он начинает убеждать их освободиться от цепей и подняться на свет, они убивают его как опасного помешанного.

* Если же, освоившись в темноте, он рассказывает им о том, как выглядит реальный мир, они слушают его с удивлением и не верят, ибо его мир совершенно не похож на то, что они много лет видят своими глазами и слышат своими ушами. Если же, в лучшем случае, они следуют за ним к выходу, ушибаясь о камни, то клянут его, а взглянув на солнце, стремятся назад, к привычным и понятным теням, которые им кажутся несравненно более реальными, чем мир наверху, который они не могут разглядеть при режущем глаза свете.

* Платона мучало это свойство человеческой натуры - предпочитать яркому свету истины и сложности реального мира фантастический мир театра теней. Но никогда его аллегория не сбывалась с такой точностью, как сегодня. ТВ создает для человека такой театр хорошо сделанных теней, что по сравнению с ним реальный мир кажется как раз серой тенью, причем гораздо менее истинной, чем образы на экране. И человек, с детства прикованный к телевизору, уже не хочет выходить в мир, полностью верит именно шарлатанам, которые манипулируют фигурками и кнопками, и готов убить товарища, убеждающего его выйти на свет. Как сказал режиссер Стэнли Кубрик устами героя замечательного фильма "Механический апельсин", запрещенного к показу в Англии, сегодня "краски реального мира человек признает реальными только после того как увидит их на экране".

* Что поражает в дебатах о ТВ - и на Западе и, тем более, у нас? Тот факт, что, признавая метафору Платона как верное отражение сути нынешнего противоречия, те же философы декларируют "свободу выражения на ТВ". Они считают всю сложившуюся в пещере ситуацию печальным, но необходимым следствием демократии. Шарлатаны имеют право показывать свои деформированные фигурки и вещать загробным голосом, утверждая, что это и есть правда о мире ("мы так ее видим"), а пленники имеют право сидеть прикованными, вперившись в экран, - извиняюсь, стену пещеры. А вот тот, кто уговаривает, а то и гонит, взглянуть на вольный мир - антидемократ. Максимум, на что соглашаются поборники такой демократии, это на то, чтобы шарлатаны разожгли не один, а три-четыре огня и сделали цепи поудобнее. Так, чтобы пленники имели "свободу выбора" - могли вертеть шеей и смотреть чуть-чуть разные тени на разных стенах той же пещеры. Но контроль за тем, что показывать и кого допускать к замкам на цепях, к огню и свету, категорически оставляется в ведении шарлатанов. На этом рубеже мировая демократия стоит насмерть.

* ТВ - это и особая технология, и особый социальный итститут, чуть ли не особое сословие. Характер его воздействия на зрителя определяется этим целым, а не особенностью техники. Но попробуем расчленить проблему на части. Если следовать духу и букве демократии, даже западной (а это, вопреки нашим кликушам, вовсе не единственный ее вид), никто - ни шарлатан, ни гений, не имеет права держать людей прикованными в пещере. Платон не уточняет, что за цепи были на людях, из какого материала. Из железа? А может быть, цепи наркотического воздействия пляшущих на стене теней? Если бы выяснилось, что ТВ каким-то образом подавляет свободу воли зрителя, приковывая его к экрану, необходимость общественного контроля над ТВ прямо вытекала бы из самой формулы демократии - точно так же, как вытекает необходимость государственного контроля (цензуры) за торговлей наркотиками. Ибо наркотик - такой продукт, потребление которого подавляет волю человека и лишает его возможности свободного выбора.

* Многолетние наблюдения за разными категориями телезрителей показывают, что очень большая часть их действительно становится "зависимыми" от экрана. То есть, гипнотизирующее воздействие таково, что человек частично утрачивает свободу воли и проводит у экрана гораздо больше времени, чем того требуют его потребности в информации и развлечении. У некоторых категорий (особенно у детей и подростков) эта зависимость развивается настолько, что наносит существенный ущерб даже физическому здоровью. Сначала врачи и педагоги, а теперь уже и политики рекомендуют родителям за дверями своих домов забывать о демократии и действовать авторитарно, заботясь прежде всего о благе детей. Можем считать, что наличие создаваемых ТВ цепей, пусть невидимых, является установленным фактом, и тезис о свободе ТВ от общественного контроля вытекает не из требований демократии, а из интереса некоторых социальных групп и является сугубо антидемократическим. Тем более, что этот интерес тщательно скрывается, следовательно, он противоречит интересам большинства. Мы пока не говорим о том, какое содержание вкладывает в свой театр теней контролирующая ТВ группа, какие доктрины вбивает она в головы прикованных цепями пленников. Надо сначала понять, чем экран приковывает к себе людей и как влияют на человека сами эти цепи.

* Проблема как раз в том, что вредоносны эти цепи сами по себе. Возникает заколдованный круг: наркотизирует, приковывает человека как раз то ТВ, которое хочется смотреть и смотреть - ТВ "высокого класса". Это как иностранная пища, насыщенная вкусовыми добавками: ее хочется жевать, но ты всем нутром чувствуешь, что это ядовитая дрянь. "Скучное" ТВ тем и хорошо, что человек потребляет его не больше, чем ему действительно надо для получения информации, знаний или развлечения.

* Политэкономический смысл "цепей" в рыночном обществе лежит на поверхности. Говорят, что сейчас главным является рынок образов, даже такой товар как автомобиль сегодня есть прежде всего не средство передвижения, а образ, который представляет его владельца. Рынок образов диктует свои законы, и их продавец (телекомпания) стремится приковать внимание зрителя к своему каналу. Если это удается, он берет плату с остальных продавцов, которые рекламируют свои образы через его канал. Самый легкий способ привлечь зрителя - обратиться к скрытым, подавленным, нездоровым инстинктам и желаниям, которые гнездятся в подсознании. Если эти желания гнездятся слишком глубоко, зрителя надо развратить, искусственно обострить нездоровый интерес. Один телепродюсер сказал об этом откровенно: рынок заставляет меня искать и показывать мерзкие сенсации; какой мне смысл показывать священника, который учит людей добру - это банально; а вот если где-то священник изнасиловал малолетнюю девочку, а еще лучше мальчика, а еще лучше старушку, то это вызовет интерес, и я ищу такие сенсации по всему свету. А свет велик, и такого материала для ТВ хватает.

* Таким образом, рынок, независимо от личных качеств теле-предпринимателей, заставляет их развращать человека. Если это совпадает и с политическими интересами данной социальной группы, то ТВ становится мощной разрушительной силой - именно это мы и наблюдаем сегодня в России, гораздо больше, чем в стабильном обществе Запада. И в этой ситуации верить дешевому словесному мусору о "свободе слова" - позор для образованного человека.

* Но дело не только в интересе. ТВ вернуло к жизни старый спор, который вело буржуазное (гражданское) общество с обществом христианским (средневековым) в Европе, а сегодня ведет со всеми "незападными" обществами - спор о смысле языка - слова и образов. В уродливой форме этот спор породил, например, конфликт с романом Салмана Рушди "Сатанинские стихи". Хомейни усмотрел в этом романе изощренное издевательство над исламом и приговорил писателя к смерти. Приговор символический, Иран неоднократно заявлял, что никто не собирается посылать к писателю убийц. Но западные издательства (и публика) не только демонстративно издают роман фантастическими тиражами, но и недавно выбрали Рушди президентом всемирной ассоциации писателей. Поддерживая огонь скандала, ни одна газета, ни ТВ в то же время не дали слова ни одному исламскому теологу или хотя бы своему специалисту по исламу, который объяснил бы, в чем мусульмане видят нестерпимое оскорбление. Выступают на эту тему западные писатели или политики, и всегда со смехом: я, мол, роман читал, ничего там такого нет - ну, смешно, конечно, но ведь на то и свобода.

* Буржуазное общество сотворило нового человека и совершило богоборческое дело - сотворило новый язык. Язык рациональный, порвавший связь с традицией и множеством глубинных смыслов, которые за века наросли на слова (не говоря уж о том, что и словарь резко изменился - из испанских газет, например, полностью исчезло слово "честь", оно просто отмерло). Сегодня ТВ, как легендарный Голем, вышло из-под контроля. Оружие, которым укрепилось западное общество и которым оно разрушает своих соперников, разрушает и "хозяина". Запад втягивается в то, что философы уже окрестили как "молекулярная гражданская война" - множественное и внешне бессмысленное насилие на всех уровнях, от семьи и школы до верхушки государства. Справиться с ним невозможно, потому что оно "молекулярное", оно не организовано никакой партией и не преследует никаких определенных целей. Даже невозможно успокоить его, удовлетворив какие-то требования. Их никто прямо и не выдвигает, и они столь противоречивы, что нельзя найти никакой "золотой середины". Насилие и разрушение становятся самоцелью - это болезнь всего общества.

* Уже ясны многие истоки этого нигилизма и тоски - платы за лишение мира его святости и благодати. Важная причина - духовная пища, те образы, которые человек получает через ТВ. Человек жадно глотает их, чтобы защититься от тоски, но ТВ создало такой тип образов, которые легко потребляются, но из которых выхолощена суть, это огромный поток штампов. Они обладают гипнотическим действием и формируют суррогат мнения, но подавляют всякую творческую, духовную активность человека. Это - вывод специалистов, и доказывается он сложными и тонкими наблюдениями.

* В результате, как и в случае наркотиков, человек должен потреблять все большее количество и все более сильных и грубых образов - пока он не будет разрушен как личность или не перейдет к другому способу отвлечения. Десять лет назад средний класс США нашел такое развлечение - обмен женами на уик-энд. Но сегодня это уже пресно. И возник новый бизнес под жаргонным названием snuff (что-то вроде "понюхать"). Людей похищают, чтобы затем пытать их до смерти в подпольных студиях, где на хорошей аппаратуре записывают видеофильм: пытку, агонию, смерть. Эти кассеты идут по очень высокой цене, и бизнес цветет. В Англии, по сведениям полиции, около 3 тыс. продавцов заняты только распространением видеофильмов о пытках детей. Но это - совершенно логичный этап той спирали "фиктивного" насилия, которую развернуло ТВ.

* Вне всякого сомнения, в России режимом "демократов" произведено сознательное раскрытие нашего общества этому потоку и этому языку образов. Нас и наших детей приковали цепями к экрану, который должен превратить нас в идиотов и садистов. Специалисты нашего ТВ и философы-"демократы" не могли не знать этого, все это изложено в огромной литературе на Западе, куда они постоянно бегали за консультациями. Мне неважно, какими благородными политическими идеалами они при этом руководствовались. Я знаю, что против меня, моих близких и всех людей моего племени совершено подлое и преступное насилие. Даже если оно будет скоро пресечено, рана от него будет кровоточить десятилетия. Но будет ли оно пресечено?

* (Не опубликовано. Апрель 1996 г.)

*


Не осознавая утрат

Одной из опасных болезней цивилизации назвал Ницше в конце прошлого века утрату интеллектуальной совести. Эта болезнь поразила "культурный слой" и состоит она в том, что либеральная элита усвоила двойную мораль. По словам философа, интеллигент привык взвешивать явления "фальшивыми гирями", и бесполезно ему на это указывать - ему не стыдно. В перестройке и реформе это позорное качество души проявилось у "демократов" в неприличных размерах.

* Особый объект - антисоветские фильмы, которые стали заполнять экран ТВ. В ночь перед выборами, когда уже была запрещена агитация, ТВ пустило один такой фильм - "Русский рэгтайм" (1993 года). Популярные актеры - К.Райкин, А.Ширвиндт должны были привлечь зрителя к этой агитке. Остановлюсь только на одной мысли фильма о делах 1974 года. Она в том, что советское общество якобы породило жестокий, репрессивный и бесчеловечный тип полиции - милицию. Этот вывод подкреплен таким эпизодом: трое приятелей в разгар праздника 7 ноября залезают выпить на крышу и просто из озорства срывают и рвут красный флаг. Милиционеры, поднявшись на крышу согнать парней, при виде испорченного флага хватают одного. В отделении его садистски, с издевательствами избивают, потом везут в КГБ, избивая и по дороге. Потом его вовлекают в провокацию против диссидентов, но это уже другая тема.

* Мы не дети и знаем, что в милиции бывали и эксцессы, и преступления. Но фильм - вовсе не протест против этого. Показана единая, действующая в соответствии со своей природой система - вся милиция снизу доверху и во всю ее ширь. А через милицию - все общество. Еще пять-шесть лет назад даже этот фильм можно было бы воспринять как протест, пусть с перехлестом, но в 1993 г., когда доламывался советский строй, авторы фильма наносили хладнокровный удар связанному противнику - на уничтожение. Гадостью соучастия они повязывали всех зрителей. Эти заплечных дел мастера культуры не могли не видеть аморальности своей поделки. Но я не о них, а о зрителях. Очень многие из них не могут восстановить логику данного им эпизода, а воспринимают его как художественный образ. Он действует на их подсознание и подталкивает к отказу от советского образа жизни - к выбору судьбы. Ведь в этом суть. Нас толкают на совсем иной путь жизни, а мы все думаем, что речь идет о "критике недостатков".

* Чтобы стряхнуть наваждение, давайте рассмотрим именно смысл эпизода. Он в том, что бессмысленная жестокость и ненависть к задержанным (даже по самому невинному поводу) - родовое свойство советской милиции, не зависящее от личности самих милиционеров. Что образы Анискина, Ивана Лапшина, дяди Степы и проч. - плод лживой идеологии, они полностью противоречат реальности. А так как эти утверждения имеют смысл лишь в сравнении, то подразумевается, что полиция иного, "правильного" общества принципиально гуманнее. То, что показано как типичное для СССР 1974 года, было бы, мол, абсолютно невозможно на Западе. Там, если что-то подобное и случается, то это аномалия, дело рук отдельных садистов, проникающих в полицию. Насколько могу судить, многие с таким выводом соглашаются: мол, советский строй многим был хорош, но вот милиция - уж как груба. А вот "там"...

* Я на основании обширного материала утверждаю совершенно противоположное: сам тип нашей милиции и ее отношения к человеку есть, в сравнении с западной полицией, один из важнейших доводов в пользу советского строя. При том, что по многим внешним параметрам (отесанность, вежливость, набор навыков) западная полиция намного превосходит милицию.

* Если коротко, я сказал бы так. Для милиции все граждане имели примерно одинаковый статус - человека. Не было установки относиться к какой-то широкой категории людей с ненавистью, вычеркивать их из понятия права и правды. Полиция же, в соответствии с глубинным смыслом гражданского общества, делит людей на избранных и отверженных. И обращение с этой второй категорией, с "выпавшими из цивилизации" поразительно, необъяснимо жестоко. И это - именно не аномалия, а суть. Она - уже в устрашающем виде полицейского, в мощи фигуры и экипировки "новых центурионов".

* Иногда это объясняют подспудным расизмом, который выражается в особом отношении полиции к "цветным". Но дело сложнее: расовое чувство неразрывно связано с социальным, и отверженные "демонизируются" в общественном сознании. А это не только оправдывает жестокость полиции, но толкает ее к этой жестокости. Равновесие в обществе держится на этой "холодной гражданской войне".

* Факты впечатляют. Весь мир обошел случайно сделанный видеофильм (человек купил камеру и решил ее попробовать прямо у двери магазина): четверо полисменов остановили водителя-негра, проехавшего на красный свет, и без всякого повода избили его так, что он остался инвалидом. Фильм четыре часа подряд просматривал суд присяжных - и оправдал полицейских. Тогда начались волнения в Лос Анджелесе, в которых погибло 70 человек, урон 2 млрд долл. Клинтон потребовал нового суда, и два полисмена получили по три года.

* Но за этим случаем - система. Негров в США 12 проц. Среди тех, кто употребляет наркотики, негров 13 проц. Среди тех, кого за это задерживает полиция, негров 35 проц. Среди тех, кого за это осуждают, их 55 проц. А среди тех, кто за это сидит в тюрьме - 74 проц. Это - двойное право, приложенное к миллионам граждан. Сейчас оно дополнено драконовским законом о рецидивистах: за третье преступление, независимо от тяжести, дается 25 лет тюрьмы.

* Прошлым летом газеты широко обсуждали такой случай в Калифорнии. Три подростка в парке купили пиццу и не съели один кусок. К ним подошел молодой безработный негр и спросил, не позволят ли джентльмены забрать ему этот кусок, если они его не будут есть. Джентльмены разрешили, никто не возразил. Но один мальчик рассказал отцу и сказал, что он не хотел отдавать кусок пиццы, но промолчал, потому что постеснялся отказать. Негра арестовали и осудили на 25 лет тюрьмы. Никаких претензий к его поведению в этом эпизоде не было, он лишь посягнул на собственность. Когда этот случай обсуждался в прессе, юристы подчеркивали, что речь идет именно о типичном случае - он просто привлек внимание своей "чистотой".

* И дело не в расизме США, то же мы видим в терпимой Европе. Девушка с Ямайки приехала в Англию погостить к матери. Она просрочила визу, и попала в полицию. В машине ей заклеили пластырем рот и сели ей на грудь. Привезли ее уже мертвой - у нее были раздавлены легкие и почки. Полиция ведет тяжбу с матерью, доказывая, что смерть наступила не от болевого шока, а просто от удушья - неправильно приклеили пластырь. Это - Англия 1994 года.

* А вот Гамбург 1995 года. В участке полиции, контролирующем район порта, под следствием 80 служащих - весь дивизион. Они загоняли раздетых догола подозреваемых иммигрантов в тесную камеру и устраивали им "душ" из слезоточивых газов. Ставили на колени лицом к стене и имитировали расстрел. И прочее в том же стиле. Командование знало и одобряло.

* Эти примеры можно множить без конца. Они - не продукт личного садизма конкретных полицейских, а плод самой философии общества, порождающего эту полицию. Даже те, кто получал зуботычины и синяки в советской милиции, скажут, что ничего подобного в ее отношениях с населением не было. Когда я стал студентом, меня отрядили в бригадмил, а потом в дружину, и я тянул эту лямку 30 лет. Последние двадцать лет меня оставляли дежурить в отделении, я был свидетелем, понятым. По моим подсчетам, присутствовал при "обработке" не менее тысячи задержанных: протокол, обыск, помещение в камеру, крики, драки. Повидал и послушал милиционеров нескольких поколений - от фронтовиков до курсантов. И меня поражал именно дух этих людей. Как они не поддавались соблазну озлобления и мизантропии? Ведь сама тяжкая работа к этому толкала.

* И посмотрите, как резко меняются те же самые люди, стоит только сломать философские основания общества (это глубже, чем идеология). Вот, невнятно ТВ сообщило о случае, еще пять лет назад немыслимом в СССР. Моряки с украинского сухогруза обнаружили на борту восьмерых "зайцев" из Африки и по приказу капитана расстреляли их и тела сбросили в море. Одного не заметили - он и сообщил. Это и есть новое мышление. Ведь это уже показал и ОМОН, который даже западную форму перенимает.

* Не буду поминать октябрь 1993 г., вот сценка бытовая. На платформе люди ожидают электричку, тут же подвыпивший пожилой мужчина с огромной овчаркой, кого-то встречает. Подходят два омоновца в комбинезонах и картузах. Прицепились к человеку, требуют удалиться - все правильно. Он, по привычке, пререкается, объясняет. Совершенно неожиданно они начинают молотить его дубинками. Все на платформе ахнули, тем более, что, казалось, овчарка вцепится в горло обидчику хозяина - произойдет драма. Но собака, чутьем поняв, что это уже не милиция, что сейчас ее пристрелят, прячется за хозяина и воет, как волк. Избитому надевают наручники и уводят. Вся платформа застыла в буквально скорбном молчании - оно меня поразило. Некоторые женщины плакали и шептали: "Зачем?!". Зачем этот оскал власти? Нужен, доргогие мои, просто необходим.

* Совершенно ту же бесстрастную жестокость, что и к "цветным", проявляет полиция Запада к отверженным другого рода - диссидентам, как-то беспокоящим общество. Большую полемику породил приговор Европейского трибунала прав человека, вынесенный Великобритании в сентябре 1995 г. Дело мелкое - в 1988 г. в Гибралтаре агенты полиции застрелили на улице трех известных республиканцев из Северной Ирландии. Как сказано в приговоре, "без всякой необходимости". Они были безоружны, их никто не пытался арестовать - просто застрелили. По поводу приговора поднялся шум, рассерчали и Мейджор, и Тэтчер. И тогда пошли в ход документы. Оказалось, что в Ольстере без суда и следствия были застрелены около 400 безоружных, уже задержанных республиканцев. Я уж не говорю о той шестерке бедолаг, которые под пытками "признались" в не совершенном ими преступлении и 12 лет просидели в лондонской тюрьме. Вышли в 1990 г. Вот тебе и правовое государство.

* Дальше - больше. Опубликовали историю целой сети негласных убийц "Гладиатор". Она была создана в 1951 г. НАТО и подчинялась его высшему командованию, что признал экс-генеральный секретарь НАТО Манфред Вернер. В эту организацию вербовались неофашисты из Черного Интернационала, цель - развязать террор в случае прихода к власти коммунистов в Западной Европе. На счету "гладиаторов" большое количество убийств и провокаций, особенно в Италии и Испании. Сорок лет содержать такую организацию государственного терроризма - это как? А убийство, прямо в тюрьме, в 1977 г., руководителей немецких анархистов? Что нибудь подобное по типологии и масштабу видели мы в "тоталитарном" брежневском СССР?

* Скажут - политика, и надо же было бедному Западу бороться с чумой коммунизма. А ведь коммунизмом тут и не пахнет. Авторы фильма "Русский рэгтайм" взывают: какая невинная шутка - изорвать флаг, разве можно за это в милицию! А попробуйте перенести эту ситуацию в США - кто-то в праздник Дня независимости срывает флаг и рвет его в клочки. Его бы забили дубинками, но что самое интересное - это вызвало бы у наших "демократов" глубокую симпатию к США. В этом и суть.

* Но и ссылка на политику неверна - жестокость полиции направлена против всяких диссидентов, которые объявляются нежелательными. Так, например, вдруг почему-то поступают с некоторыми сектами - при их огромном обилии. Помню, в 70-е годы в центре Филадельфии разбомбили с вертолета дом, в котором обитала коммуна сектантов. Никто тогда не мог объяснить смысла этой акции. Так же необъяснимо поведение полиции в деле с сектой проповедника Кореша в 1993 г. Да, мракобесы - заперлись на ферме и стали ждать конца света. Полиция решила это мракобесие пресечь. Но как? Сначала - в течение недели оглушая сектантов рок-музыкой из мощных динамиков (Кореш - фанат рока, и эксперты почему-то решили, что он расслабится и отменит конец света). А потом пошли на штурм - открыли по ферме огонь и стали долбить стену танком. Я был в США и наблюдал это в прямом эфире - спектакль на всю страну. Начался пожар, и практически все обитатели фермы сгорели - 82 трупа. А через год суд оправдал оставшихся в живых 11 сектантов - состава преступления в их действиях не было. На суде прослушивали записи криков женщин и детей, которые умоляли не стрелять по ним.

* Повторяю, что из западной прессы можно набрать ворох таких случаев, и в них видна именно система. Говорю это не с целью обличить, обвинить и т.д. Общественная мысль Запада воспринимает это как симптом глубокой болезни своей цивилизации, как червоточину самого корня гражданского общества. Уже тридцать лет обсуждаются потрясающие эксперименты Мильграма - изучение поведения белых американцев из среднего класса, которым дано право наказывать других. И более поздние, проведенные уже в 70-х годах не менее впечатляющие эксперименты Зимбардо, в которых часть испытуемых играла роль заключенных, а другая - роль тюремных надзирателей. Об этих опытах просто страшно читать (а надо бы нам прочесть о них).

* И, зная это, интеллектуалы от демократии призывают нас сломать пусть еще далекое от совершенства, но лишенное этих глубинных пороков порождение нашей цивилизации - советскую милицию. Ведь она - особое культурное явление, важная для всего мира ценность. И печально видеть, что масса людей, насмотревшись примитивных фильмов-однодневок, апатично соглашается на уничтожение этой ценности - ростка нового, неразрушительного человеческого общежития.

* Так мы сдаем без боя выстраданное отцами достояние, утрата которого очень скоро ударит по каждой семье.

* ("Советская Россия". Декабрь 1995 г.)

*


Вернемся к мифам антисоветизма: технологический риск

Вновь начинается давление на избирателя - впереди выборы президента. И опять запугивают возвратом к советскому строю. Демагогия уже в том, что будто стоит избрать коммуниста - и мы чуть ли не завтра окажемся в том же СССР. К сожалению очень для многих, это невозможно. Советский строй чудесен тем, что он возможен лишь при согласии почти всего общества (как ни странно, так оно и было после гражданской войны). Сегодня единства нет, и у нас возможен лишь строй, основанный на холодной войне и компромиссе - многопартийная демократия (или уж диктатура "демократических" горил). Как дальше пойдет, увидим.

* Тем не менее, размышления о советском строе актуальны. Во-первых, чтобы снова не стать жертвой демагогов. Во-вторых, чтобы понять, что можно сохранить ценного из советского образа жизни. А ценности там были созданы огромные, и мы их еще не осмыслили. Левые используют в пропаганде лишь то, что на поверхности - социальные блага и гражданское согласие. Но полезно пройти по всем основным антисоветским мифам, на которых стояла перестройка. Сейчас-то людям, на своей шкуре испытавшим последствия смерти СССР, легче отделить зерна от плевел. Давайте рассмотрим один такой миф - "технологический".

* Нам вбивали в голову, что русские, "уклонившись от цивилизации", стали неспособны пользоваться современными технологиями. Началось с Чернобыля, а затем к этому подверстали информацию обо всех авариях. Чернобыль - огромная катастрофа, событие уникальное и с каждым годом все менее понятное. То, что о нем известно, заставляет пересмотреть всю (и именно западную) концепцию риска. Можно даже сказать резче: уроки Чернобыля - прежде всего для Запада.

* В Чернобыле отказала не техника, а "человеческий фактор", сложилась такая система действий персонала, которая в расчетах была оценена как невероятная. Если бы люди нарочно старались взорвать станцию, они не сумели бы все сделать с нужной точностью. Тот факт, что в ходе самоорганизации такая система возникла, заставляет отказаться от принципов детерминизма, на которых построена вся западная техносфера. Это - сигнал о том, что мир должен переходить к философии нестабильности, самоорганизации. Но это - конец западного мифа, конец индустриализма и "столбовой дороги". И на это западная элита не идет. Потому-то на анализ Чернобыля наложено табу, и никто не слушал В.А.Легасова.

* Большой урожай был снят идеологами с аварии на море - столкновения "Адмирала Нахимова". Под сомнение были поставлены все подсистемы советского строя, ни много ни мало. Капитаны безответственны - где такое может быть. Суда старые, на плаву не держатся. Спасательные средства плохие. Все правильно - и все ложь. Ибо никакого отношения ни к строю, ни к особенностям России это не имеет. Куда ни глянь - то же самое, если не хуже. Вот в Голландии, у самой причальной стенки переворачивается вполне новый паром - халатно расставляли автомобили, перегрузили один борт. Почти двести жертв. Ясно: паром плохо спроектирован, персонал безответственный, служба порта не готова к спасательным работам - но увязать это с общественным строем ни одному экстремисту в голову не пришло. А то на фешенебельном пляже под Барселоной при небольшом волнении утонуло 6 человек. Оказалось, единственный спасательный круг куда-то отправили на лодке (тоже единственной). И никто это ни с рыночной экономикой, ни с монархическим строем Испании не увязал.

* Сюжет множества фильмов в США основан на реальных авариях, вызванных халатностью персонала или махинациями фирм. Смотришь и думаешь - нам до этого еще далеко. Сама жизнь дает сюжеты. В Барселоне в высотном госпитале оборвался лифт, погибло 12 человек. Оказалось, был большой и растущий дефект, но фирма год за годом штамповала сертификат о техническом осмотре, никакого осмотра не проводя. Проблема "человек-машина" - общая для всех обществ, создающих современную техносферу, и каждая культура может внести важный вклад, поскольку по-иному, чем другие культуры, видит проблему. Вместо этого идеологи ищут мелкую политическую выгоду.

* Особенно сильное впечатление производит пожар, гибель в огне. И в перестройке тему пожаров раздули в полной мере. Помните пожар в гостинице "Россия", где погибло четыре человека? Какие делались выводы: преступное использование горючих материалов; СССР не дорос до высотных гостиниц, ибо пожарные не имеют длинных лестниц. Тоже все правильно - если бы не вывод о том, что "Россия неспособна" (а вот Запад - тот да). И никто не потребовал тогда дать просто фактическую сводку о положении с пожарами на Западе. А если бы дали, то вопрос бы вывернулся наизнанку: как Россия сумела, не имея ни того, ни сего, обеспечить столь низкий уровень опасности?

* В Сарагосе при мне случился небольшой пожар в дискотеке. Никто из танцевавших внизу, в зале, об этом и не узнал - все умерли. Пятьдесят два трупа вынесли и положили на тротуаре. Загорелся диван, и образовались столь ядовитые тяжелые газы, что смерть людей была моментальной - официант так и остался стоять за стойкой с бутылкой в руке. Что, правые использовали этот случай для критики социалистов? Такое и в голову никому не пришло. Газеты опубликовали сведения о подобных пожарах в дискотеках США, и оказалось, что трагедия в Сарагосе - рядовой случай. И никакого комплекса неполноценности у испанцев никто создавать не стал.

* А вспомним, какой удар по сознанию нанес случай, ставший вехой перестройки: в детской больнице в Элисте двадцать малышей были заражены спидом. Как был подан этот бьющий по чувствам случай? Вот вам советская медицина, не стерилизуют шприцы. Полетели самолеты с гуманитарной помощью. Ельцин на весь свой гонорар покупает ящик одноразовых шприцев. Предприниматели вывозят титан, обещая на вырученные деньги построить завод этих самых шприцев. Потом выясняется, что никто никого не заразил, а в эту больницу направляли из разных мест детей - носителей спида. Но этого пресса уже не печатала, да это было и не важно. Все поверили в миф о дикости советского здравоохранения, и расставаться с этим мифом не хотели. Что же в этой сфере мы видим на Западе?

* Вот судебный процесс над директором Национальной службы переливания крови Франции (это тебе не медсестра в Калмыкии). По дешевке скупая кровь у маргиналов и наркоманов и не подвергая ее установленному контролю, персонал этой службы заразил спидом несколько тысяч человек (я, будучи тогда в командировке, слышал о трех тысячах, но цифры все время уточнялись). Почему бы нашей прессе не увязать это трагическое дело (директор получил 4 года тюрьмы) с трагедией в Элисте?

* Летом 1993 года - опять суд в Париже, над врачами из Института Пастера. Они изготовляли гормон роста для детей. Для этого покупали гипофизы трупов и, как полагается на рынке, искали подешевле. Поэтому покупали в экс-социалистической Венгрии. Надо же, даже маленький кусочек трупа идеологически согрешивших людей ценится в десять раз дешевле. Но качество, конечно, не то - и пятнадцать парижских детей были заражены неизлечимой и смертельной вирусной болезнью. Можно ли было проверить купленные по дешевке гипофизы? Конечно - но накладно. А ведь это - не "совки", не калмыки, а Институт Пастера, гордость Запада.

* А вот случай прямо у меня на глазах - в Сарагосе. Забарахлил в центральном госпитале линейный ускоритель для радиационной терапии, фирмы "Дженерал Электрик". Прибывший инженер фирмы затянул маленько регулировочный винт на индикаторе мощности, чтобы стрелка зря не дрыгалась, и дело с концом. Два года облучали пациентов мощностью, в десять раз большей, чем показывал индикатор. Стали разбираться, когда пациенты начали умирать один за другим. При мне умер двадцать второй, остальные дожидаются. Суд, конечно, критика - но не системы и даже не "Дженерал Электрик", а инженера.

* В целом, у нас создали устойчивое убеждение, будто вся техносфера, в которой его заставляла жить система "реального социализма", опасна. Сегодня можно заявить, что это была сознательная идеологическая акция по разрушению национального самосознания народов СССР. Много было лжи и умолчаний: никто, например, ясно не сказал простую вещь - безопасность полетов в такой огромной системе как "Аэрофлот" была на уровне лучших стандартов, точно такой же, как у "Пан Америкен" (а сегодня Россия на одном из последних мест в мире).

* Глубинная ложь этого мифа уже в том, что из понятия техносферы был исключен ряд важнейших элементов, которые как раз определяли в целом более высокую, чем на Западе, безопасность техносферы СССР. И дело даже не в абсолютных показателях, а втом, что у нас "единица безопасности" обходилась, думаю, в сотни раз дешевле, чем на Западе. За этим - проблема всей цивилизации. Я бы сказал, что гражданское общество Запада почему-то потеряло "инстинкт опасности", который сохранился в "отсталых", "крестьянских" обществах. Этот инстинкт заменяют законами, деньгами и квалификацией - но полностью заменить не удается. Совесть заменяется законом не вполне. Но это - особая большая проблема. Начнем хотя бы с ее проявлений.

* Взять такую "мелочь", как терроризм. Сегодня гремят взрывы в небоскребах Нью Йорка, на железных дорогах и в универмагах Испании, на площадях перед соборами и на вокзалах в Риме и даже в Лондоне. Кто-то пускает газ в метро Токио. Жертв не так много, но в целом в этих странах сложилось устойчивое ощущение опасности случайно стать жертвой теракта. Таким образом, речь идет об элементе опасности, принципиально присущем техносфере Запада. Он предопределен особым "человеческим фактором", созданным именно в этой техносфере. Техносфера СССР была такого фактора лишена, что сразу давало ей большое преимущество. Мы начинаем оценивать это лишь сегодня, когда сами выбросили это преимущество на помойку. Когда сами привели к власти режим, который порождает терроризм неизбежно, как шелкопряд свою нить.

* В СССР при скудных затратах на безопасность ее высокий уровень обеспечивался именно тем, что люди считали весь народ своей родней, а все, что было в стране - общим достоянием. Невозможно у нас было, например, такое явление: в Испании выгорают леса (причем гибнут и люди), и основная причина - поджоги. В Галисии этим занимаются специальные фирмы, которые сбрасывают с легких самолетов на парашютах зажигательные устройства - горелая древесина, сохраняя приемлемое качество, продается раз в десять дешевле. Лес поджигают, чтобы отомстить за какую-нибудь обиду местным властям, а то и пожарным.

* Огромную роль играл и тип экономики, не ориентированной на прибыль. Ее уничтожение не принесло никаких надежд на обещанную экономическую эффективность, но социальные утраты - налицо. И одна из них - утрата надежности, безопасности. И это очевидно каждому, хотя многие не хотят еще признать. Невероятное чило людей, около 30 тыс. в год, гибнет просто от отравления приготовленной из токсичных продуктов водки. Это - прямой плод рыночной экономики. И не дефект переходного периода, а сама ее суть, на обуздание этой сути на Западе тратятся огромные средства налогоплательщика. И справиться не могут!

* Если бы наше ТВ не было лживым, оно бы сообщило важную для всех вещь. В Испании закончился процесс по делу о продаже токсичного растительного масла. У нас тогда писали о каком-то таинственном вирусе. Дело проще: торговые фирмы закупили по импорту недорогое масло для технических целей - и пустили как пищевой продукт. В него был добавлен анилин - сильнейший яд. Газеты пишут, что анилин добавили, чтобы придать маслу привлекательный цвет, вкус и запах, но это мне кажется невероятным. Скорее, масли именно денатурировали, чтобы его не использовали в пищу. Госстандарт выдал сертификат качества. Невероятно, но директор Центральной лаборатории таможни и еще четыреслужбы контроля подтвердили, что масло с анилином годится в пищу. Погибло более тысячи человек, 25 тыс. тяжело переболели и в основном остались инвалидами. Суды присудили жертвам компенсации в сумме около 4 млрд долл. Государство отказалось платить, т.к. "это бы нанесло ущерб экономике страны".

* Когда я читал материалы процесса, вспоминал, как в 1972 г. по Калужскому шоссе шла целая колонна грузовиков под охраной солдат - вывозили уничтожать черную икру, т.к. из Ирана к берегу недалеко от Астрахани прибило труп умершего от холеры. Риск был практически нулевой, но государство не стало ни экспортировать, ни продавать эту икру дома. Потому что это было советское государство.

* Так подумаем, за какие блага мы отказались от такой огромной жизненной и даже духовной ценности, как надежность техники и продуктов? Даже отвлекая на безопасность все большие и большие средства, мы такой надежности "при рынке" никогда не получим. И чуть не ежедневные аварии и катастрофы - это лишь предвестник накатывающего на Россию вала.

* ("Советская Россия". Январь 1996 г.)

*


Село, которое сегодня уничтожают

Тема этой статьи кому-нибудь может показаться скучной, в ней много цифр. Но надо над ней посидеть - обойти эту тему нельзя. Это - один из гвоздей, прочно вбитых в наши головы даже задолго до перестройки. Никуда мы не двинемся, пока его не выдернем. Этот гвоздь - навязанное нам убеждение в нетерпимой, вопиющей неэффективности нашего сельского хозяйства по сравнению с фермерством США и Западной Европы.

* Сразу признаюсь, и я был под очарованием этого мифа, пока по службе не пришлось собирать сухие, лишенные всякой идеологии цифры и пока судьба не свяла с несколькими фермерами в разных районах Испании. И они рассказали и показали мне такое, чего не прочтешь в газетах. Также оговорюсь, что вовсе не считаю наше сельское хозяйство хорошо устроенным - возможности его улучшения огромны. Но эти возможности могут быть реализованы только через развитие, а не шельмование и разрушение того, чем мы реально располагаем. А если уж сравнивать с Западом, то всем нам надо прежде всего поклониться нашим колхозам и совхозам - по эффективности фермеры им в подметки не годятся. Ибо эффективность - это соотношение того, что производится , с тем, что вкладывается в производство.

* Вообще, что-то сместилось в нашем мозгу в связи с понятием "эффективность". Осенью 1992 г. вся демпресса рычала на колхозы, которые не хотели продавать зерно по 10 руб. за кг и тем самым наступали своим кирзовым сапогом на горло Гайдару - так и не дали ему допеть гимн рыночной экономике. Но когда это зерно США продают нам по 70 руб. за кг, та же пресса захлебывается от умиления: какие эффективные там фермеры! Какой-то бред. Пр чем тогда рынок, свобода, "нолрмальная экономика"? Изымать у колхозов с помощью жестко установленных закупочных цен средства развития и даже простого воспроизводства и одновременно проклинать их за "низкую эффективность". Да это, помимо всего прочего, просто подло.

* Начнем по порядку. В 1986 году академик Заславская на научных форумах и в печати пугала нас страшной цифрой: дотации к ценам на продукты питания составили 40 млрд.руб. 11 рублей на человека в месяц - какой ужас! Колхозы разоряют страну, жить с таким сельским хозяйством никак невозможно (да и цены надо немедленно повысить). И никому в голову не пришло тогда спросить: Татьяна Ивановна, а как обстоит дело с дотациями в США и Европе? Сколько доплачивают из госбюджета фермеру в Канаде, чтобы молоко стоило не больше доллара за литр? Не знаю, хватило ли бы у нашего радикального академика духу сказать, что в Канаде дотация из бюджета составила в 1986 году 96,7 проц. фермерской цены на молко. И никакая газетная сволочь при этом канадского фермера не распинает.

* Так вот, о дотациях сельскому хозяйству. В 1986 году они составили в США 74 млрд. долларов, в странах ЕЭС - 75 и в Японии - 50 млрд. При этом 90% - так называемые дотации "на поддержание цен и доходов". В целом по ОЭСР (24 развитые капстраны) бюджетные ассигнования сельскому хозяйству составляют сейчас около половины затрат населения этих стран на продукты питания. Только так называемые "прямые безвозмездные выплаты в фермерский бюджет из федерального бюджета США" составили в 1987 году 17 млрд. долларов. Бюджетные ассигнования в 6 раз превышают фермерские капиталовложения в США и составляют около 40 проц. всей валовой продукции ферм (для сравнения: среди бывших соцстран самые большие дотации получало сельское хозяйство Венгрии - здесь бюджетные ассигнования составляли 13% капиталовложений в отрасль). При этом бюджетные ассигнования быстро растут во всех странах. Вот рост среднегодовых величин:

---------------------------------------------------------------------
На 1 га с.-х.угодий,долл. На 1 занятого, тыс. долл.
---------------------------------------------------------------------
1979-81 1984-86 1979-81 1984-86
---------------------------------------------------------------------

США 82 22 9,5 28,2
ЕЭС 781 1099 9,9 14,3
Япония 5412 11319 4,6 12,0
---------------------------------------------------------------------

* Да разве снились когда-нибудь нашим колхозам и нашим покупателям такие дотации? Наши господа из демократов удушают колхозы под тем предлогом, что они якобы не так эффективны, как фермы США. А вы дайте им сначала такие же дотации. В пересчете на рубли по установленному вами курсу это около 30.000 миллиардов рублей в год, всего-то 30 триллионов (напомню, что стоимость всех ваучеров, которыми правительство Гайдара "рассчиталось" с народом России, 1,5 триллиона руб.). Не умещается в голове такая цифра? Это неважно, ибо ничего вы не дадите, вы колхозам еще не вернули долг за 1990 год, разворовали даже то, что обязаны были заплатить по законам рынка. Укуси руку кормящую - вот ваша мораль.

* Но вернемся на Запад. Здесь дотируется производство всех продуктов питания, хотя в разных странах по-разному. Так, в ЕЭС фермеру доплачивают более половины цены мяса, а в США - 10 проц., но зато там очень большие дотации на фуражное зерно. Сути дела это не меняет, и говорю я об этом только потому, что найдутся любители играть на этих тонкостях: видите, мол, как эффективно фермеры США производят говядину. В 1984-1986 гг. бюджетные дотации составляли в процентах к фермерской цене в среднем:

*

------------------------------------------------------------
пшеница сахар молоко говядина
------------------------------------------------------------
США 44,3 76,0 66,3 9,4
ЕЭС 36,3 74,7 55,8 53,0
Япония 97,7 71,8 81,8 55,4
------------------------------------------------------------

* В некоторые же годы уровень бюджетной поддержки поднимается столь высоко, что о каких-то "рыночных механизмах" говорить вообще не приходится - государство содержит фермеров как важную часть национального потенциала, вроде науки и образования. Так, в сезон 1984/85 в ЕЭС дотации на производство сахарной свеклы составляли 142% фермерской цены.

* Наши разрушители колхозов и совхозов представляют дело так, будто в США процветает именно мелкий фермер. Это неправда, и вся финансовая политика государства там направлена именно на поддержку крупных хозяйств и разорение "единоличников". Сами средства на дотации складываются в основном за счет налогов на "несельскохозяйственный" доход фермеров. Но этими приработками занимаются именно мелкие фермеры, ибо для них производство собственно продуктов питания убыточно. Крупные же фермы специализируются на основном производстве и потерь от этих налогов не несут. Они же получают и львиную долю дотаций: в 1986 году 12% ферм получили половину дотаций, фермы с производством товарной продукции более 100 тыс. долларов - 70%. Вообще дотации по программе поддержки цен и доходов получают около трети всех ферм США. Так что, если у нас будет "как в Америке", то исчезнут не только колхозы и совхозы, еще раньше будут удушены "архангельские мужики" - столь горячо любимые демократами фермеры. Да если говорить начистоту, то огромной важности дело возрождения крестьянских хозяйств как раз и превратили в театр абсурда - как будто специально, чтобы его дискредитировать.

* Как же справлялось со своей миссией колхозно-совхозное сельское хозяйство СССР? Неужели так плохо, что стала очевидной необходимость его срочного уничтожения - задолго до того, как появилась хоть какая-то замена? Оно деградировало или развивалось? По каким критериям его судили? Сегодня, вспоминая мое собственное восприятие, я сгораю со стыда: ведь я искренне поверил идеологам - всем этим черниченкам и заславским, не получив от них ни одного мало-мальски правдоподного аргумента, не потрудившись заглянуть в доступные любому грамотному человеку справочники. Давайте заглянем в них хоть сегодня. Первый показатель - производство основных продуктов на душу населения ( в кг) в 1989 году.

*

---------------------------------------------------------------- 
пшеница картофель мясо молоко масло яйца(шт.)
----------------------------------------------------------------
СССР 303 251 70 377 6,3 292
США 223 68 120 264 2,2 270
Англия - 111 66 258 2,4 214
----------------------------------------------------------------

* Не скажешь, что показатели убогие, тем более если учесть, что по своим климатическим условиям США - это как бы огромный Краснодарский край, а основная часть угодий СССР лежит в зоне неустойчивого земледелия.

* На все лады склонялся позорнвй факт импорта мяса и зерна, но никто никогда не сказал, что во всем импорте СССР мясо составляло 1 процент. Одну сотую всего импорта! Но ведь шума-то было столько, будто вся нефть и все золото страны уплывают ради покупки мяса. Зерна с приходом Горбачева к рычагам управления деqствительно стали ввозить много (в 1970 году оно составляло 1,1% импорта, в 1985 г. - 7%, в 1989-м - 4,3%). Но в колхозах ли тут дело? В Польше не было никаких колхозов, а импортировала она и мяса, и пшеницы на душу столько же, сколько СССР. Да и вообще в импорте ли дело - или в необходимости подрубить одну из ног нашего строя?

* Я долго колебался, прежде чем стал писать эту статью. Ведь есть масса специалистов, которые знают все, что в ней написано, и могли сказать о сельском хозяйстве России лучше меня. Ведь его уничтожают, а другого у нас не будет. Одно дело - за год свернуть все отечественное производство прохладительных напитков ради обогащения контрабандистов, торгующих зарубежной дрянью, Напьемся воды из-под крана! И другое дело - разогнать колхозы и стравить сельчан, зная, что никто 200 млн. человек не накормит. Но не слышно голосов тех, кто и по чину, и по знанию должен был сказать все это.

* ("Правда". Февраль 1993 г.)

*


Очереди и свобода

* Сложность нашей жизни такова, что автору, если он стремится верно отразить проблему, приходится полемизировать с самим собой - в каждой новой статье чуть ли не отрицать предыдущую. В одной статье я обсуждал главный аргумент и официального режима, и либерального интеллигента в пользу реформ: да, жить стало трудно, но зато нет очередей! Ты можешь пойти и купить все, что душе угодно (иногда добавляется: если у тебя есть деньги).

* В той статье я не стал спорить о том, есть ли сейчас очереди, а сказал, что этот аргумент означает переход значительной части интеллигентов на совершенно новые для русской культуры критерии разума и совести. Мальтус, который морально обосновывал этот аргумент, исходил из того, что "слабые", которые не имеют денег и поэтому не создают очередей, должны погибнуть - это закон естественного отбора и необходимо для сохранения равновесия между народонаселением и количеством благ. Мальтузианство было в самых разных формах и даже с яростью отвергнуто русской культурой, оно в принципе несовместимо ни с православием, ни с исламом.

* Может показаться, что тема очередей - обыденная тема, "бабий аргумент". Это не так, во всей конструкции перестройки она была несущей опорой. На ней, как на доступном для "совка" материале стоилась вся философия свободы, под знаменем которой сокрушался советский строй. Для элиты были и другие варианты (свобода выезда за границу, свобода на подписку газет без лимитов и т.д.), но они не были оружием такого массового поражения. Именно привычные всем очереди были представлены как самое чистое выражение несвободы и подавления личности. Говорилось: "очереди, унижающие человеческое достоинство".

* Довольно быстро мозги интеллигента были промыты до основания, и он искренне стал считать, что устранение очередей - чуть ли не самоцель горбачевской революции. В очень широком опросе 1989-1990 гг. на вопрос: "Что убедит людей в том, что намечаются реальные положительные сдвиги?", 73,9 проц. респондентов из числа читателей "Литературной газеты" (в основном, интеллигенция) ответили: "Прилавки, полные продуктов". Это кажется невероятным, в этом есть что-то мистическое: для людей стал важен даже не продукт потребления , а образ этого продукта, фетиш, пусть недоступный. Ведь каждому отвечавшему было ясно, что наличие продуктов на прилавках вовсе не означает его наличия на обеденном столе. Они на это соглашались - пусть человек реально не сможет купить продукты, важно, чтобы они были в свободной продаже. Здесь проявился тот скрытый религиозный смысл понятия свободы, который мотивировал интеллигенцию в перестройке.

* Точно так же, каждый понимал, что и при "социализме" можно было моментально наполнить прилавки продуктами, просто повысив цены (причем сравнительно немного, без разрушительной "либерализации") - ведь ломились от изобилия рынки. Но повысить цены не позволяла идеология и мораль, и это препятствие было решено удалить вместе со всей системой.

* Реформаторы Ельцина также взяли на вооружение пугало очередей и дефицита. Им обосновывалась разрушительная "либерализация" цен - дикость для той экономики, которой мы располагали. Но здесь им сразу пришлось идти на подлог - был известен опыт Польши. Шохину уже в январе 1992 г. пришлось сказать явную неправду о том, что якобы поляки довольны освобождением цен. В действительности уже весной 1991 г. 82 проц. поляков ответили так: "невозможность купить товар из-за отсутствия денег более докучлива, чем необходимость стоять в очереди". Элегантно выражаются поляки, но ясно. А ведь в Польше цены выросли лишь в 57 раз.

* Стоит заметить, что тема очередей и дефицита - не стихийный продукт наших наивных м.н.с. и инженеров, над ней работали лучшие умы Запада. В 1993 г. по западной прессе прошла "концептуальная" статья самого Рейгана: "Почему надо поддерживать Ельцина". Не думаю, что пораженный инсультами экс-актер мировой закулисы писал статью сам, но и у Чубайса он вряд ли ее списывал. Убедительно показав, какое благо несет Ельцин цивилизованному миру, он затем сделал открытие: и народам России от Ельцина кое-что перепало. Что же? Ликвидация очередей и дефицита!

* Не будем придираться к бредовой логике: производство упало вдвое, и тем самым устранен дефицит (то есть нехватка ). Дескать, много производили молока - был его дефицит, не стало молока - не стало его дефицита. Все у русских шиворот-навыворот, умом Россию не понять. Ну, Рейгану простительно - но у нас-то эту логику своей культурной пастве втемяшивают в голову академики, Аганбегян да Яковлев! Вернемся к более простому вопросу - очередям.

* Ведь за этот последний спасательный круг хватается сегодня искренний демократ: да, повсюду кровь и разрушение, да, наука гибнет и шахтеры падают в голодный обморок. Но ведь очередей-то нет! Ведь главная-то цель ликвидации советского строя достигнута! Ведь теперь-то мы можем умереть со спокойной совестью! Кинув последний слабеющий взор на "прилавки полные продуктов".

* Так вот, возьму грех на душу и отберу эту последнюю радость угасающего демократического ума. Врете, господа, и себя обманываете. Очереди вернулись, и в страшном обличье, как приходят призраки предательски убитых. И уже во многих очередях номерочки на руках пишет Смерть.

* Вот, со своей идиотской оптимистической улыбочкой сообщает диктор демократического телевидения: в Тбилиси уже три дня не выдают хлеб, полагающиеся по карточкам 300 граммов на день. У мироедов батон хлеба стоит среднюю месячную зарплату. Все три дня очереди не расходятся от хлебных пунктов. В этом году, поскольку все деревья в парках уже спилены на дрова, очереди даже не жгут костры, чтобы согреться.

* Что вы скажете по этому поводу? Ельцин уже сказал: зато на каждом углу есть киви, это же полезнее, чем хлеб. Мария-Антуанетта в аналогичной ситуации сказала: "Ну почему же они не едят печенье?" - и за эти слова ее отрубленной голове палач дал пощечину. Но она хоть не совсем потеряла совесть, и ее отрубленная голова при этом покраснела, что до сих пор наполняет французов гордостью.

* Наш наполненный общечеловеческими ценностями демократ найдет оправдание: а что мне грузины! Я теперь живу в независимой от всяких там грузинов России. До меня лично эти хлебные очереди когда еще доберутся!

* Конечно, в прозорливости нашему демократу не откажешь, и деревьев в московских парках еще полно. И все же... Тем, у кого все в семье работают, уже и хлеба купить не так-то просто. В моем районе, например, булочные приватизированы и закрылись. В том вертепе, что раньше был универсамом, хлеб бывает не весь день, и очередь за ним уже весьма ощутима. А поскольку в будущем году удобрений колхозы не получат вовсе, я предвижу и в Москве хлебные очереди как плановый показатель реформы Ельцина. А кроме того, раз уж говорилось об "очередях в СССР", я и тбилисские очереди не могу не учитывать, ибо Нуйкин под ручку с Гамсахурдией и Шеварднадзе несли знамя реформы по всей стране. И результат везде один и тот же, только выражается чуть по-разному.

* Кстати, "могу пойти и купить, чего душа пожелает" - тоже ложь. Ассортимент продуктов сократился до убожества. Нечего говорить о валютных супермаркетах - их для 95 проц. населения просто не существует, и даже слюнки при виде тех продуктов не текут, это как бы вообще не продукты. А если говорить о "наших" магазинах, то напрягите память и вспомните хотя бы тот доперестроечный универсам. В молочном отделе ты машинально набирал в корзину молоко цельное и топленое, кефир и ряженку, творог и сырковой массы с изюмом. Плавленых сырков всегда было минимум 5-6 сортов и т.д. Посмотрите сегодня - сами молочные отделы исчезли как явление природы. Если есть обезжиренный кефир - уже хорошо. Где же ваши "прилавки полные продуктов"? О хлебе и говорить нечего - в "задушенных дефицитом" советских булочных был больший выбор разных типов хлеба, чем в типичном супермаркете на Западе. Хотя, впрочем, демократу нужна упаковка, а в этом деле казарменный социализм подкачал.

* Что касается еды, то уже сейчас видно: реформа ведет не к изобилию того, что мы любили, а прежде всего к тому, чтобы "наша душа желала" принятого на Западе унылого, чуждого нам типа питания. Мы обязаны отказаться даже от русской культуры еды, умиляться конфетам из какой-то вздутой пластмассы и мороженому из подкрашенной воды. Дети перестройки уже не знают вкуса многих наших продуктов - той же ряженки, например. А потом запретят и сметану - на Западе ее нет, и нам нельзя.

* Но это лирика. А вот насчет очередей. Главное после хлеба - жилье. Жилье мы получали бесплатно, но надо было отстоять очередь. Она двигалась довольно быстро - в СССР жилья строилось намного больше, чем на Западе. Ежегодно получала квартиры шестая часть очереди, но сзади вставали новые, т.к. дети в СССР рождались. Что стало с этой очередью сегодня? Может нормальный человек "пойти и купить квартиру, когда душа пожелает"? Теоретически, да. А реально - никто об этом и не помышляет, нет свободной пары сотен миллионов. Знчит, оставаться в очереди - пережитке советского строя. Пока что эту очередь никто не осмеливается ликвидировать. Но теперь стоять в ней придется до скончания века: строительство жилья сократилось в 5 раз, и на очередников выделяется только одна треть квартир, остальные идут на аукцион. Так что, об этой очереди забыл наш демократ? Надеется, что дети после реформы вообще перестанут рождаться?

* Взглянем в другую сторону. Постоять четверть часа в кассу в советское время - унижало достоинство либерала. Но вот он простаивает часы в километровых очередях за бензином - и ничего. А ведь эти очереди начались сразу с ликвидацией плановой системы, и исчезнут только когда бензин станет совершенно недоступным по цене. Ведь реформаторы снимают все препоны для экспорта нефти, а на Западе бензин стоит 1 доллар за литр. Соображал это наш владелец демократического "жигуленка", когда крушил СССР, наполняя между делом свой бензобак за 3 рубля? И будет он так же счастлив завтра, когда без всякой очереди сможет купить "сколько душа пожелает" по 4 тыс. руб за литр? А пока что есть, есть очередь - реформа еще в пути.

* А вот и еще очереди нам показало ТВ (да и лично их многие узнали) - многотысячные очереди в банк "Чара", куда понесла наша трудовая интеллигенция свои жалкие доллары. Как же, деньги должны плодоносить! Выстаивали длиннющие очереди в капитализм, вожделели стать рантье - все такие цивилизованные, современные. Тайком-то большинство, выстаивая эти очереди, надеялось подкормиться на спекулятивные проценты. В эти дни те же очереди стоят под дождем, надеясь вырвать назад свои деньги, даже телевизионные дикторы - тоже вкладчики "Чары" - чуть не в истерике. Видимо, все уладится, и снова побредет туда цвет нации. Вопрос-то в другом: разве это - не очередь? Так примените вами же придуманный критерий к вами установленному социальному порядку. И перестаньте лгать! Эта очередь художников и актеров в подворотне "Чары" унижает человеческое достоинство куда больше, чем братская очередь за дешевыми продуктами в СССР.

* И подумайте о той очереди, которой нет еще только потому, что не до конца сломан советский строй. Она появится, когда вы его доломаете, и вы же в нее встанете - очередь на биржу труда. Вы прекрасно знаете, что эта очередь - неотъемлемая часть вожделенного западного порядка, но обманываете себя, надеясь, что в нее придется встать вашему соседу, но не вам лично. Не надейтесь. Большинству придется погладить костюм, повязать получше галстук, купить газету и, делая независимый и достойный вид (таковы правила игры), отстоять этот хвост и вежливо отвечать на садистские вопросы службы занятости. Те биржи, которые есть у нас сегодня, заполнены сострадательными советскими людьми, это отрыжка старого строя. Не надо надеяться на использование остатков той жизни, которую вы разрушили. Биржи станут совсем иными. Посмотрели бы вы в глаза людей в такой очереди в Рио де Жанейро - я туда забрел случайно, и запомнил на всю жизнь.

* Но к кому я обращаюсь? Те, кто счастливы тем, что на каждом углу есть киви и без очереди можно купить сникерс, не читают "Правду". Они читают рекламу и "Московский комсомолец". Но ведь надо как-то налаживать с ними разговор. Так, может, мои рассуждения дадут какие-то доводы их отцам и дедам.

* ("Правда". Ноябрь 1994 г.)

]]>
admin@kob.in.ua (Administrator) Опять вопросы вождям Wed, 08 Jun 2011 10:49:01 +0000
Глава 11. Спор с союзниками - не ради истины, а ради здравого смысла http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-11-spor-s-soyuznikami-ne-radi-istinyi-a-radi-zdravogo-smyisla.html http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-11-spor-s-soyuznikami-ne-radi-istinyi-a-radi-zdravogo-smyisla.html В ряде статей в оппозиционных газетах высказано принципиальное несогласие с моей оценкой прошлого и позицией в нынешнем противостоянии. Спорить - удовольствие небольшое. Но без спора не обойтись, когда оппонент, на мой взгляд, нарушает у читателя ясность и простоту мышления, которую мы с таким трудом начали восстанавливать после перестройки и шока "реформы". Отвечая на такие статьи, я старался не столько убедить читателя в моей правоте, сколько восстановить его рассудительность. Для примера, в порядке методического практикума, я помещаю здесь некоторые ответы (хотя и понимаю, что читать их не слишком приятно).

Духоносная пена

 Наконец-то я удостоился целого "открытого письма" - от Татьяны Глушковой. [Т.Глушкова. Неправый суд над родным народом. Открытое письмо Сергею Кара-Мурзе. "Правда-пять", No. 4, 6 (январь-февраль 1997 г.)]. Значит, надо отвечать - поэт в России больше, чем поэт.

 Как теперь повелось, сначала мне делаются преувеличенные комплименты ("талантливейший публицист" и т.п.). Потом выливается ушат туманных, скользких обвинений, которые расползаются, как клопы - изволь чесаться и ловить их. Есть такая наивная уловка: "Мы Вас так уважаем, у Вас такие интересные статьи, позвольте Вам на этом основании плюнуть в физиономию. Только не обижайтесь, это мы любя". Конечно, сейчас такое время, что не до обид. Поэтому утираюсь и объясняюсь по существу.

* Главный тезис Т.Глушковой облечен в обращенный ко мне риторический вопрос: "Вправе ли Вы выходить к читателю, не накопив в своей душе света , не неся просветляющего слова?".

* На вопросы такого рода есть один ответ: "На пушку берете, гражданин начальник?". Ибо на самом деле это никакой не вопрос, а примитивная ловушка. Что бы я ни ответил - останусь в дураках и признаю скрытое обвинение: да, я не накопил в моей душе света.

* Не знаю, из хитрого ли расчета или само так получилось, от чистого сердца, но всю свою торжественную речь Т.Глушкова построила в шизофренической манере (это - не клиническое, а методологическое понятие). Шизофренический стиль отличается от диалектического тем, что не видит единства и борьбы противоположностей. Он "расщепляет" реальность, причем так, что обе части оказываются исчадием зла. Таков расщепляющий взор Т.Глушковой. Что она видит, например, в нынешнем коммунистическом движении? С одной стороны, "мертво-застылые комортодоксы", которые "отвечают на колокол времени" что-то не то. А с другой стороны - "демагогические комобновленцы", которые в своем ползучем оппортунизме чего-то там "тихою сапой роют поглубже". Ну куды крестьянину податься?

* Ну ладно бы говорила Т.Глушкова только о "мертво-застылых комортодоксах", но с той же логикой она берется за живых людей. Как не вздрогнуть. Вот, она запрещает мне судить о народе, ибо "это невозможно вне глубоко религиозного сознания.., похоже, достаточно чуждого Вам". Как говорится, "закладывает" меня перед Синодом РПЦ. Всякому времени - свои песни (раньше писали в газету, копия - в райком). Не знаю, нужен ли возрождающемуся Православию такой Торквемада в юбке, но в фанатизме вернувшейся в лоно блудной дочери есть своеобразная прелесть. И я снял бы перед ревнительницей религиозного сознания шляпу, если бы через абзац она не стала клеймить "фарисейство православствующих русских интеллигентов с их пуританским презрением к атеистам". Кто же у нас выходит фарисей-то?

* Конечно, на четырех газетных страницах Т.Глушкова рассыпала множество верных замечаний - вроде маленьких мин для детей в виде игрушек и конфет. Как сказал философ, "нет такой лжи, в которой не содержалось бы крупицы правды". Но этих крупиц можно насобирать по газетам и на десять страниц. Собственно "глушковского" я не нашел, все надергано у тех авторов, которых она и клеймит, включая Шафаревича и меня самого. Но все эти крупицы влеплены у Т.Глушковой в надрывную патетическую тягомотину. На мой взгляд, качество текста весьма низкое. Хотя я вряд ли вполне объективен, но, согласитесь, обидно, когда единственное посланное тебе открытое письмо написано как курица лапой. Но вернусь к пунктам обвинительного заключения.

* Второе обвинение Т.Глушковой: я, мол, ставлю летальный диагноз русскому народу. Это обвинение она подтверждает двумя цитатами, вырванными из контекста так, что смысл их искажен. Я, например, пишу о необходимости мобилизоваться для сопротивления и восстановления государственности и заканчиваю словами: "Нас, поскольку уже полностью остригли, будет выгоднее зарезать - если не встряхнемся ". Т.Глушкова просто отбрасывает последние слова "если не встряхнемся" - и вот вам "летальный диагноз".

* В другой статье я говорю о том, что нельзя полностью "сдавать" советский строй и уповать на классовую борьбу. Вот мой вывод: "Надо восстанавливать солидарный образ жизни - без дефектов советского строя. Теперь это можно сделать, ибо эти дефекты сломаны вместе со строем... Если же мы с помощью истмата поможем опорочить образ советского прошлого как один из вариантов эксплуататорского режима и попытаемся начать борьбу как бы с чистой площадки - уже пролетарскую, классовую, то мы обречены на поражение. Мы будем иметь не больше шансов на победу, чем беднота Бразилии. Отказавшись от образа советской жизни, оппозиция узаконит существующее - оно будет уже не преступлением, не изменой Родине, не оккупацией, а просто одним из вариантов общества, основанного на рынке и частной собственности... Но все это - чушь. Никакого капитализма и никакого пролетариата в обозримой перспективе в России создать никто не позволит. Не для того проводится деиндустриализация. Здесь будет зона контролируемого вымирания русского народа, очистка площадки". А Т.Глушкова отбрасывает условие "если же..., то..." и пишет: "Здесь будет зона контролируемого вымирания русского народа, очистка площадки", - уверенно пророчите Вы о России".

* Такое искажение смысла - недобросовестный прием, и на этом можно было бы закончить ответ на "открытое письмо". Но продолжим ради пользы урока. Кстати, сам способ полемики Т.Глушковой поучителен. Он - как раз один из дефектов советского строя, раковая опухоль его обществоведения. В естественных науках этот стиль был изжит, и если бы, скажем, в химии или физике кто-то вылез на трибуну с такими подтасовками и натяжками, как у Т.Глушковой, он вылетел бы из приличного общества кувырком.

* От абзаца к абзацу пафос Т.Глушковой крепчает: "Ваша мысль о неспособности народа к жизни... переходит в мысль, что "такой народ, какими стали сегодня русские", недостоин жизни". Не слабо! Это какую же Вы мне статью шьете, гражданин прокурор?

* Да и не только мне. Вот, Пушкин, не ведая, что в Россию грядет Т.Глушкова, с горечью сказал, что мирные народы, не способные сплотиться для защиты своей свободы, "должно резать или стричь". А я неосторожно его строчку повторил. И она у меня "звучит хотя истерично, но достаточно императивно". Т.Глушкова вцепилась и весь акцент сделала на слове "должно". Ах, должно резать? Значит, вы призываете зарезать русский народ! "Миллионы русских людей, не оплачиваемых в своем труде многие месяцы, не покидают трудового поста... Их ли всех "должно резать или стричь"?", - трясет меня за шиворот Т.Глушкова. Да не должно их резать, не должно, я пошутил, тетенька. Я не хотел императивно.

* Пытаясь сейчас реконструировать мысль Т.Глушковой, предполагая наличие в ней "конструкции" я, наверное, совершаю насилие над материалом. В самом тексте мысль Т.Глушковой устремляется за любым попавшим в поле зрения движущимся объектом. Вдруг вспомнила, что злополучную строчку я взял у Пушкина - и давай теребить его стихотворение. В результате - очередной урок читателю по принижению идеи (вульгаризируя Бахтина, я назвал бы это "деградация ценностей через занудливость"). Оказывается, Пушкину было простительно написать те строки, ибо он был молодой (это в 1823 году) и к тому же стихотворение "не относилось к русскому народу, лишь недавно победившему Наполеона", а совсем наоборот - к испанскому, "по следам поражения революции в Испании, подавленной французскими войсками". Великая мысль сведена к региональным сиюминутным вопросам. Испанцев - да, должно резать или стричь, Т.Глушкова разрешает, ибо они революцию не отстояли и французов не победили. Ну не пошлость ли все это? Воевала бы уж Т.Глушкова со мной да с Прохановым, не трогала бы то, что не полагается трогать.

* Один писатель сказал мне, что "Татьяна Глушкова умна, как бес". Боюсь, что, прочитав ее "открытое письмо", он ее из бесов разжалует. Останется она всего-навсего умной, хотя и поэтессой. У них ведь ум особый, не от мира сего. Вот, помянул я где-то инженера, продающего в метро календарики. Я, мол, испытываю к нему острую жалость, но вижу, что она ему не нужна, ибо он рад этому новому порядку жизни и т.д. Т.Глушкова срезает меня своим личным примером: "отнюдь, отнюдь не всегда, вглядевшись, она видит, что этот молодой инженер рад своему образу жизни". Выходит, что я, ненавистник народа и к тому же круглый идиот, утверждаю, будто все до одного молодые инженеры и все до одной русские старушки сегодня "рады своему образу жизни". Поражаюсь проницательному уму Т.Глушковой и готов признать: отнюдь, отнюдь не все рады.

* Кстати, и здесь подтасовка. В моей статье инженер вовсе не рад " своему образу жизни", он принял новый порядок жизни, при котором "пока ему лично не очень везет, но это временно". Ведь речь идет о социальном явлении, об отношении к порядку жизни целого народа. Об этом идет негласный спор, даже удивляться надо, как люди умеют удержаться от низведения его к частностям. В этом смысле статья Т.Глушковой - из ряда вон. Поскольку такого рода подмены повсеместны, я утверждаю, что Т.Глушкова - человек неискренний, и большого доверия оказывать ей не следует. За ней глаз да глаз.

* Исходя из "презумпции идиотизма", Т.Глушкова опять загоняет меня в угол риторическим вопросом: "Оспорите ли, что народ определяется не деградировавшими своими элементами, сколь бы много таких ни было , но духоносными, по сей день еще неодолимыми в России?". Отвечаю: разумеется, оспорю. Как бы ни кудахтали защитницы народа с их глубоко религиозным сознанием. Ибо есть и здравый смысл. Посудите сами. Численность русского народа конечна. Скажем, ровно 148 миллионов человек. Предположим, деградировало 147 999 999 "элементов", остался один духоносный элемент - сама Т.Глушкова. Допустим даже, что она несет дух такой силы, что одна "определяет народ", и он все еще благороден. Но, не дай бог, что-нибудь случится, и останемся мы без духоносицы - что тогда?

* Ну нельзя при конечной численности народа утверждать, что не страшно, если сколь угодно большое число личностей деградирует. После некоторого критического порога именно они, а не "духоносы", станут "определять народ". Ведь все мы, все-таки, учились в средней школе, такие-то вещи должны понимать.

* Во второй части письма Т.Глушкова, войдя в экстаз, просто, как говорится, икру мечет - такая каша, что не от чего оттолкнуться, чтобы ответить. Барабанит, как заяц-стукач. Но в первой части еще какое-то подобие тезисов есть. Так, поднимает она вопрос о праве оппозиционной прессы на отражение реальности - ведь "мрака, отчаяния и без того довольно в современной жизни". Зачем, мол, еще и в газетах добавлять. Занимаясь по долгу службы анализом реального состояния "современной жизни", обязан сообщить, что Т.Глушкова не в курсе дела. Пресса оппозиции как раз виновата в том, что еще не довела до граждан внятно и без надрыва знание об истинном состоянии страны. Это состояние гораздо хуже нашей жизни сегодня, ибо мы еще проедаем наследство СССР, нам светит "свет погасшей звезды". Следует ли мне выполнять свой профессиональный долг и сообщать людям достоверные сведения (даже не накопив в душе света) - это я как-нибудь решу сам, тут мы без Т.Глушковой обойдемся.

* Другое дело - тонкие материи, интимные вещи вроде отношения к родному народу. Т.Глушковой, видно, духовный стриптиз не страшен, из нее комплименты народу прут, как пена из огнетушителя - никаких тормозов. Понятий о чувстве меры и о пошлости учителя ей, видно, не привили. Ну, ладно бы выплескивала свою экзальтацию в стихах - нет, встревает совсем в чужой разговор, выговаривает мне: "Вы решительно заголяете в своем "зеркале" безответный народ!". Заголяю! Притом решительно (фу, какой нахал!). Да еще весь наш безответный народ. Хорошо хоть, не обвинила меня Т.Глушкова в том, что я заголил старушку, торгующую носками в метро.

* Ну, а раз заголяю, то у нее я "вызываю в памяти, к сожалению, образ Хама, "благородно" усмехающегося постыдной наготе отца". Не повезло мне, а я так мечтал, чтобы Т.Глушкова назвала меня нашим советским Иафетом. Сдается только, что она спутала место действия. Наш "безответный народ", который Т.Глушкова уподобила пьяненькому Ною, прикорнул не у теплого Арарата, где растет сладкий виноград, а в сугробе. И здесь поступить, как любящие сыновья Ноя - подойти к отцу задом, чтобы не увидать наготу его, прикрыть наготу его и оставить проспаться до утра - значит бросить на погибель. Ной после той своей пьянки прожил триста лет. А у нас, если к пьяному отцу повернешься задом - в два счета окоченеет. Уж лучше по-хамски натереть снегом наготу его и заставить подняться, хотя бы и пинками. Даже рискуя, что тебя какая-нибудь Т.Глушкова за это зашибет своими соплями.

* Повторяю для простодушных: пьяному Ною наш народ уподобила сама Т.Глушкова, чтобы обозвать меня Хамом. Я лишь показал смысл ее метафоры, которая мне кажется негодной. Обругала бы уж попросту, чем лезть в болото.

* Остановлюсь на важном тезисе Т.Глушковой, для многих очень соблазнительном. Он звучит так: народ всегда прав!. Согласно Т.Глушковой, "это совершенно ясно культурному взгляду. Для которого вечно в силе остается аксиома: "Глас народа - глас Божий!".

* Что это за "культурный" взгляд и что за "аксиома", неведомо. Похоже, из того же огнетушителя. Но смысл понятен. И здравым его не назовешь. Все мы знаем из истории, что когда народы бывали поставлены перед выбором, их взявшая верх часть неоднократно делала фатальные ошибки - даже с точки зрения своих собственных интересов, не говоря уж о "вечных" идеалах.

* Не будем поминать народ Иерусалима, дела давно минувших дней. Вот близкие примеры, из жизни нашего поколения. Рассудительный немецкий народ в подавляющем большинстве поддержал Гитлера и весь его безумный проект. И дело было не в обмане, речь идет о выборе народа. Этот выбор был ошибочным. Или я, Хам, опять заголяю народ, теперь немецкий? Что на это скажет культурный взгляд и как там с его вечной аксиомой?

* Пример еще ближе: выбор армянского народа - расплеваться с Россией. Насколько сильны были в Армении антисоюзные настроения, показывает такой мелкий, но красноречивый штрих. Согласно опросу 1989 г., 62 проц. жителей Армении были недовольны своим уровнем потребления молока и молочных продуктов, а между тем их поедалось там 480 кг на душу (а, например, а Испании 140 кг). Армяне считали, что "Россия их объедает". Сегодня всем ясно, что выбор армянского народа был ошибочным - молока и сыра совсем мало стало.

* Т.Глушкова скажет: ну, то немцы да армяне, русские бы не ошиблись. Значит, аксиома теперь должна звучать менее фундаментально: "русский народ всегда прав". Это - еще более сомнительное утверждение. Хотя и без него Т.Глушкова нагородила по поводу патриотизма такие дебри, что лезть в них за ней не хочется.

* Народу тоже свойственно ошибаться, нередко по нескольку раз подряд. И личность не имеет права безропотно склоняться и уничижаться перед мнением народным - при всем к нему уважении. В заблуждениях и слабостях не спрятаться за спину народа или класса.

* В вопросе об отношении к советскому строю бессвязная хула Т.Глушковой вдруг становится содержательной, в ней просвечивает что-то жесткое и, честно признаю, для меня неожиданное. Во второй части "письма" Т.Глушкова четко заявляет: отказ от советского строя ошибкой не был. Его дефекты были якобы нестерпимы: "Уравниловка, отрицающая качественный критерий в оценке труда, отчуждение работников от вырабатываемого ими продукта, жестко централизованный распределительный принцип и связанная с этим власть бесконтрольной бюрократии" и т.д., и т.п. - известная песенка перестройки. Кто написал Вам всю эту чушь, мадам? Откуда вдруг этот суконный стиль ("отчуждение работников от вырабатываемого ими продукта")? Кто Вы, доктор Зорге?

* Но, оказывается, эти страшные пороки советского строя, из-за которых "глас Божий" повелел отдать "Уралмаш" Кахе Бендукидзе, еще не все. Т.Глушкова выдвигает главное обвинение: "Дело ведь не просто в том, что "мать" - Советская власть - стала съедать что-то тайком от детей (хотя - материнская ли это повадка?). "Недостача", обнаруженная "детьми", касалась... прежде всего нарастающего дефицита пищи духовно-идеологической !". Недостача касалась дефицита. Да, при таком отношении к слову духовная пища доброкачественной быть и не могла. Но при чем же здесь советская власть?

* Вообще, претензии к власти по поводу дефицита духовной пищи - это нечто из ряда вон выходящее. До чего же мы докатились, господа-товарищи? Ведь это (простите, что мне придется еще разок вас заголить) просто бред. Да где это видано, чтобы власть, помимо выполнения ее обязанностей по поддержанию порядка и обеспечению безопасности страны и граждан, еще и давала им духовную соску? Да сама эта претензия говорит о том, что советский строй был уникальным явлением - можно ли услышать такое в США или Бразилии. И кому бросает Т.Глушкова такое обвинение - советской власти! С кем она ее сравнивает? Может быть, при советском строе на народ хлынул поток мерзких фильмов, растлевающих душу? Может, невиданная нигде в мире сеть театров ставила сплошь подлые пьесы? Или не советская власть дала буквально в каждый дом Пушкина и сказки народов всего мира - чего нет именно нигде в мире? Относительно наших экономических возможностей советский строй предоставил каждому гражданину такой доступ к духовным ресурсам, что даже отдаленно никакой другой социальный проект в истории к нему не приближается по этому показателю. И вот, на тебе, именно в этом плане советский строй Т.Глушкову не устраивает. Да так, что она глаза готова выцарапать каждому, кто упрекнет рабочих за то, что они отказались от этого строя. И матерью называть при ней советскую власть не смей, только мачехой.

* Более того, у Т.Глушковой недотепами оказываются как раз те немногие, кто в октябре 1993 г. пришли к Дому советов совершить символический акт защиты советской власти. Видишь ли, нехорошие лидеры "посадили поверивший им народ в кровавую кашу "Белого дома". Народ поверил и сел в кашу. И тут народ! А у телевизоров сидел кто?

* Лично я Т.Глушкову в лицо не знаю, может, она у Дома советов была. Те люди, которых я там видел, никакого доверия ни к Руцкому, ни к Хасбулатову не испытывали и не ради них они пришли. А ради чего они пришли, мне объяснять Т.Глушковой зазорно. Тем более, что многие из тех, за которыми пришли, выскользнуть "из-под танковой артнаводки", как выражается поэтесса, не умудрились.

* Вообще, народ у Т.Глушковой - что-то вроде пластилиновой куклы, которую лепит Новелла Матвеева. "Если кукла выйдет плохо, назову ее Дуреха". Простите за напоминание банальных вещей, но народ - сложная, неоднородная система, даже в его живущих поколениях. Он может раскалываться, иной раз почти пополам, доходя до гражданской войны. Чей тогда глас - Божий? Какой половины? Понимаю, что Т.Глушковой, накопившей в душе много света, претят более или менее строгие и земные социальные понятия (классы, сословия и т.д.). Но могла бы использовать понятия культуры. Народ - сложная совокупность культурно-духовных типов. Бывает, на пасеке есть и пчелы, и медведь, запускающий лапу в улей. Кого сегодня защищает от плетущих паутину патриотов Т.Глушкова, как храбрый комарик Муху-Цокотуху?

* Вот, она пишет: "Я заведомо выношу за скобки интеллигенцию космополитическую - "демократическую" и русофобскую, подчиненную либерально-еврейскому своему компоненту". Это что же - не народ? Да это сегодня чуть ли не четверть народа. Бросаться такими его частями - как раз и попахивает русофобией, только очень уж тупой. Я, сколько бы ни "увлекался обличениями этой интеллигенции", до такого в самые мои мрачные моменты не смог бы додуматься. И потом, почему же она "выносит за скобки" только интеллигенцию, подчинившуюся "либерально-еврейскому компоненту", а рабочих "не выносит"? С какой стати такая дискриминация?

* Помимо жесткого обвинения советскому строю и оправдания его сдачи, Т.Глушкова выдвигает еще один столь же жесткий и определенный тезис - уже об отношении к режиму Ельцина-Чубайса. Суть его в том, что сопротивляться не следует. Этот тезис даже дан как заключение всему письму. Прочитайте внимательно (я лишь выкинул несущественные обращения ко мне лично):

* "Если... народ, несущий огромные потери, сегодня "залег на дно" и отчасти даже прикинулся тем, чем хотят видеть его беспощадные его враги, то, быть может, такое "непрестижное" его поведение как раз мудро? Ибо пока... не выяснено неложное благо Отечества и неложные пути к нему . И, пока не брезжит заря окрыляющей высокой идеи, верховного (а не дробно-политического, "ближайшего") смысла, который одухотворил бы движение масс, только стадо... кинулось бы к столь оправданным, на первый взгляд, ниспровергательным действиям. Голониспровергательным". И тут голые! С этим образом что-то неладно. Но не будем беспокоить тень Фрейда, давайте вдумаемся в логику.

* Вот, на тебя сзади напал грабитель, свалил, добрался до горла, душит. Ты пытаешься нашарить рукой камень, напрягаешь последние силы. И тут из-за спины душителя возникает дамочка - и ну молотить тебя туфлей: "Ты чего, фраер, руками сучишь? Голониспровергательными действиями решил заняться? Разве ты выяснил неложное благо Отечества и неложные пути к нему ? Разве тебе брезжит заря окрыляющей высокой идеи? А ну положь кирпич!".

* Но такая искренняя дамочка не слишком опасна. А у Т.Глушковой - поди еще разберись, что под покровом напыщенных, вымученных слов торчат, как камни, твердые требования: не рыпайтесь, не добивайтесь "ближайшего" смысла, все пути ложны, бороться с режимом в ядерной стране запрещено. Лежать на дне и не шевелиться - вот ваша мудрость!

* Это и есть два главных утверждения Т.Глушковой. Одно (горбачевско-яковлевское) - о порочности советского строя. Второе (ельцинско-чубайсовское) - о невозможности и ненужности борьбы с режимом. "Неужто неведомы Вам предпосылки, на какие указывает даже демпресса, рассуждая о возможности массового противодействия правящей олигархии", - заламывает руки Т.Глушкова. Даже демпресса не велит сопротивляться! Ради этого нехитрого социального заказа такой расход слюны.

* Я от статьи к статье, понемногу, стараюсь показать ложность обоих этих утверждений, и облава на меня идет с четырех сторон. И от истмата, и от национализма, и от обиженного пролетариата, а теперь и от заголенного мною папаши Ноя. Всего за месяц - большие статьи в семи газетах оппозиции. И все авторы, конечно, искренни и самостоятельны, как "революционная сторожевая овчарка Лада" из редакции газеты "Молодой коммунист".

* Статья Т.Глушковой особая. Она должна сильно подействовать на нашего эмоционального читателя. Но просмотрите ее на холодную голову. Ведь, взяв меня как бы за главную мишень, Т.Глушкова в статье обгаживает практически всех публицистов и деятелей оппозиции, которым удалось создать доверительные отношения диалога со своей аудиторией. И речь идет не о критике, не об ошибках. Сам подбор эпитетов, словечек, ассоциаций у Т.Глушковой таков, что ясно: она была бы рада, если бы все эти люди просто исчезли из нашей общественной жизни. Причем очерняющий размах Т.Глушковой действительно поражает. Вот, В.В.Чикин - день за днем, без отпусков, тянет огромный воз, выпуская "Советскую Россию". Сам прекрасный автор, он даже ничего своего не печатает - не может выкроить времени. Ну к чему казалось бы, можно придраться? Нет, даже его Т.Глушкова полощет на целой колонке. Отложив газету, уже невозможно вспомнить, в чем там дело. Но что-то вроде было: то ли Чикин шубу украл, то ли у него шубу украли.

* Пусть читатель мысленно доведет дело Т.Глушковой до логического конца - он увидит, что мы должны были бы остаться без "Советской России", без "Нашего современника" и газеты "Завтра" - практически, вообще без языка.

* Конечно, Т.Глушкову подвигнули на такой труд не из-за меня. Просто она оказалась человеком, способным обрызгать ядом, не разбирая, буквально все пространство оппозиции. Она - пешка новой крупной идеологической программы режима, новой большой провокации. Смысл ее - активизировать в среде оппозиции всех людей, обладающих "комплексом Яго", страстью разрушать всяческие узы, стравливать друзей, товарищей и союзников, везде сеять вражду и подозрения. Цель - отравить сам воздух нашего общения, изгадить слова и мысли. Известно из всего опыта человечества, что бороться с этим ядом очень трудно. Люди ведь не вольны в чувствах.

* У кого-то, скажем, был любимый автор. Человек его читал, в душе с чем-то не соглашался, но вел с ним уважительный диалог. И вот, на его глазах на голову этого автора выливают ведро помоев. И хотя умом понимаешь, что верить не следует, душевная связь с этим автором нарушается, возникает чувство неудобства. Хотя жизнь уже должна была бы людей научить и закалить, многие будут отравлены. Ведь быть свидетелем гадости - это уже в какой-то степени стать ее соучастником. Так возникает круговая порука, и это знают те, кто манипулируют нашим сознанием.

* Посмотрите, как Т.Глушкова науськивает меня буквально на всех деятелей оппозиции: того я не обругал, против другого "не поднял голоса протеста", от тех-то "отвел наши взоры и снял вину". Вот ведь какой в ее лице нашелся прирожденный мастер стравливать, да еще, наверное, бесплатный. Я выступал и буду выступать с критикой, но говоря прежде всего о явлениях и идеях, а не о личностях. И не собираюсь делать это в такой манере, как Т.Глушкова. Ведь весь ее стиль говорит просто о дурном характере и плохом воспитании, и когда он выплескивается на страницы газеты со знакомым логотипом "Правда" (хоть и "пять"), он становится заразным. Мне, например, было просто противно читать то, что Т.Глушкова понаписала про маршала Язова (и даже про К.Раша, который всего лишь осмелился сказать о нем что-то хорошее шесть лет назад!).

* Я думаю, что статья Т.Глушковой - и своими размерами, и стилем - показывает, что благодушный период в жизни оппозиции истек. Шутки кончены. Ресурсы для мягких маневров у режима иссякли, и процесс соединения сил оппозиции, возникновения внутри нее множественных и уважительных человеческих связей будет пресекаться всеми средствами. Не надо, товарищи, увлекаясь хлесткими словами и пощечинами, помогать этому.

* После того как вышел номер газеты с первой частью "письма" Т.Глушковой, мне позвонили из РКРП и попросили подождать с ответом. Объяснили, что будет вторая часть, более важная, что в редакции "Правды-5", вопреки их просьбе, это не отметили и т.д. Значит, в это дело влезло руководство РКРП. Вы что, мужики, совсем? К чему вам эта дешевая полупоповщина - "Святая Русь", "брезжит заря" да "верховный смысл"? Держались бы лучше марксизма-ленинизма. Пусть он и не вполне объясняет нынешнюю заваруху в России, надо его дополнять - но не этой же мутной пеной. Ведь никакого отношения ни к русской культуре, ни к православию она не имеет. Кончайте вы с ряжеными водиться.

* ("Правда-5". Февраль 1997 г.)

*


Короткий ответ на длинное письмо

* Константин Ковалев, которого я уважаю и проч., заступился передо мной за русских рабочих в письме из Нью Йорка. Я их упрекнул в том, что они сдали советский строй, поверив ложным идеям. По Ковалеву, этот строй жалеть нечего, ибо он со смертью Сталина стал упырем, сосущим кровь рабочих. Это видно уже из того, что чиновники стали ездить на "Волге". Ездил чиновник на "Победе" - не было эксплуатации, пересел на "Волгу" - эксплуатация. Так четыреста лет назад крестьяне бунтовали против злых помещиков и злого царя - хотели добрых.

* Этот критерий Ковалев и кладет в основу своего понимания эксплуатации. Были партократы скромными - не эксплуататоры, все рабочие им в Ростове аплодировали. Стали нахальничать, послали детей в английские школы - эксплуататоры. Значит, долой КПСС, да здравствует товарищ Ельцин! В своем "марксистском" подходе Ковалев идет до конца: если получку у мужа берет добрая жена, то эксплуатацией и не пахнет, а если, стерва, купила себе серьги, то даже муравью ясно - эксплуататор, язви ее в корень.

* В статье, осердившей Ковалева, я не стал говорить простую истину, которую подчеркивал Маркс: эксплуатация и угнетение - принципиально разные вещи, хотя иногда и совмещаются. Изъятие прибавочного продукта хоть злым татарином, хоть злой женой или номенклатурщиком, всегда имеет элемент угнетения, но не всегда это эксплуатация. Путать вилку с бутылкой - остаться голодным.

* В статье про муравья я не стал приводить и другую известную истину, о которой напоминал Ленин: любое государство есть угнетение. Рабочие обязаны бороться даже против советского государства - и в то же время беречь его, как зеницу ока. Они же не делали ни того, ни другого.

* Ковалев, изображая меня "поэтом", который из каприза "попытался доказать, что Золушка - неблагодарная тварь", постарался не заметить в моей статье такой фразы: "О том, каким образом советское государство реально оттолкнуло и даже озлобило значительную часть рабочих - особый разговор, и жаль, что мы никак к нему не подберемся". Но даже и до разговора скажу: по моему разумению, все дефекты и обиды советского строя с точки зрения интересов человека труда никак не перевешивали уже созданных благ и будущих возможностей. У Ковалева же - наоборот, и в этом наша несовместимость.

* Переход от восторга к ненависти при его философии прост, как щелчок выключателя. Пока Сталин держал колхозников без паспортов, все было хорошо, и "в любом магазине было все, вплоть до черной икры". Да здравствует советская власть! А как только впустили в город "новую, деревенско-кулацкую номенклатуру", то она все в магазинах сожрала, и заступаться за такой строй рабочим уже не следовало. Так же и потом. Любил-любил Родину, а тут таможенник отнял у его жены Е.Н.Флеровой 70 книжных иллюстраций и вот вам - "жена (и я, конечно) решила не возвращаться в Россию, если ей не вернут ее произведения". Прямо-таки ленинская принципиальность.

* Вот логика Ковалева и близкого ему рабочего "перед которым мы были долго виноваты" (кто это "мы"?): "Я работаю автозаправщиком, добиваясь звания ударника - а этот гад из райкома ездит на "Волге" - так пусть "Уралмаш" приватизирует Каха Бендукидзе". И Ковалев считает, что прав этот его двойник, а не я, который никогда не был идеалистом, не путал советскую реальность с коммунистической утопией, не добивался звания ударника, но ценил то, что имел, и не ходил под красным флагом с портретом Ленина громить горком.

* Хрущеву нельзя простить Новочеркасска, но я на те красные флаги смотрю иначе, чем Ковалев. Он в них видит незамутненность идей коммунизма, которые вдохновили рабочих, а я вижу бороденку попа Гапона. А под каким портретом начали подгрызать советский строй - все, вплоть до Горбачева? Под портретом Ленина, с его цитатами в руке. Иначе и быть не могло, это старо, как мир.

* Ковалев начисто исключает из своих размышлений проблему личной ошибки и исторической вины классов и народа. Рабочих, оказывается, нельзя ругать, а надо перед ними только виниться. А по мне, так прав Маркс: нации, как и женщине, не прощается, если она становится добычей проходимца. А классу тем более. Сам Ковалев поддерживал Ельцина даже в 1991 г., но ни ошибки, ни вины тут не видит: он же думал, что Ельцин борется против номенклатурного строя. Многие из тех, кто одобряет свержение советского строя, сегодня клянут "демократов". Они недовольны тем, как больно и грубо убили СССР, но это привередливость. Все было сделано максимально аккуратно - не по доброте, а из-за невырванного советского зуба, ядерного оружия. Менее больно сделать было невозможно, и единственно кто это мог сделать, был союз Запада и его "пятой колонны". Тому, кто хотел свержения реального, а не надуманного советского строя, нечего теперь хныкать. Или пусть признает, что в своих желаниях жестоко ошибся.

* Хорошо, что Ковалев показал кончик той ниточки, которая вплетена в его мировоззрение. Это - "гениальные сценарии Е.Шварца, удивительно преображавшего старые сказки". В манипуляции сознанием "освежевание" старых сказок - одно из мощных средств, изобретенных шварцами всего мира. Мудрость старой сказки изымается, в любимую оболочку закладываются современные идеи-вирусы, и сознание беззащитно. Наш Шварц в этом преуспел - прочтите хотя бы сказку "Дракон" и посмотрите фильм. Важный кирпич у архитекторов перестройки. Герой, победивший Дракона, неизбежно сам оказывается Драконом - вот тебе и философия для Гроссмана. Вот тебе и победа над фашизмом.

* Ковалев сравнил рабочих с Золушкой. Готов признать, что вообще-то Золушка не была неблагодарной тварью, а была благородная красавица, достойная хрустальных башмачков. Но что такой Золушкой был советский рабочий, а злой мачехой советское государство - не соглашусь.

* Если уж следовать метафоре, то советское государство было именно матерью - но детям показалось (а хотя бы так и было - не будем спорить), что мать стала неумелой, беззубой, заглядывает в рюмочку, а то и съест что-то тайком от детей. И они эту мать помогли убить - им сосед пообещал хорошую мачеху. А мачеха оказалась людоедкой. И теперь только косточки этих деток хрустят. Тех, которые в Нью Йорк не успели уехать.

* ("Советская Россия". Ноябрь 1996 г.)

*


Ответ таинственному незнакомцу

* Со мной начал спор "Неизвестный читатель" ("Совествкая Россия", 3 окт. 1996). Поскольку он прямо обращается ко мне: "уважаемый С.Кара-Мурза", нельзя не отвечать. Хотя меня он использует как зацепку, а разговор ведет вообще о другом - излагает свою платформу.

* С моими взглядами она несовместима, и вроде бы спорить не о чем. Тем более что обращается он ко мне, оппоненту, с нахальством преподавателя научного коммунизма: "не мешало бы [мне] задуматься над собственной логикой, прежде чем поправлять других". Мол, сам дурак. Ну, это потерпим. Хуже - упоминание в ироническом плане , что советский строй основан "на народных костях". Интересно, иронию у него вызывают народные кости всегда и везде - или только в связи с советской историей? Так же коробит ирония по отношению ко всей нашей программы развития: "индустриализация развивалась неслыханными темпами, но сельское хозяйство терпело крах, потребление отстало. Зато войну выиграли, хотя это и была "пиррова победа".

* Судя по тону, автор предпочел бы, чтобы потребление не отстало, но войну проиграли. А как было бы с потреблением в этом случае? "Не мешало бы задуматься над собственной логикой".

* Вся концепция "неизвестного" до запятой совпадает с платформой нынешних троцкистов. Я, однако, не утверждаю, что он сознательно причисляет себя к ним - есть люди, которые всю жизнь не подозревают, что говорят прозой. Относительно советского строя радость: "Неудивительно, что этот гнилой строй рухнул. Но это не был крах социализма !". Социализм развивается правильно, там, где ему и следует быть - в цивилизованном мире.

* Итак, "неизвестный" считает советский социализм "выкидышем" цивилизации, одобряя лишь краткий миг НЭПа. Сталин "ликвидировал рынок, учинив кровавый режим государственного терроризма", а "брежневский застой был политикой и экономикой абсурда, с какой стороны ни посмотри". Это - официальный вывод антисоветчиков типа А.Н.Яковлева. Так что расхождение у нас не в логике, а в исходных постулатах и даже идеалах, о которых, как известно, спорить бесполезно.

* Что же до логики, то она у "неизвестного", на мой взгляд, тоталитарна, как у адвоката Макарова. Во времена Брежнева - экономика абсурда " с какой стороны ни посмотри ". Какое самомнение - так сказать о целом периоде. Вот вам одна "сторона": за время этого застоя (1965-1980) была построена основная масса жилья - 1,6 млрд кв. м., почти по 7 кв. м. на каждого гражданина СССР. В каком смысле это - абсурд? За этот период втрое возросли основные фонды хозяйства, мы их уже десять лет проедаем и проесть не можем. Если бы не этот "абсурд", все неизвестные читатели в России уже протянули бы ноги с голоду. Это был период интенсивного дорожного строительства. Вещь незаметная, а сеть дорог с твердым покрытием выросла втрое. Была создана мощная система авиаперевозок, надежно связавшая огромную страну - фактор интеграции посильнее пушек и танков Грачева. Я уж не говорю о том, что сентенции из арсенала Гайдара и Чубайса, вроде "сельское хозяйство терпело крах и потребление снижалось", рассчитаны на придурков без памяти.

* Между прочим, за те же годы "застоя" СССР, укрепляя дружественные отношения, оказал зарубежным странам помощи на 80 млрд. долларов, а США за те же годы только из Латинской Америки перекачали богатств на 800 млрд. долл (это - по подсчетам видного американского ученого Н.Хомского). Попробуйте эти деньги у американцев отнять - что у них станет с потреблением?

* Но это - расхождения второго уровня. Главная несовместимость наших взглядов - в понимании сути происходящего в России столкновения и смысле понятий "рынок" и социализм.

* Половина всего обращения ко мне, "контуженному парадигмой", состоит в доказательстве, будто транснациональные корпорации строют самый настоящий социализм, ибо "с точностью до минуты планируют весь производственный процесс". "Неизвестный" идет дальше и утверждает, что изменилась сама цель производства на Западе и оно перестало быть капиталистическим. То есть, благодаря менеджменту сменилась формация, произошла революция в производственных отношениях:

* " Целью производства становятся повышение производительности, качества труда... и т.д., и прибыль рассматривается как следствие , а не цель". Знаменосец этого "правильного" социализма, конечно, США. Здесь уже в середине 80-х годов свыше 130 фирм "что-то изучали". "Неизвестный читатель" восхищен: "Вы думаете, они рынок изучали? Потребности человека !.. Если это не основной научный принцип социализма, так сказать, на марше, то где?.." и т.д. Это уже логика Шуры Балаганова. Если перед глазами гиря, то, конечно, золотая - а какая же еще?

* И вот фатальный вывод: "Социализм не выбор, а осознанная необходимость!". Так что можно роспускать все компартии, необходимость себе дорогу пробьет, а сдача России американским корпорациям означает наконец-то утверждение социализма на нашей многострадальной земле, измордованной Сталиным и Брежневым. И далее: "В ХХ веке прогресс совпадает с движением: от рынка - к плану и от диктатуры - к демократии - такова диалектика исторического развития. Все разумное неизбежно, как сказал бы Гегель".

* Сначала о "правильном социализме" в США. Когда страна с богатейшими природными ресурсами и высокоразвитой промышленностью Бразилия почти целиком работает на Запад, а 42 процента бразильских детей физически и умственно деградируют до наступления половой зрелости из-за нехватки белка в питании - это делается ради прибыли или ради удовлетворения потребностей человека? А когда "Чейз Банк" организует отряды бандитов для массовых убийств мексиканских крестьян в штате Чьяпас, ради каких "ценностей и запросов" это делается?

* Обеспечив себе гарантированные высокие прибыли, капиталисты Запада за счет ограбления 80 процентов человечества подкармливают свой пролетариат, снижая его эксплуатацию на 40 процентов. Это - колоссальная величина. И это - социализм?

* Нет, это - национал-социализм, только нового поколения. В этом глобальном фашизме уже не одна нация (немцы) эксплуатирует другие народы, превращая их в пролетариев, а десяток наций, соединившиеся в "золотой миллиард". От этого социально-экономическая суть фашизма нисколько не меняется, он только становится интернациональным, но вычеркивает из списка человеческих существ 4 миллиарда "слаборазвитых". Народы России в том числе. Мешает ли этому план? Нисколько. Видна ли демократия в этой "диалектике исторического развития"? Даже смешно спрашивать.

* В реальной "диалектике" ХХ века Запад пришел к такому типу человеческих отношений, о котором один западный философ недавно сказал словами Братца Лиса из старой сказки: "Эта демократия похожа на нож без рукоятки, у которого отломили лезвие". (Этот нож остался без рукоятки, когда демократия оторвалась от демоса , народа, а теперь она потеряла и кратию - власть в руках ТНК).

* Насчет демократии ТНК надо спросить у сомалийцев, сербов и матерей Ирака. Не видели фотографию из морга центральной детской больницы Багдада? Штабеля коробок из-под обуви, и в каждой - мертвый младенец.

* Ну, скажет мой "неизвестный" социалист, это неизбежные изъяны. Строить социализм руками капиталистов - дело новое, неизведанное, допускают и ошибки. Главное, формула-то какая замечательная: "Соедините плановую экономику с демократией, и вы получите реальный социализм... А свободный рынок пусть остается для согласования спроса и предложения, только и всего". И это пишет поклонник Гегеля! Когда мы слышали такое от ушибленного перестройкой Селюнина или врунишки С.Алексеева, это не удивляло, но ведь сам "Неизвестный читатель"! Это ведь почти как если бы Неизвестный солдат встал из Вечного огня и сказал нам правду о войне.

* Давайте разгребать винегрет этой формулы. Сначала о демократии. О какой демократии речь? Как в Афинах, для рабовладельцев? Или как в древнем Новгороде - на площади? Или вайнахской, которую установил Дудаев (тем более, что и планирование у него явно было)? "Неизвестный" умалчивает, но я подозреваю, что он имеет в виду западную демократию как политическое воплощение гражданского общества. Это именно тот сломанный нож, о котором говорил Братец Лис. В ее основе лежит, как гранитное основание, частная собственность . Ни голоду Сомали, ни геноциду в Ираке эта демократия не препятствует ни капли. Это - принципиально антихристианский способ человеческого общежития. Его формула - "война всех против всех". Теоретик гражданского общества Локк был ярым сторонником рабства в США и компаньоном работорговой компании. Негры в гражданское общество не входили и правами человека не обладали по определению. Спросите манси и удеге, хотят ли они в такую демократию и в основанный на ней социализм. Думаю, разве что мадам Гаер захочет.

* "Отберите у Борового и Коржакова лозунг демократии - и Ельцину капут!" - уверен "Неизвестный". Какой год-то на дворе? Кто вспоминает о демократии? Только Сергей Адамович Ковалев в больнице под наркозом (да и то притворяется). А Ельцин - живее всех живых, не говоря уж о его режиме.

* Меняет ли дело введение планирования? В принципе, не меняет. Планирование - это технология, которая может служить и Рузвельту, и Гитлеру, и Сталину. Молоток, которым можно строить дом - или дробить черепа. Ни частной собственности в руках капиталистов, ни отчуждения пролетариев планирование не отменяет. Никакого отношения к социализму это по большому счету не имеет.

* Теперь о рынке. Как это невинно: "рынок - для согласования спроса и предложения, только и всего". Когда я такое читаю, всегда закрадывается мысль, что тебя разыгрывают. Все-таки, о смысле рынка писали великие умы, начиная с Аристотеля. Утрясать спрос и предложение автомобилей и бюстгальтеров - функция чисто технологическая (как и у планирования). Главное же не это. Рынок создает человека! Каждого делает собственником: у одного капитал, у другого - только его тело. И он его выносит на рынок и продает в качестве рабочей силы. Еще рынок создает определенное общество, основанное на этой купле-продаже и конкуренции. Так что купля-продажа становится всеобъемлющей метафорой, смыслом этого общества - от политического рынка ("демократия") до рынка любви (законная и морально оправданная проституция).

* В этом вопросе нет ни проблемы идеалов, ни проблемы логики. Как говорил любимый актер демократов, "Лелек, это надо знать".

* Сравнивая западную демократию со сломанным ножом ("демократия без власти народа"), тот философ продолжил мысль о "диалектике исторического развития". В конце ХХ века, сказал он, нас захлестнул поток продуктов "без": молоко без жира, кофе без кафеина, табак без никотина, социализм без Маркса, коммунизм без Ленина. Думаю, если бы Гегель это узнал, он бы уже не утверждал, что все сущее разумно.

* ("Дуэль". Октябрь 1996 г.)

]]>
admin@kob.in.ua (Administrator) Опять вопросы вождям Wed, 08 Jun 2011 10:47:35 +0000
Глава 10. В чем суть столкновения в России? http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-10-v-chem-sut-stolknoveniya-v-rossii.html http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-10-v-chem-sut-stolknoveniya-v-rossii.html

* Продолжим наши усилия по самопознанию - вопреки соблазну поверить в простые формулы и продолжать, зажмурив глаза, размахивать знаменем, хоть красным, хоть белым. Пока будет оставаться необъясненной загадкой тот факт, что трудящиеся отшатнулись от социализма и советского строя и позволили их уничтожить, никакой объединяющей людей программы оппозиция выдвинуть не сможет. Эта загадка свербит мозг каждого - что со мной произошло? О какой программе может идти речь, если не понимаешь, чего хочет или чего не хочет масса?

*

Грустные мысли в год крысы

* Кончилось десятилетие трудов двуглавой бригады Горбачева-Ельцина. Никому не хочется вслух подводить итоги: победители скрывают свои приобретения, перекачивают их из одного банка в другой, путают следы. Обобранные радуются "успеху на выборах" и покупают к празднику недорогие бананы. Гордые шахтеры, проголосовав за какого-нибудь Борового, объявляют голодовку в забое - нижайше просят выдать им зарплату за октябрь. Пролетариат Москвы счастлив: бутылка водки стоит столько же, сколько четыре поездки на метро - по-старому 20 копеек.

* Десять лет - такой срок, за который раскрывается суть любой программы. Уже нельзя ссылаться на лукавство политиков - сама жизнь обнажает смысл. Не по отдельным вопиющим примерам и цифрам мы можем судить о том, что произошло в стране, а по всей совокупности событий и отношений жизни. Давайте же хоть раз за десять лет скажем вслух то, что тайно думает или ощущает каждый.

* Суть того, что произошло в России за это десятилетие, для меня - поражение христианства, его истощение в тысячелетней битве за человека. Что было в начале? Сообщившего, что все люди братья и в братстве могут быть спасены, народ Иерусалима через свободное и демократическое волеизъявление послал на крест. Но тогда, смертью смерть поправ, Он указал путь и свет, которым две тысячи лет питался дух человека, пусть и по-разному преломляясь в разных умах и уголках Земли. Я не говорю, что нынешнее падение христианства, пусть временное, не было предрешено издавна - это вопрос вопросов. Может, оно слишком вознесло человека, он не выдержал этого креста? Но ужасно, если мы откажемся просто по лености, даже не вникнув в суть отказа. Вспомним себя.

* Мы в России жили и чувствовали, что всю ее Христос исходил босой - чувствовали, даже не зная этих строк. Когда я их услышал, мне они показались простыми и очевидными. В войну мы так и ощущали свою страну: я, трехлетний, мог бы потеряться, и пошел бы по земле - и каждый был бы мне дядя или дедушка. И каждый красноармеец согрел бы меня под шинелью или тулупом - каждого дома коснулся Христос. В голодном Челябинске большие мальчишки приспособили меня ходить нищим, а потом отдавать им сумку. Я обошел много квартир в районе вокзала и получил такой заряд любви и доброты, что порой кажется: сумей я его передать Чубайсу да Гайдару - они пошли бы и удавились, как Иуда.

* Расчетливый Запад, начав исповедовать культ наживы, для успокоения совести отступил от Евангелия - снизил человека. А Россия стояла в своем подвиге долготерпенья и работы совести, с приступами самоистязания. В такой момент "пальнула пулею" в Христа, но тем и удержала его с собой на советское время, что бы ни говорили церковники-формалисты. Вот, и она ослабла духом и поддалась соблазну. Сделала выбор - так же демократически, как и тогда, в Иерусалиме. Пусть и не единогласный, да и не окончательный.

* В чем же был выбор? Что горело вместе с партбилетом Марка Захарова? И далеко ли от него духовно те, кто партбилет не сжег, а спрятал его пока в сундучок? Не говорят об этом ни Анпилов, ни Бурбулис - не хотят обижать народ, поставить перед ним зеркало. Как политики, наверное, они правы. Полагается похваливать "простого человека".

* Переходя на приземленные, социальные понятия, можно сказать: две тысячи лет в Европе боролись две великие идеи, по-разному выражавшие сущность человека (а на нее надстраивалось все остальное). Одна идея сформулирована уже Римом: человек человеку волк . Вторая идея - от Христа: человек человеку брат ; человек, носитель искры Божьей, победил в себе волка.

* На первой идее возникла цивилизация рынка, основанная на конкуренции людей. Римская пословица превратилась в чеканную формулу гражданского общества, которую дал Гоббс: война всех против всех. Формула звучала торжественно, на латыни: bellum omnium contra omnes . Культура Запада признала и утвердила с гордостью, как свою силу: волчье начало в человеке главное, оно вводится в цивилизованное русло не этикой братства, а правом и полицией.

* Запомним, что эта идея человека не скрывается стыдливо, а именно утверждается. Это, если хотите - то предание, на котором стоит Запад. Виднейший антрополог из США М.Сахлинс пишет: "Очевидно, что гоббсово видение человека в его естественном состоянии является исходным мифом западного капитализма. Однако также очевидно, что в сравнении с исходными мифами всех иных обществ миф Гоббса обладает совершенно необычной структурой, которая воздействует на наше представление о нас самих. Насколько я знаю, мы - единственное общество на Земле, которое считает, что возникло из дикости, ассоциирующейся с безжалостной природой. Все остальные общества верят, что произошли от богов... Судя по социальной практике, это вполне может рассматриваться как непредвзятое признание различий, которые существуют между нами и остальным человечеством".

* К чести человека Запада, он не заплыл жиром. Уход от Христа расщепил его совесть. Когда наши патриоты напыщенно говорят о бездуховности Запада, это противно слушать. Достоевский приоткрыл нам трагедию Запада в своей легенде о Великом Инквизиторе - а что мы в ней поняли? Больная совесть Запада родила Дон Кихота - книгу, за которую человечеству, по словам Достоевского, на Страшном суде будут прощены все прегрешения. Совесть Запада родила марксизм - целое учение о возвращении к братству (коммунизму) через преодоление отчуждения, через "выдавливание Гоббса по капле". И сегодня Запад дал нам целую плеяду философов, ученых, поэтов-гуманистов. Дал теологию освобождения с ее искренним, жертвенным и сердечным сочувствием человеку труда, угнетенному бедняку. Всего этого русские постарались не увидеть. Они слепили себе иной образ Запада.

* Но вернемся к главному выбору: человек человеку волк - или брат? Ведь это и было перед нами на чашах весов. И образ человека-брата, образ солидарного идеального общества был завещан нам нашими мертвыми - от Святослава и Александра Невского до Зои и Гагарина. Они все стояли за нами, когда мы примерялись.

* Особо выделим Александра Невского, которого наши предки посчитали святым, а "демократы" возненавидели самой чистой ненавистью. Этот наш государь стоял перед тем же самым выбором, причем оба варианта были даны в страшном образе нашествия. Это - не то что выбирать между сникерсом и дешевой буханкой хлеба, как "упаковали" выбор нам сегодня. Невский выбирал между тевтонами и монголами. И поехал брататься к сыну Батыя. И дело было не в официальной религии: и тевтоны, и сын Батыя были христианами. Александр, думаю, сравнил мироощущение двух врагов на глубинном уровне, на уровне бессознательного и "невыражаемого". Тевтоны шли на Русь крестовым походом, неся тоталитарное сознание Рима, в котором уже прорастали формулы Гоббса. Монголы несли идею "цветущей сложности" (выражение К.Леонтьева), которая вырастала из терпимости восточного христианства, окрашенного у них конфуцианством и буддизмом. И здесь для нас главное - представление о человеке. Конфуцианство ставило гуманность высшей ценностью культурного человека, а служение общественному благу - высшим долгом. Буддизм подкрепил эту философию "снизу", от природы, через идею гармонии природы и человека (гармонии природного и культурного начал в человеке). Невский понял, что здесь, при всех тяготах и травмах татарского ига, нет угрозы корню России, угрозы вырастающей на нашей земле соборной личности. А ведь, захоти он, мог бы найти тысячи "дефектов" татарщины, чтобы оправдать сдачу Руси тевтонам.

* Кого же послушались русские, когда Горбачев стал нас уговаривать сдаться тевтонам, указывая на дефекты советского строя, который был лживо представлен игом, "татарщиной"? Не Александра Невского, и не Петра, и не Сталина. Послушались их антиподов и предателей. Вдруг поверили пророкам типа Солженицына и Гдляна - хотя никаких разумных оснований верить им не было. Иные раздули в себе жалкий патриотизм. Украинцам Мазепа вдруг стал ближе, чем татарин Кочубей, а многим русским генерал Власов ближе, чем Багратион. Как же, зов крови!

* Ну ладно, Невский. Ведь оплевывали могилы отцов - совсем свежие. С какой симпатией показало ТВ Москвы бал в родовом имении Шаликашвили в Грузии. Рассыпаясь в извинениях, Шеварднадзе вернул начальнику генштаба США конфискованное имение его отца. Американский генерал милостиво простил Грузию и даже дал в имении прием, на который с трепетом явились сливки нации. Как красиво тенцевали - в черкесках, на цыпочках. У кого же конфисковали это дворянское гнездо? У высокого чина СС Шаликашвили, командира танковой бригады, который передавил гусеницами много юношей из сел и деревень Грузии, а потом успел сбежать на Запад. Ну, отдай ты его сыну имение потихоньку - зачем же этот постыдный бал? Нет, грузинскую интеллигенцию, как ребенка-дебила, тянет измазаться в собственных экскрементах. Да ведь не только грузинскую.

* Смотрели 1 января по ТВ юбилей Хазанова? Казалось бы, зачем это глумление над всей элитой "демократов"? Зачем было под телекамерой гнать вельмож и поэтов, патриархов и иерархов ползти на сцену целовать туфлю этого нового хана? И если бы только это. Ведь все эти вельможи были обязаны заставить своих элегантных жен и дочерей аплодировать гнусной похабщине Хазанова - так он их вязал круговой порукой унижения. Думаю, Сосковец, испив эту чашу, позавидовал князьям на Калке. Тех монголы просто задушили под коврами, на которых пировали. А ему-то жить.

* Это - первые плоды того, что вслед за "культурным слоем" чуть ли не большинство русского народа согласилось перейти от солидарности к конкуренции. Сделаться всем волками и погрызть слабых. Отойти от христианской идеи человека к культу "белокурой бестии". И этот выбор был сделан как-то сразу, путем шараханья. Устояли, как каменные глыбы, лишь русские крестьяне и прочие "отсталые".

* Сделав этот выбор, легко умертвили все то, что мешало приступить к наслаждению. Развалили СССР - каждый убедил себя, что это он кормил слабого соседа. "Патриоты" запричитали над русским мужиком, которого объедают все, кому не лень. Под крики "долой империю" вытащили из музея имперского орла. Клоуны оседлали трибуны: "Россия обречена быть великой державой!". Под шумок провели приватизацию - отдали заводы "сильным", оставили страну без промышленности, обрекли на голод треть сограждан, на угасание - стариков. Согласились стать колониальным народом под игом "новых русских", искусственного народа-мутанта.

* И все это уже было в истории, все это прекрасно изучено на самом Западе. Об этом антрополог Леви-Стросс пишет: "Колонизация предшествует капитализму исторически и логически, и капиталистический порядок заключается в обращении с народами Запада так же, как прежде Запад обращался с местным населением колоний. Для Маркса отношение между капиталистом и пролетарием есть не что иное как частный случай отношений между колонизатором и колонизуемым".

* На это согласились - и теперь пожинают законные и неизбежные плоды. КПРФ, потакая народу на площади, что-то твердит об обмане. В чем же он? По большому счету, никакого обмана не было - все было сказано совершенно ясно. Что-то приукрасили в мелочах: обещали, что будет как в Швеции, а делают как в Бангла Деш. Но это несущественно. Эта реальность отличается от идеала не больше, чем реальность социализма от его идеала. Важен именно выбор идеала, а не дефекты исполнения.

* Можно даже больше сказать: нынешняя действительность в самой своей сути еще несравненно гуманнее того, что будет дальше, когда новый образ жизни утвердится и изживет пережитки советского строя. Социализм еще ведет арьергардные бои, людей еще не решаются уволить с фабрик, им еще платят на уравнительной основе, нерентабельные шахты еще боятся закрыть. Но это - остатки того, что люди отвергли как принцип. Чего же вы цепляетесь за остатки? Испейте всю чашу.

* Сегодня, когда я вижу старуху, продающую в метро пару носков, или молодого инженера, продающего календарик, испытываю острую жалость. Но эта жалость им не нужна. Вглядевшись, я вижу, что они не только этого хотели, но и сейчас еще хотят. Они хотят, чтобы именно это и было законом жизни, но только чтобы они лично оказались наверху. А пока им не очень везет, но это временно. И они боятся, что придут коммунисты "и все у них отнимут". И массы этих людей поразительно быстро теряют ту культурную оболочку, которую приобрели за советское время. Тот инженер рад, что может не трудиться и не напрягать свой мозг. Рад, хотя вот-вот свалится от туберкулеза. Он уже перестал мыться, хотя еще не потерял квартиру. Он чувствует, как в нем действительно побеждает звериное начало, и наслаждается этим.

* Что же нам обольщаться тем, что за коммунистов проголосовало 18 млн человек из 104? На какой призыв к спасению Родины откликнутся остальные 86 миллионов? Они еще не умылись слезами и кровью. Они еще надеются, что эти слезы и кровь достанутся не им лично, а соседям.

* Может быть, жестоко говорить людям, что они на самом деле натворили или готовы натворить. Куда лучше увлекать их "позитивными образами" - социальной справедливостью, оплатой по труду. Похоже, так и думают политики. Я думаю иначе: жестоко именно не предупредить людей, которые колеблются и вошли в разлад со своей глубинной сущностью. Они поддались искусу, малодушно надеются перехитрить своих мертвых, хотя уже испытывают перед ними стыд и страх. Потакать минутной слабости - грех. Преодолеть соблазн не поздно, но уже требуется огромное и честное душевное усилие. Но если мы и дальше пойдем по дорожке самообмана, то не просто окончательно сунем шею в иго хазановых. Это иго обратит нас в прах.

* ("Советская Россия". Январь 1996 г.)

*

Рана сердца, а не разума

* Пока что лидеров оппозиции можно даже заподозрить в желании дождаться упрощения ситуации: бедствия приведут людей в отчаяние, создадут "революционную ситуацию", и люди взовут к организованной оппозиции: "веди нас в бой!". И голову ломать не придется.

* Дожидаться "социального взрыва" - мало чести. Честь в том, чтобы избежать его, уйти от пропасти социального насилия и мщения. Первые его признаки как раз оттолкнут половину колеблющихся и сплотят противостоящие части общества. А без того, чтобы верно объяснить людям происшедшее с СССР, и социальный взрыв не поможет. Ну, сменят сотню высших чиновников, кого-то поймают в аэропорту - а дальше что? И речь идет не о "программе", о которой бубнит запускающий мелочные обманы Гайдар. Программа, вполне разумная, уже почти очевидна, но дело серьезнее. Ведь перед патриотическим правительством встанет такая трудная задача, какой никогда, пожалуй, не стояло. Сегодня над Россией навис не разоренный войной и внутренними конфликтами Запад, а консолидированная, пусть на время, "мировая цивилизация", в которой даже позиции крайне правых и крайне левых по отношению к России (СССР) различаются не слишком сильно. Не сорваться на гибельное противостояние можно будет лишь при мощной, однозначной поддержке большинства населения. А что оно поддержит?

* Вот, Юрий Власов пишет, что Россия нуждается в Вожде - и рисует страшный образ Сталина. Но сила Сталина была не в маузере Ягоды, а в том, что были у него "слова, как пудовые гири, верны". Почему Ельцин, даже разорив страну и нарушив почти все свои обещания, до сих пор владеет умами множества людей? Не чудо ли это? Разве он - такая уж симпатичная фигура? Сила его лишь в том, что он три года назад сказал своим грубым языком несколько верных слов, точно нащупав в душах людей нужные струны. Пусть эти струны были квалифицированно обнажены и натянуты целой бригадой "прорабов перестройки" - это их победа. Война есть война.

* Сегодня, вспоминая недавнее прошлое, я даже выскажу предположение, что и слов-то никаких Ельцин не сказал - эти его слова создало наше собственное воображение, с помощью гипнотизеров с ТВ. Мы сами создали себе миф Ельцина - крутого борца с номенклатурой. Он иногда шевелил губами, что-то рычал, а мы "додумывали". Мы сами сотворили себе этого кумира, вернувшись в "язычество" из обрыдлой церкви Суслова и отвернувшись от гаденького соблазнителя Горбачева. Пусть сорвано уже с кумира несколько масок, видна под ними Безносая - это только добавляет хаоса в умах. И прежде всего требовалось от наших лидеров понять: что обрыдло в теологии Суслова, в чем суть "мифа Ельцина" и почему стал гадок Горбачев. Но понять это оказалось пока что не по плечу. И не только понять, но даже задать простые вопросы, не боясь вопиющих противоречий в самих вопросах. Политик этого избегает - легко поскользнуться. Мне легче рискнуть, хотя и могу потерять тот небольшой авторитет, что накопил, рассуждая о сравнительно простых проблемах.

* Оставим пока в стороне "сознательных демократов", ненавидевших советскую власть из идейных соображений, а также тех, кто был этой властью прямо обижен. Обе эти категории составляют меньшинство, хотя и влиятельное (особенно в среде интеллигенции). Поговорим о человеке, жившем обычной жизнью, далекой от власти и ее идеологических терзаний. Задумаемся над очевидным фактом: советский человек стал испытывать почти ненависть к номенклатуре - касте-хранительнице советского строя - за то, что она пользовалась "льготами и привилегиями". На этой почве и произошло сотворение Ельцина. А сегодня тот же человек равнодушно взирает на воров и хапуг, которые его обобрали и нагло демонстрируют свое неправедное богатство. Не прощалась черная "Волга" секретаря райкома, но не колет глаз белый "мерседес" директора АО, хотя бы это был тот же самый бывший секретарь. В чем тут дело?

* Не будем трогать совершенно аналогичный, но очень тяжелый вопрос - кровопролитие. В августе 1991 г. трое юношей погибли при попытке поджога советских БТР. И хотя никто на них не нападал, их смерть всколыхнула массу людей (вплоть до абсурда с награждением их всех орденом Ленина и Золотой Звездой Героя Советского Союза). Это было воспринято как зверское преступление режима коммунистов. В октябре 1993 г. режим "демократов" устраивает несусветное побоище совершенно непропорциональных масштабов, с множеством явных преступлений против гражданских прав - и практически никакого возмущения "среднего" человека. В Чечне стали бомбить города и села, уничтожая без разбору чеченцев и русских - людей, никакого отношения ни к Дудаеву, ни к Ельцину не имевших, а просто живших на земле со своими детьми и стариками. И множество разумных граждан это даже приветствуют - надо, мол, уничтожить Дудаева (а что Дудаев - это чортик из табакерки Ельцина, уже забылось). Невзоров даже гордится - "это моя война".

* Очевидно, что речь не идет о рациональных расчетах. Значит, дело не в ошибочном выборе и не в социальных интересах, а в глубоко уязвленном чувстве . Оставим в стороне вопрос технологии - как удалось уязвить чувство советского человека вопреки его разуму . Ведь уже ясно (хотя люди стыдятся это признать), что льготы и привилегии, которые двадцать лет занимали ум кухонного демократа - тоже миф. Миф, сфабрикованный на потребу жвачным интеллигентам всего мира. Хонеккер предстал монстром, когда интеллигенция ГДР узнала, что у него на даче есть бассейн. В 10 метров! Сбежавшая в Испанию сотрудница балета Кубы с ужасом рассказывала на ТВ о царящей при Кастро социальной несправедливости: в центральной больнице Гаваны больных из номенклатуры кладут в отдельный зал, куда не попасть простому рабочему. Все так и ахнули. Хотя именно в этот день газеты сообщили, что один из директоров одного из сотни банков Испании не явился на разбирательство какого-то дела, т.к. отбыл на консультацию к врачу в Нью-Йорк на собственном самолете.

* Но ведь были же искренни и девчонка из балета, и ее собеседники! Значит, они не следовали голосу разума. Ведь холодная логика гласит: любое общество должно создавать верхушке "улучшенные" материальные условия, хотя механизмы создания таких условий различны. Была ли верхушка "соцстран" так уж прожорлива? Нет, общество отпускало ей крохи материальных благ. Хрущев поохотился разок, и это вошло в историю как преступление века. А типичная оргия секретаря обкома заключалась в том, что он мылся в бане, а потом выпивал бутылку коньяка. Когда Молотов умер в 1986 г., все его состояние равнялось 500 руб. - на похороны (да еще перед этим он отправил 100 руб. в фонд Чернобыля). Даже Брежнев, которому перестроечная пропаганда создала ореол вселенского вора, оставил в наследство, как выяснилось, лишь несколько подержанных иномарок - была такая слабость у руководителя империи.

* С точки зрения разумного расчета, руководители высшего звена в СССР были самой "недооплаченной" категорией - это сообщила даже такой идеолог перестройки как Т.И.Заславская. Почему же маленькие блага и слабости вызывали ярость, а к хамской роскоши нуворишей или невероятным доходам директоров-приватизаторов проявляется такая терпимость?

* Я вижу причину в том, что в глубине сознания, а то уже и в подсознании множества людей во всем мире жила тайная вера в то, что социализм будет именно Царством Божиим на Земле. Той утопией, где люди будут братья и равны. Разрушение этого идеала, к тому же с огромным преувеличением и грубым растравливанием сознания, вызвало приступ гнева, который невозможно было компенсировать доводами рассудка (да их и не давали высказать). Советский проект был изначально основан на утопии, в которую люди поверили: секретарь райкома обязан быть нам братом, а не наемным менеджером. Брат, который тайком объедает семью, вызывает большую ненависть, чем уличный вор, ибо он - изменник. Он судится по совсем иным меркам. И вся перестройка была основана как раз на эксплуатации этой утопии. Вместо того, чтобы воззвать к здравому смыслу и сказать: героический период в прошлом, пусть секретарь райкома будет у нас просто управляющим, - в людях распалили чувства преданного брата.

* Отсюда практический вывод: совершенно бесполезно сегодня взывать к людям, противопоставляя образ жизни советской и "демократической" номенклатуры или говоря, что это одни и те же люди. Преимущество демноменклатуры в том, что она "перестала врать". Быть вором менее преступно, чем предателем. Воровство священника, даже малое, потрясает человека, а воровство торговца - нисколько. Бесполезно и звать людей назад на том основании, что нынешние правители несравненно хуже прежних. Даже не просто бесполезно - эти призывы изолируют политика от массы.

* Представьте: человек узнал об измене любимой жены (пусть даже поверил лживому навету). Для него это драма, он выгоняет жену из дому, пьет горькую, все идет прахом, его обирает распутная баба. И вот, пытается его урезонить разумный друг: "очнись, верни жену. Ну, изменяла, но эта-то совсем грязная - рассуди, что лучше. А потом, жена ведь дешевле обходится". Хорошо еще, если такого друга не гонят взашей.

* А теоретически из моих рассуждений следует, что поведение советского человека совершенно не свидетельствует о том, что он повернулся к капитализму. Даже напротив, глубинная вера в социализм оказалась укоренена в нем гораздо сильнее, чем можно было ожидать. В этой вере было даже что-то языческое, от идолопоклонства. Да и не только в советском человеке. Для меня та красотка из кубинского балета - лучшее свидетельство торжества идеи социализма. Ведь она уже перешла, сама того не сознавая, на совершенно иные критерии справедливости - и готова уничтожить режим Кастро за то, что он этим критериям не соответствует. К Испании она этих критериев и не думает применять - что требовать от капитализма! Здесь она будет бороться за существование по закону джунглей, согласно местным правилам игры.

* Более того, все действительно научные социологические исследования 1989-91 гг. показали, что подспудные уравнительные ("социалистические") идеалы не только не были подавлены в СССР, но обострились в огромной степени. Кризис идеологии, в поверхностном слое сознания, сочетался с резким неприятием капитализма, с "тоской по социализму" в подсознании. Отсюда и расщепление сознания, заливаемое водкой и преступностью.

* Но если так, то совершенно необоснованны шаги коммунистов навстречу духовным основам капитализма. Они делают уступку тому откату, который произошел в идеологии, в самом верхнем слое сознания людей, но при этом вступают в конфликт с глубинными слоями их сознания. Это ведет к поражению стратегическому, никак не равноценному тактической победе от занятия малой идеологической высотки. В дальнейшем - это тоже изоляция.

* Вернемся к аналогии с драмой крушения семьи. Человек еще в шоке, равнодушно смотрит, как собутыльники и проходимцы растаскивают его дом. И тут является резонер с розовым флагом и объясняет ему: "да, сам способ совместной жизни - в семье - показал свою несостоятельность, вишь, семья-то распалась. Но мы не можем согласиться и с абсолютизацией прституции как единственного правильного способа жизни мужчины и женщины. Надо переходить к "смешанной экономике". Программа нашей партии такова: живи-ка ты, брат, с проституткой, но доходы ее делите по принципу социальной справедливости!". А человек на такого социалиста смотрит тупо и вообще перестает ходить на выборы.

* Конечно, принять мою схему рассуждений - значит сильно усложнить жизнь оппозиции. Как легко было бы сегодня стряхнуть пыль с основ марксизма и начать бороться против новой буржуазии. Но это значит взять на вооружение теорию, которая описывает человека рационального - человека не в страстном состоянии, а ищущего своей выгоды на стабильном рынке, при эквивалентном обмене. Наше состояние марксизм не описывает и выхода из него не указывает. Следовать сегодня просто классовой теории - путь к вечной борьбе, но не к победе. По этому пути пошли поляки и венгры, и они тем самым будут помаленьку добиваться лучших условий эксплуатации. Но они могут себе позволить эту роскошь, т.к. не рискуют потерять то, что вот-вот потеряем мы - Россию. Нам нужна только победа, новое собирание людей в народ.

* Возможно ли это в принципе - вопрос не только нерешенный, но даже не поставленный. А в нем суть. Ведь альтернатива - это выполнение именно того проекта, который пытались осуществить архитекторы перестройки. Превращение русского человека в жалкое подобие протестанта англо-сакса, распыление народа на атомы-индивиды. Можем ли мы восстановить наше солидарное общество, снова сделать народ семьей (даже "женившись на другой")? Гарантии нет. Сможем ли мы превратиться в протестантов и "жить, как там"? С гарантией можно ответить, что нет, не сможем. Внутренний душевный конфликт будет разрешен, как в Югославии - через саморазрушение. Пройти придется по лезвию ножа, а для этого нужна ясная голова.

* ("Правда". Январь 1995 г.)

*

*

Не подорваться на собственной мине

* На мою статью "Заминированная теория" пришло столько откликов, что нельзя идти дальше, не выяснив вопрос. Почти все писавшие со мной не согласны. Суть спора в том, что считать главным содержанием конфликта, назревшего в России. Мои оппоненты считают, что это типичный классовый конфликт: наемные работники (пролетарии) против возникшего у нас в ходе приватизации класса капиталистов. Если так, работает марксова теория классовой борьбы, и нечего тут мудрить. Надо получше читать классиков. Пока что классового сознания у рабочих маловато, но сама жизнь научит.

* Я же считаю, что хотя нашу реальность и можно втиснуть в эту схему, смысл конфликта будет при этом искажен, линию фронта мы обозначим неправильно, начнем бить своих и дело загубим. Наш конфликт носит скорее характер холодной отечественной войны . Или, если угодно, войны этнической , при которой классовые различия если и есть, отступают на второй план. Кто же воюет? Народ "совков" (название условное, но понятное) против отщепившегося от него малого, но очень бодрого народа "новых русских". Поскольку на этом этапе "новые русские" захватили рычаги политической власти, СМИ и собственность (деньги), они силой и подкупом мобилизовали против нас армию из "соков" же - дело обычное. Это - доведенная до примитива суть моей схемы. Очевидно, что она выпадает из марксизма. Ничего страшного, марксизм - не религия, которая объясняет все на свете. Спасибо и за то важное, что марксизм объясняет вполне надежно - самую суть отношений труда с капиталом.

* Каковы главные возражения в письмах? Кто-то исходит из чистой веры: не пытайтесь ревизовать учение марксизма, оно непобедимо, потому что верно. Веру я уважаю и спорить с ней не хочу. Я и марксизм не ревизую, а только утверждаю, что он к нашему случаю не применим. Какая же тут ревизия?

* Многие отрицают мой тезис о том, что объектом войны стало советское общество как особая цивилизация, а не как классовое образование. Говорят: в СССР были классы, а уж в дореволюционной России тем более. Ведь отличались рабочие, крестьяне, помещики и т.д. Прямого отношения к моему тезису это не имеет: даже если народ и делится на классы, он может стать объектом войны как целое. В 1941 г. на нас напали немцы, а не немецкая буржуазия. И напали они не на рабочих, а на весь наш народ, классовые различия их абсолютно не интересовали.

* Но все же этот аргумент важен для общих рассуждений. Конечно, любое общество, включая муравьев, имеет свою структуру, подразделяется на группы, выполняющие разные задачи. Но классы - понятие особое, и если мы хотим говорить об одном и том же, надо исходить из одного определения. До становления современного (гражданского) буржуазного общества люди делились именно по функциям, на сословия . Были крестьяне, ремесленники, дворяне, купцы и т.д. Сословия - как ткани общественного организма, очень специализированные, но взаимодействующие не в борьбе, а в сотрудничестве (хотя и в организме бывают воспаления и отторжения). Были между сословиями трения и потасовки, но это не была классовая борьба. Место каждого было определено традицией и законно - если он выполнял свою функцию. Дворяне произошли из дружины князя. Они не работали в поле, гарцевали на коне да охотились. Их кормили крестьяне, но появись враг - дворянин в седло и на битву, сложить голову за того же крестьянина. Потому-то Петр Гринев в "Капитанской дочке" уже с рождения был приписан к такому-то полку. И крестьяне бунтовали не против помещиков как класса, а против злых помещиков.

* Все это здание рухнуло в Европе под ударами Реформации и буржуазной революции. Была сломана традиция и сам образ общества как семьи (с отцом-монархом). Ликвидирована старая законность, вытекающая из роли сословия - и устранены сами сословия. Все стало определяться собственностью, и общество резко упростилось, стало гражданским, составленным из равноправных граждан-индивидов. Быстро оно разделилось на две части: тех, кто потерял всякую собственность на средства производства, кроме своего тела (пролетарии), и тех, кто составил капитал и стал покупать чужую рабочую силу (буржуазия). Эти части и стали называться классами . К ним липла всякая мелочь, но это не так важно. Дольше всех этому сопротивлялось крестьянство, оно и было главным врагом современного общества, а вовсе не пролетарий. Равновесие (и развитие) классового общества определяется классовой борьбой, за порядком на ринге следит государство. Оно правовое, судит не по справедливости, а по закону, а законы вырываются в борьбе, через парламент.

* Была ли Россия перед 1917 г. таким классовым обществом? Считаю, что нет. Да, капитализм развивался и разлагал сословия - но не разложил. Он отторгался всеми, включая самих капиталистов. Егор Булычев - вот русский капиталист. Третьяков и Мамонтов убежали в искусство, Савва Морозов финансировал революцию. А были Разуваевы и Колупаевы, которые богатели не как рачительные буржуа, а путем пожирания рохлей и ротозеев. О других сословиях и говорить нечего - все они, включая жандармов, и приготовили "революцию", которая на деле виделась как спасение от свинцовой мерзости общества индивидуумов и Колупаевых. Как избежала такой революции Япония? Там правящее сословие во главе с императором овладели процессом и в конце прошлого века разрушили обветшавшую феодальную структуру, реставрировав общинные отношения XI века. Они не впустили в страну ни протестантизм, ни западный капитализм, придушили своих Колупаевых и реализовали проект, который можно назвать "японским сталинизмом" - т.н. революцию Мэйдзи. Послали самураев и ремесленников учиться на промышленных предпринимателей, обобрали крестьян и заставили их идти на заводы рабочими - но с сохранением общинных отношений. Только теперь община крестьян стала персоналом завода, а самурай и его дружина - предпринимателем и дирекцией.

* Возражают: ведь Ленин в книге "Развитие капитализма в России" показал... Ленин показал, скорее, развитие промышленности и социальное расслоение села. Это могло привести к классовому обществу, а привело к революции - и не после капитализма, а против него. Но главное, что и капитализм капитализму рознь. Маркс изучал капитализм в чистом виде, доведенный до абстракции (к нему ближе всех приблизились на Севере США в прошлом веке). В жизни же абстракция обрастает такими чертами (назовем их "культурой"), что в нестабильном состоянии, а тем более в условиях конфликта, эти реальные черты оказываются гораздо более важны, чем чистая политэкономическая суть. Когда мы говорим о реальности, надо мысленно взвесить важность всех этих черт. Я в своей статье излагаю мое "взвешивание", а мне в ответ - абстрактную теорию.

* Вспоминая все, что мы знаем о революции и гражданской войне, я считаю, что классовый конфликт по Марксу не был в них главным. Ненависть буржуазии к старой России была лишь пусковым механизмом (февраль 1917), а потом заработала разожженная обида на крепостничество (крестьянский бунт), священная война за землю (реставрация общины), общая ненависть к плутократам, жиревшим на ненавистной войне, требование хлеба, за которым стоял гнев оскорбленного чувства справедливости. Разве это - классовая борьба? Это взрыв возмущения типичного сословного, а не гражданского общества. Большевики направили этот взрыв вперед, к утопии братской справедливости, но справедливости именно общинной, а не современной, которую воплощают социал-демократы Запада. Уже Ленин от Маркса далеко ушел - для того крестьяне были исчезающим реликтом старого мира и неизбежно делились на буржуа и пролетария (фермер и рабочий). А о Мао Цзедуне и говорить нечего, он еще дальше пошел в приспособлении марксизма к жизни крестьянского Китая.

* Поэтому мне кажется не очень веским и этот аргумент: ведь красные воевали под знаменем марксизма и победили, надо бы нам и теперь так. Аргумент, по-моему, неверен. Знамя (идеология) подбирается в момент конфликта так, чтобы самым простым образом обозначить врага и доказать, что он - чужой, нарушивший человеческие нормы. Правильно создать образ врага - половина дела в войне. Ошибки же бывают фатальны. В гражданскую войну все участники создали очень расширенные и расплывчатые образы врага - и крушили направо и налево. Где была та буржуазия, против которой якобы воевали красные? В войсках Корнилова? Да нет, она была распределена почти равномерно по обе стороны (в виде офицерства). А зеленые, войдя в город, первым делом расстреливали телеграфиста - носителя наступающей на село цивилизации.

* Сегодня мы видим, как радикальные движения подбирают знамена, к которым вообще никакого отношения не имеют. В Боснии сепаратисты назвали себя мусульманами и начали войну против сербов. Но еще три года назад там практикующих мусульман вообще не было, Корана эти боевики в руках не держали. А кто такие алжирские "фундаменталисты", которые даже победили на выборах, а теперь начали страшную гражданскую войну? В основном, мелкобуржуазная интеллигенция, поднявшая исламское знамя из чисто политических расчетов, как единственное подходящее. Марксизм был воспринят массой красных в России в исключительно упрощенном и даже искаженном виде. Можно ли желать повторения этого опыта? Только в самом последнем, худшем случае - если из-за беспомощности оппозиции народ доведут уже до полного обнищания и ненависти. Тогда всякий богатый может быть назван буржуем и, автоматически, врагом народа. Все повторится, но в худшем варианте.

* Но дело не в политическом расчете, о нем позже. Я вижу, что схема классовой борьбы для нас пока что просто не верна. Та группа, которая захватила общественную собственность, еще не стала буржуазией (хотя часть этой группы пытается ею стать). Многие считают, что вор и капиталист - почти синонимы. Нет! Капиталист (как и рабочий) может стать вором, но вор капиталистом стать не может. Тем более воры как социальная группа не могут создать класс капиталистов. Значит, относиться к ним как к классу, а не как к преступникам, и действовать по законам классовой борьбы, а не применять полицейские меры - ошибка. Такого масштаба, что ведет к поражению. Уже то важно, что, назвав их сегодня буржуазией, мы сразу признаем законность их собственности и обязаны начинать классовую борьбу уже в рамках буржуазного общества. Но все исследования показывают, что массовое сознание это начисто отвергает.

* Да и кто эта буржуазия? Где она как класс? Директор завода, которому начальство передало завод в "собственность"? Парень, который сидит в ларьке и кормит 15-20 родственников? Назовите их буржуями - и это будет важным шагом в обретении ими действительно буржуазного классового сознания. Да, бытие определяет сознание, но лишь частично. Много значит и Слово.

* Говорят: в СССР был класс номенклатуры, он и превращается в буржуазию. Думаю, эту мысль Троцкого давно нам начали вбивать в голову именно потому, что она была разрушительна для СССР и очень соблазнительна для упрощающего сознания. Но она неверна. Номенклатура как раз была типичным сословием. Оно (да еще криминалитет) было наиболее пригодно, чтобы захватить собственность, его и стали готовить архитекторы на эту роль, сплачивая и озлобляя. С начала перестройки стали натравливать народ на номенклатуру и так, кнутом оскорблений и пряником большого куша ее сделали могильщиком советского строя. Один аппаратчик, честно прослуживший всю жизнь, а теперь взявший собственность, так объяснил свою позицию: "Я всю жизнь мыкался, не покладая рук - защищал баранов от волков. А бараны на меня блеяли: ты нас угнетаешь. Хорошо! Будьте свободны, но теперь и я баранины поем". Разве это буржуазное сознание? Это слова обиженного служаки. И главное, он продолжает служить, такая вот диалектика.

* Считать сегодня экс-номенклатуру буржуазией можно только ради красного словца. Пока что только она и держит фронт, борется ежечасно и весьма эффективно - а то бы мы при таком спаде производства уже начали дохнуть. Разве Анпилов и Умалатова сохраняют полуразрушенные структуры социализма, производства, школы? Нет, это делает та пара миллионов аппаратчиков, которые пошли на службу к режиму Ельцина и вязко, без крика блокируют реформы Гайдара. Это они, выкрикнув с трибуны заданные лозунги рынка, запираются в кабинетах и саунах и прикидывают, как тайком обеспечить горючим сев и как подать тепло в бассейн Дворца пионеров (с которого сами же вчера сбивали вывеску). Ну, давайте бить этих "коллаборационистов" как буржуазию, под аплодисменты тех же архитекторов. Баранины у нас еще много, пусть и волков прибавится.

* Теперь о рабочих. Откуда видно, что это класс? В учебнике написано, больше ниоткуда. Наши марксисты просто в это верят, и все. Кропотливых исследований, например, о формировании рабочего класса в Англии - как это проходило реально - знать не хотят. Что класс формируется именно в борьбе, обретая классовое сознание - не верят. И ругаются на наших рабочих, которые ведут себя не по Марксу. Как же они себя ведут? Как продукт бесклассового советского общества - никакого классового сознания и ориентации на коллективные действия против буржуазии нет и в помине. Они верят в право советского человека - 84% населения уверены, что правительство обязано обеспечить человека работой. Сегодня, когда возникает реальная угроза безработицы, рабочие хлопочут индивидуально, как и было принято в СССР. При опросах в 1993 г. только 2% отвечали, что при угрозе увольнения на их предприятии организуются какие-то коллективные действия, а в 1994 г. число таких ответов упало до 1%.

* Какова же тенденция? К усилению не классового, а именно советского сознания. И этот процесс реставрации, "починки" сознания идет очень быстро. Вот данные ВЦИОМ, крайне антисоветски настроенных социологов, которые вынуждены признать: "По мере осуществления рыночных реформ доля выступающих за систему государственного планирования растет, а доля предпочитающих рынок падает". Пик рыночных (а значит, классовых) настроений прошел: в июне 1990 за рынок было 56, а в июле 1991 г. 64% населения. В феврале 1992 ответили "лучше рынок" 52%, в марте 1993 - 33, в декабре 1994 - 26. ВЦИОМ делает вывод: "в наступившую зиму [1995 г.] можно ожидать окончательного краха рыночной идеи и снижения числа ее сторонников вплоть до минимальной отметики 15-18% твердых рыночников". В этих условиях навязывать рабочим классовую фразеологию - значит пытаться сорвать эту тенденцию и помочь рыночникам сдвинуть конфликт к фальшивой схеме конфликта "труд-капитал".

* Представим себе на минуту, что это произошло. Большего подарка режиму придумать невозможно - он сразу освобождается от обязательств, унаследованных от СССР, которые, скрипя зубами, выполняет под давлением именно "совкового" сознания тех же рабочих. А рабочие оказываются абсолютно неготовыми к классовой борьбе. Вспомните провокационный (или идиотский) лозунг профсоюзов: "Рыночным ценам - рыночную зарплату!". Примите-ка эти условия, прямо-таки марксистские. Зарплата - цена рабочей силы, она определяется на рынке спросом и предложением. Сегодня во множестве отраслей реальная рыночная зарплата равна нулю. Против чего же тут бороться? Рынок основан на "свободе контракта" - хочу покупаю, хочу нет, и это справедливо. Цены на картошку высокие? Не покупай, если не нравится. Цены на рабочую силу низкие? Не продавай, если не нравится. Рабочие на эту удочку не клюнули, у них здравый смысл есть.

* Если трудящиеся, обманутые на очередных выборах, начнут понемногу использовать методы внепарламентского давления, они это сделают не как классы, а именно как советские люди, отвечающие на злостное невыполнение правительством негласного договора с народом - будут бороться за правду, а не за лучшую цену на рынке рабочей силы. Пытаться перейти к классовой борьбе - это освободить режим от этого договора, не имея взамен никакого другого оружия. Это и было бы подорваться на собственной мине.

* ("Советская Россия". Май 1995 г.)

*

Деклассирование

* Бывают массовые самоубийства китов - они выбрасываются на берег и медленно умирают, глядя на суетящихся доброхотов, которые пытаются стащить их в море. Киты молчат, и мы не можем понять их поступка.

* Что-то похожее произошло с русским рабочим классом. Он совершенно равнодушно совершает самоубийство и ничего не отвечает на вопросы потрясенных сограждан, которым приходится гибнуть вместе с ним. Никто на Западе не может понять, как это могло случиться - наши рабочие отказались от социальных прав и завоеваний, за которые весь мир боролся, с большой кровью, триста лет. Можно понять поэта-гомосексуалиста, который с пеной у рта требовал ликвидации советского строя - ему не хватало свободы самовыражения. Но почему за ним пошли люди, работающие своими руками и головой, обязанные кормить себя и своих детей этой работой?

* В какую бы страну ни приехал сегодня советский человек, его ждет мучительный вопрос: "Почему?". Люди видят признак какой-то всемирной катастрофы в том, что 400 миллионов нормальных людей (CCCР и СЭВ) побрели, как слепые, в пропасть. Один мой друг, работник профсоюза в Испании, рассказывал, как ездила их делегация в Польшу в 1986 г. Рассказывал в страшном волнении, не мог успокоиться. Были они на заводах, говорили рабочим: главное - право на труд, потеряете работу, так все остальное - мелочи. Их не слушали - это, мол, пропаганда. Какая пропаганда, в Испании сейчас 24 проц. безработных.

* Поляки тогда смеялись: будем пособие по безработице получать, на машине за ним приезжать. И спрашивал меня друг: скажи, кто вбил вам в головы эти сказки? Испания - одна из самых социально защищенных стран, а пособие получает лишь треть безработных. Есть множество способов лишить пособия. Рассказали гордым полякам про один такой способ. Безработный должен регулярно посещать "профориентацию". В молодежных группах "инструктор" начинает оскорблять: вы никчемные, вы подонки, вы лодыри. Многие не выдерживают. Два раза пропустил занятие - лишаешься пособия. Поляки тогда чуть на тачке не вывезли испанцев с завода - от рынка отвлекаете. А сейчас по Испании бродят толпы поляков, нанимаются на любую работу за гроши, дерутся с марокканцами, просят милостыню, воруют.

* Но ведь русские-то повторили все это, да еще в худшем варианте! Пусть кто-нибудь из рабочих внятно ответит нам - почему? Почему вы шаг за шагом отдавали свои предприятия на разграбление и ликвидацию? Вы могли не думать о том, что губите страну - похоже, это вас не волнует. Но ведь это ваши рабочие места, источник хлеба для ваших семей. Поляки хоть начали выворачивать, да поздно. Но в России и этого поворота нет.

* Средний рабочий до сих пор уповает на рыночную экономику да на Ельцина, уверен, что при советской власти его страшно эксплуатировало государство. И почему-то надеется, что при капитализме ему создадут такие условия труда, как в Голландии или ФРГ. С какой стати? Там эти условия оплачены трудом филиппинских девочек, которые собирают компьютеры, получая 1 доллар за день - на батон хлеба. Никто русских к эксплуатации "третьего мира" допустить никогда не обещал. А спустись от ФРГ на юг, в страну послабее - другая картина. Даже в Испании, уже принятой в клуб богатых. Довелось мне там беседовать с фабричным врачом крупной американской компании. Его тоже поражали наши рабочие, отказавшиеся от роскоши - непотогонной системы труда. А у него на фабрике постоянные неврозы. Молодые испанцы страдают оттого, что им приказывают мочиться в штаны. Чтобы не отходил от конвейера, в комбинезон рабочему закладывают что-то вроде огромного "тампакса", он хорошо впитывает влагу. Вот и стой до перерыва с мокрым подгузником. А высказать неудовольствие рабочий успевает два раза. После первого раза его вызывают на беседу с психологом, а после второго - конверт с расчетом.

* Возьмем еще более очевидное благо - жилье. Советский строй включил его в число основных, предоставляемых бесплатно благ. 90 проц. семей рабочих уже жили в отдельных квартирах, и положение стабильно улучшалось. И вот, это право отнято - и хоть бы один голос протеста раздался из среды рабочих. Полное равнодушие. Как это объяснить? Ну, банкир или просто удачливый вор квартиры будет покупать. Но ведь никто из рабочих на это и не рассчитывает. Или рассчитывает?

* Должны мы понять эту загадку - ну какая может быть "борьба за интересы трудящихся", когда их раздевают до нитки без всякого насилия, а они только тупо улыбаются. Ведь в вопросе жилья и светлый образ Запада должен был насторожить: всем известно, что даже в США огромная бездомность. И не буржуи ночуют в картонных ящиках! Свободных квартир везде полно - покупай. Но в Испании половина населения жилье снимает. В Мадриде за плохонькую квартиру надо платить половину зарплаты машиниста метро. А накопить для покупки за всю жизнь не удается. Как объяснить, что русские рабочие просто выплюнули такое социальное благо, которое было недосягаемым требованием рабочего движения на Западе?

* То же самое с медициной. Пусть рабочий поверил вранью, что его районная поликлиника очень плоха - в США лучше. Но разве ему предложили что-то лучшее взамен его поликлиники? Нет, никто ничего не обещал, просто сказали: медицина будет платной. И рабочий согласился! Почему? Откуда следует, что у него будут деньги на врача и на лечение? Ниоткуда не следует. США - самая богатая страна, но там 35 миллионов человек не имеют доступа ни к какому медицинскому обслуживанию. Ни к какому! В тоске приходится умирать от простейшей болезни.

* И вынуждены мы сделать вывод: по какой-то неведомой причине в массе рабочих России вызрело убеждение, что разрушение советского строя жизни и отказ от солидарности будут рабочему выгодны . Каждый про себя подумал: я попаду в число счастливчиков. Пусть пропадают пенсионеры, врачи и ученые, пусть роется в помойке мой безработный сосед - уж я-то на рынке буду процветать. Главное - не ссориться с начальством, которое превратилось в собственника завода.

* Почему люди так подумали - загадка века. Никто пока не дал ей вразумительного объяснения. Из всей мировой истории известно, что единственное средство защиты интересов рабочего человека - солидарность. Один за всех и все за одного! Как только рабочий начинает хитрить и стараться выехать за счет товарища - он пропал. Ведь даже профсоюзное движение становится при этом невозможным. Сегодня многие клянут профсоюзы - прикормлены новыми хозяевами. Да, прикормлены, но еще важнее, что не чувствуют прочного тыла, своих коллективов. На Западе, при всем их индивидуализме, стоит уволить двух-трех активистов, как поднимается не то что завод - отрасль. Идут на большие жертвы, но товарищей не выдают. А у нас сегодня рабочего поразила инфекция предательства. Максимум, на что он осмеливается - это просить, чтобы ему выплатили задержанную зарплату. Вот героизм! И некормленная скотина мычит, а от человека ждешь большего. Подумать только, пришли к правительству пикеты с оборонных заводов, цвет рабочего класса. И что же они скандировали? "Дайте жрать! Дайте пить!" - а дальше менее прилично, но в том же роде. Ну, дадут жрать и пить - и все в порядке? Сегодня польским рабочим в среднем платят в 3 раза, а румынским в 6 раз меньше, чем тунисским. Так ведь то - поляки с мощным рабочим движением и сильным парламентом. Им и платят почти по доллару в час. А русскому - четверть доллара, и то низко кланяется. Леня Голубков не халявщик, а партнер!

* Когда разложили рабочих? Трудились долго, но основной удар, думаю, нанесла уже перестройка. Когда вся машина пропаганды сделала Иуду главным примером для подражания. И врут те, кто нашептывает, что, мол, у русских вообще рабочей солидарности быть не может, что нация эта вообще гордости не имеет. Еще недавно эта солидарность была даже не в разуме, а в крови. И это была благородная солидарность - рабочий чувствовал себя ответственным за вселенскую справедливость.

* Помню случай, о котором иногда рассказываю в лекциях о русской культуре - и на Западе верят с трудом. А я его не забуду. Когда учился в МГУ, прирабатывал по ночам в автобусном парке - за студентами там было несколько рабочих мест и мы по очереди работали "баллонщиками". Дремлешь на куче дырявых камер, а зайдет бригадир, рявкнет: "Номер такой-то, разуть левую заднюю" - и бредешь с домкратом, просыпаясь на ходу. Там же, в теплой караулке сидели штатные рабочие, вулканизировали резину. Нас недолюбливали. Всю ночь играли в домино, черные, как черти. Однажды, только я разоспался, зашел начальник смены и заорал на меня: "Встать! Спать в рабочее время запрещено!". Я скандалов не люблю, сел. Мой напарник, студент-философ, который читал сидя, закрыл книгу и лег. Делать нечего, лег и я. Начальник вышел из себя: "Отправляйтесь домой и можете больше не приходить!". И вдруг те, за столом, которые ни разу с нами не обмолвились ни словом, оставили домино, поднялись, подошли к нам и улеглись рядом на кучу резины. Молча. Начальник поперхнулся и выскочил. Они так же молча встали и вернулись к домино. Им не надо было ни сговариваться, ни обдумывать - у них был инстинкт. С ними Россия пропасть не могла.

* А вот почему у их детей этот инстинкт вытравлен и успеет ли он возродиться, прежде чем всех нас доведут до состояния быдла - неизвестно. Но от этого зависит все наше будущее. И напрасно радуются капиталисты-временщики. Патология общественного сознания не сулит ничего хорошего никому. Если она не будет излечена, она взорвется самым уродливым образом.

* Что же до наших "левых" партий и оппозиционной прессы, то пока что это не более чем подушка, в которую могут выплакаться обиженные пухленькими гайдарами шахтеры да воины. И за то спасибо.

* ("Советская Россия". Июль 1994 г.)

*

К теории нового социализма

* Левая оппозиция получила первую книгу с хладнокровным и тщательным научным анализом перестройки и ельцинских реформ на фоне всей истории советского периода. Это - книга доктора юридических наук Б.П.Курашвили "Куда идет Россия?".

* К кому обращена книга? На мой взгляд, к коммунистам, которые претендуют быть организованным авангардом левой оппозиции режиму, и к активистам рабочего движения как выразителям "разумного эгоизма" трудящихся. То есть, в этой книге наконец-то соединяется идеал и интерес - а только такое соединение и движет социальные процессы.

* Б.Курашвили - суровый автор. Не слишком заботясь о тактических интересах и самолюбии людей, он квалифицирует многих деятелей оппозиции как соглашателей ("горбачевское охвостье"). Многих это оттолкнет и от книги, и от ее автора. Хотелось бы, чтобы и читатели, и затронутые, пусть даже несправедливо, лидеры сделали усилие, поднялись над обидой и освоили богатое содержание книги.

* Не хочу пересказывать содержание книги - ее надо постараться прочесть. Затрону лишь несколько важных ее положений в плане дискуссии. Ученого полагается благодарить за то, что он сделал, а не критиковать за то, чего он не сделал. Но политика - не наука, а книга выходит за рамки научной и предлагает манифест "нового социализма" и прогноз вариантов развития нашего кризиса. То есть, имеет политический смысл. Здесь даже очень глубокая проработка одной стороны проблемы без достаточного учета других сторон может исказить вывод.

* Б.Курашвили видит произошедшую в СССР катастрофу как конфликт между формациями - капитализмом и социализмом. Исходя из этого проводится и линия фронта, и расставляются актеры на политической сцене, определяются мотивы действий и дается характеристика деятелям. Правилен ли этот взгляд автора? Безусловно, да - ведь Горбачев с Явлинским, а затем Ельцин с Гайдаром осуществляют демонтаж всех систем СССР и России под знаменем восстановления "нормального" общественного строя - капитализма. И в этом ракурсе совершенно необходимо проанализировать все происходящее и возможное будущее. Это и делает Б.Курашвили.

* На мой взгляд это, однако, недостаточно. Небывалая глубина кризиса и смертельный, безжалостный характер проекта "реформ" определяются тем, что "формационный" конфликт в СССР неразрывно связаны с конфликтом "цивилизационным". Более того, я считаю, что главной является именно цель полного уничтожения специфической российской цивилизации, возродившейся после 1905-1917 гг. в облике СССР. Причем стоит задача такого уничтожения, чтобы ни в одной общественной структуре, вплоть до поликлиники или детского сада, не осталось гена этой цивилизации (для простоты реформаторы называют это "геном коммунизма"). В достижении этой цели формационный сдвиг (реставрация капитализма) есть лишь средство. Удар русофобской мировой элиты совершается руками наших же российских наемников, а в качестве платы им отдается национальное богатство страны - им обещано, что они станут ее буржуазией при новом порядке. Обещание лживое, ибо поставлено противоречивое условие: предварительно уничтожить производственный потенциал, то есть то, что и должно было бы превратиться в капитал. Но и так гонорары огромны, и наемники довольны. Если бы мировая элита решила позволить России построить здоровый, конвергированный с ее культурой и традициями капитализм (как в Китае), Горбачеву и Ельцину ни в коем случае не разрешили бы организовать революцию, тем более криминальную.

* На мой взгляд, и "холодная война" была война цивилизаций, а не идеологий (тем более если речь идет о марксизме, которым Запад и сегодня пропитан сильнее, чем наши коммунисты). Но если так, то это резко меняет и анализ послевоенной истории, и суть происходящего, и условия будущего. Б.П.Курашвили в своей книге этой стороны дела по сути не учитывает, ограничиваясь проблемой заинтересованности Запада в ресурсах России. Поэтому и нынешняя, и будущая действительность предстает у него более благоприятной, чем, по-моему, является - "откупиться" нам не удастся. Хотелось бы мне ошибиться.

* Второе мое замечание в том, что методология анализа излишне механистична. Исторический процесс представляется детерминированным объективными законами. Есть объективные предпосылки для "нового социализма" - они пробьют себе дорогу даже без компартии нового типа. Если широкие массы трудящихся объективно заинтересованы в обновленной общественной собственности (самоуправляемые народные или кооперативные предприятия), то они одолеют, рано или поздно, наступление реставраторов капитализма. На мой взгляд, реальность гораздо более нелинейна и неравновесна. Очень небольшие компоненты социальной структуры могут запускать и поддерживать процессы, идущие против всех объективных интересов и закономерностей. Могут отключать даже, казалось бы, глубоко заложенные в человеке моральные нормы. Война (и еще больше блокада) в Ираке и подготовленный в той же концептуальной схеме расстрел Дома Советов были очень важными экспериментами над средним человеком.

* Проект "нового социализма" Б.П.Курашвили во многом исходит из презумпции "разумного эгоизма" трудящихся. Но разумность человека, а тем более крупных социальных групп - в значительной мере есть гуманистический миф. В течение пяти лет мы наблюдаем не просто неразумное, но абсурдно самоубийственное поведение больших масс населения и даже народов в СССР. Что разумного было в эгоизме грузин, своими руками разрушавших свою цветущую страну? Какими объективными законами объяснить фатальное влияние на целый народ кучки параноиков и проходимцев? Да, идеологический угар рассеивается - но не под контролем ли той же системы оболванивания? До изощренных методов и схем она еще и не доходила, не надо было. Но ведь эту систему контролирует и обслуживает ничтожная по количеству социальная группа.

* Вот пример преувеличения роли "объективных факторов". Автор пишет: "действительной опасности полномасштабной гражданской войны сейчас нет, так как у властей не имеется массовой опоры". Современная гражданская война разжигается и даже длительное время ведется без всякой массовой опоры ничтожными контингентами. А дальше маховик раскручивается благодаря пролитой крови. Гражданские войны в Ливане и Шри Ланке были "созданы" почти как в лаборатории. Ресурсов для этого у власти более чем достаточно, и в крайней ситуации она на эту меру, видимо, пойдет. Радикальные авантюристы даже могут интернационализовать войну: разве нужна массовая социальная поддержка, чтобы нанести бомбовый удар по Грозному? Никакими объективными законами не оправдана и война в Югославии, она также "создана" горсткой политиков, направляемых мировой закулисой. Ситуация, в которой придется действовать оппозиции, а тем более патриотическому правительству, если оно придет к власти, гораздо сложнее, чем это представлено в книге.

* На мой взгляд, ограниченность модели ("формационный конфликт") во многом объясняет и однобокость оценки лидеров КПРФ. Я считаю, что нечеткость их позиции связана с тем, что они перегибают палку с другого конца и видят в нынешней катастрофе почти исключительно цивилизационный конфликт. Сегодня, считают они, надо отстоять российскую державу, хотя бы и уступив социальное поле "патриотическим предпринимателям". Поэтому они - государственники (хотя как можно быть таковыми в государстве Ельцина?). Если так, то дело не в соглашательстве, а в фатальной ошибке. Эта ошибка опаснее, чем ограниченность модели Б.П.Курашвили. В его модели спасение российской цивилизации предусмотрено неявно и автоматически при восстановлении структур общества (как, впрочем, это было и в мобилизационном проекте сталинизма, который пользовался марксистской фразеологией, а по сути и был державным проектом).

* Иное дело - иллюзии "патриотов". Социальный сдвиг ("реставрация капитализма") есть средство разрушения России, это не цель, а оружие Гайдара, которого снедают страсти сродни религиозным. Разделить два конфликта нельзя. России капиталистической на земном шаре не будет, ибо условием ее возникновения является ее "раскрытие" Западу. Точно так же, не было бы Японии капиталистической, если бы она "вернулась в цивилизацию", перестала быть императорской и самурайской. Это вытекает из самой сути евроцентризма. Сегодня сдать социализм как приемлемую плату за сохранение "державы" - это то же, что попытаться сдать Сталина и коммунистов в 1941 году (или реакционное самодержавие в 1812 году). Я надеюсь, что до понимания этого факта лидеры КПРФ просто еще не дошли, но дойдут.

* ("Правда". Ноябрь 1994 г.)

*

Колыбельная для усталой России

* Боевая газета оппозиции "Завтра" в момент передышки обратилась за советом к философии, и та устами Юрия Бородая дала "задание на дом для усталой России". Задание, столь желанное для многих лидеров оппозиции: "Ложись, Иванушка, спать. Авось, все образуется!".

* Главный тезис Бородая сводится к тому, что русский этнос сам "переварит" навязанный ему чуждый режим и губительную либеральную реформу, оппозиции надо только ему не мешать и не стараться "организовать" сопротивление - ей "придется эксплуатировать данность". А режим даст "прорасти" себя патриотами и начнет восстановительные инициативы - и тут оппозиция ему должна помочь. "Дело ведь не в успехе политических комбинаций, не в наличии нескольких суперпассионарных героев... Реально сценарий будущего зависит от состояния русского суперэтноса... Следует ждать плавной, замедленной, "приручающей" этнической реакции русских на кризис, олицетворенный оккупационным режимом". Но русские должны срочно разжечь в себе нюх на "чужого" - и с чужим уж бороться всеми средствами "этнического ответа".

* Это задание сопровождается, в качестве замены аргументов, экскурсами в красивые теории и учения (этногенеза, психоанализа, этики "бусидо") или не менее красивые аналогии (реформ Мэйдзи или Столыпина). Для светского разговора оно бы и не плохо, да очень уж созвучно сложившемуся стереотипу мышления оппозиции. И укрепляет этот стереотип, который давно уже пора подвергнуть ревизии. Конструкция Бородая - благодатный для этого объект, прямо как модель в разрезе, для обучения.

* Сначала мелкие замечания. Используя даже не обоснованную критериями подобия аналогию, нельзя все же слишком уж искажать ту, историческую, реальность, которая берется как пример. Вот, Бородай привлекает Россию "шансом мягко спланировать в инерционную фазу с умеренной степенью пассионарности", приводя в пример покой Запада начиная с XVII в., когда, дескать, кончились там войны и катаклизмы. Да в истории и сыскать трудно более агрессивный и пассионарный период, чем Новое время Запада. Революции одна за другой, колониальные захваты с истреблением целых народов, Наполеон и Гитлер, "Буря в пустыне". Ничего себе, покой.

* Второй неблагоприятный симптом - объяснение изученного рациональным методом явления с помощью "туманной" метафоры. Еще Маркс показал, почему в период первоначального накопления капиталист относится к рабочим как к иному этносу, беря на вооружение этику колонизатора. В современной науке эту тему развивал в рамках структурализма антрополог Леви-Стросс. Дана плодотворная методология с большой эмпирической базой. Зачем же в разработанный вопрос напускать туману, привлекать Зомбарта с его архетипами "чужого"? Рука отсохнет, если Маркса упомянешь? Так перекрестись сначала.

* Третий симптом (или уже традиция) - легкость, с какой идут на противоречие с самим собой. Бородай задает риторический вопрос: "Отчего в современной России предпринимателями становятся в основном инородцы?" (Правда, сам же этот вопрос запутывает, вводя понятие "социальные инородцы" - это кто такие? У кого папа юрист?). А дальше заявляет: "В 1992-1993 гг. в России произошли социальные изменения геологического масштаба. Возник многомиллионный слой "простой буржуазии" - от старушек, торгующих сигаретами у станций метро... до крупных промышленников". Сколько же у нас инородцев? И как их теперь отличить?

* Но это мелочи. Важнее главный методологический принцип - упование на "органический", стихийный процесс, с которым хорошо структурированный противник якобы бессилен справиться. "Можно с абсолютным успехом провоцировать партийно-доктринальные структуры, но не живые донные народные контрреволюционные движения, особенно если эти движения абсолютно стихийны и воплощают замедленную, инерционную реакцию на удар". По своему качеству это объяснение эквивалентно утверждениям, будто немецкую армию в 1941-45 гг. погубило русское бездорожье и генерал-Мороз. А вся эта суета с организацией танковой и авиационной промышленности, использованием линейного программирования при планировании военных операций - от лукавого, все это только мешало "этносу простодушных" нанести Гитлеру замедленный, инерционный удар.

* Это и предлагает сегодня Бородай. "Вместо силового сопротивления чужим, оккупационным структурам происходит их абсорбция "почвой" - туземное перерождение, приручение, инфильтрация чужих структур "своими". Преодолеть это этническое сопротивление тем не менее почти невозможно".

* За этим стоит представление о народе и о России как бесформенном образовании, огромной стае, которая ворочается под влиянием неосознанных импульсов, идущих от темных "архетипов". Представление не системное, а механистическое, давно преодоленное наукой (а еще раньше - русскими философами). И с такой моделью еще как-то можно было бы примириться, как одним из вариантов анализа, если бы столь же бесструктурными представлялись организация и действия "противника". Но ведь этого нет! Бородай признает, что противник хорошо организован, имеет технологию (от телевидения до танков) и тщательно разрабатывает и стратегию, и тактические операции. На чем же основано убеждение, что против "туземного переваривания" он бессилен? Да ни на чем - бессилен, и все тут!

* Как слабый аргумент упоминается "симбиоз с Ордой" - аналогия абсолютно незаконная и подрывающая основной тезис. Ориентация на этот симбиоз была не "стихийным" ответом, а принципиальным стратегическим выбором, основанном на глубоком исследовании. За это Александр Невский и удостоен такой глубокой любви народа. Не голос архетипов, а анализ реальности показал тогда, что тевтоны (прообраз нынешнего Запада) на симбиоз не пойдут, что в подчиненные этносы они внедряют, как вирус, свою генетическую культурную матрицу, ассимилируют - или уничтожают. Правильность этого вывода показал весь последующий исторический опыт. Если испанцы, воспринявшие за 8 веков арабского "ига" евразийское мироощущение, смогли в колониях сплавиться с индейцами и африканцами в новые нации, то англо-саксы образовывали "этнические тигли" для переплавки или уничтожения народов, а если сил для этого не хватало - устанавливали апартеид. Напротив, "Орда" показала этно- и веротерпимость и способность к симбиозу. И выбор Невского был разумен. Но есть ли сегодня у Бородая основания превлекать пример Орды, умалчивая о тевтонах? С каким типом "захватчика" более схож победитель России в холодной войне? Никаких сомнений на этот счет ни у кого нет - с типом тевтонов. Ни в какой симбиоз с нами вступать не собираются, организуется очистка территории именно от русского этноса. Задания Бородая "усталой России" ничем не обоснованы.

* Отговаривая оппозицию от мобилизации сил на "ледовое побоище" с новыми тевтонами и от организации "партийно-доктринальных структур", Бородай, уже вопреки нынешней очевидности, обещает отказ режима от использования кровавых способов решения противоречий. Дескать, прирученный туземцами режим тоже воспримет из "коллективного бессознательного" архетип "своего". Но откуда следует, что "своими" будут именно традиционные, "старые" русские? А почему не "многомиллионный слой" иноверцев? Не "новые русские"? У них что, нет архетипа "своего"? Есть, и даже обостренный. Исследования показывают, что в России идет бурный этногенез, субкультуры быстро превращаются в субэтносы, а далее в уже оформленные этносы с иными культурными кодами, с большой пассионарностью и даже агрессивностью. На основании чего можно рассчитывать, что режим "новых русских" станет вдруг, как Бармалей, добрым? Бородай приводит просто странный довод: "Просто слукавят мужики, не пойдут друг на друга... Нет и пока не предвидится таких недевальвированных ценностей, ради которых стоило бы друг друга резать бесплатно".

* В этом доводе все нелогично. Во-первых, почему же резать "друг друга", если "старые русские" выберут стратегию инерционного переваривания противника? Резать будут именно их, а это уже "мужикам" не так страшно. Во-вторых, кто же сказал, что резать будут "бесплатно"? Пусть Бородай сходит в казарму свердловского ОМОНа и спросит, действительно ли доллар - такая уж для них девальвированная ценность. Наконец, современную резню Бородай представляет чем-то вроде доброго кулачного боя - "идти друг на друга". Даже при использовании примитивных, "демонстративных" технологий режим легко может обеспечить соотношение потерь 1:1000. А если взяться за дело всерьез да не пороть горячку? Какую такую мистическую сопротивляемость русского организма противопоставляет Бородай целому вееру технологий? Он об этом умалчивает.

* А между тем, весь эмпирический опыт последних лет показывает, что поле маневра у режима весьма широко, он его вообще пока что не использовал - нужды не было. И от "переваривания" его туземцами он защищен прекрасно - и в культурном, и в экономическом отношении. И деиндустриализовать страну, а затем удержать ее в течение двух-трех поколений в режиме контролируемого спокойного вымирания вовсе не сложно - если у тебя рычаги власти, контроль над экономическими и информационными ресурсами, надежная внешняя поддержка. Надо только, чтобы усталая Россия не дергалась, а спокойно "переваривала". В этом туземцев должна убедить сама оппозиционная пресса.

* Бородай ни словом не поминает реальную динамику "этнического ответа" русских на реформу. А не зная динамики уповать на архетипы просто смешно - времени на их действие не хватит. И суть-то проекта в том, что русские оказались самым уязвимым этносом и в результате реформы начали быстро вымирать. Они в наибольшей степени урбанизированы и не смогли включить общинные механизмы, которые на окраинах позволяют пережить реформу Гайдара даже при гораздо большем обеднении, чем в центре. Поэтому спад рождаемости сосредоточился в русских областях. Нас успокаивают тем, что русских - 85 проц. населения. А посмотреть в динамике - это блеф. Ведь среди детей и подростков их уже значительно меньше. В русских областях моложе трудоспособного возраста 19-20 проц. населения, а в национальных республиках 33-35. По пенсионерам соотношение обратное. А среди родившихся в 1992-93 гг. русских, видимо, уже не более 60 проц. Еще несколько лет реформы - и в русском народе пойдет такая волна демографического спада, что ни о каком "переваривании" тевтонов и речи не будет. А без сильного системообразующего ядра в виде русского народа вся полиэтническая система России рассыпется и - бери ее голыми руками, нарезай пирог кусками всем членам "семерки". Может, покажется странной аналогия, а она верна: произойдет то же, что при ликвидации КПСС с государственной системой. КПСС тоже была носителем набора архетипов, очень смутно выраженных на языке идеологии. Проникая во все поры общества, она его этими архетипами и консолидировала. Так же и русский народ в полиэтнической системе.

* Эта его консолидирующая роль будет ослабляться при обеднении, спаивании и вымирании в ходе реформы, которая сконструирована так, что русский человек к ней приспособиться не может. Но полностью изъять эту консолидирующую функцию будет можно, только если удастся привить русским этот архетип "чужого". Если удастся вытравить чувство соборности и тот ген "русскости", который делал нас открытыми и собрал множество народов в сильное государство. Народ, который ощеривается против "чужих", вовсе не сплачивается на основе "своего" - проще всего (а для слабого и безопаснее) искать чужого как раз в собственной среде. Думаю, что инъекция синдрома "чужой" в русское сознание - одна из самых надежных социальных технологий демонтажа России. Заставь сегодня русских грызться с татарами, бурятами, ингушами, сплоти их вокруг ставшего вдруг "державным" Гайдара или Шохина - они сами себя и "переварят". Почитайте Эмиля Паина, разве не это советует президенту его "этнополитик"?

* Красноречиво само умолчание, которым окружает фигуру "чужого" Бородай. Посвятив этой фигуре половину беседы, он ее совершенно не конкретизировал. Привел две абстрактные для большинства фигуры: "Этот дядя в банке и налоговый инспектор - два сапога пара. Не просто чужие, вроде козла в огороде, а именно экзистенциально, именно религиозно чужие". Ничего себе, объект для "приручения", да еще с такими мощными средствами как архетипы коллективного бессознательного. Почему гора целой кучи теорий рождает такую мышь? Наверное, важно прежде всего разжечь синдром, а уж конкретную цель потом можно будет подсовывать в зависимости от конъюнктуры. Как повернется. Лужков уже поставил эксперимент - компенсировал дискомфорт москвичей от расстрела "партийно-доктринальных структур" избиениями "лиц кавказской национальности". Станет недостаточно - обозначат "чужого" более широким именем "лица южных национальностей", и т.д. Должны ли русские, по мнению Бородая, "поддерживать позитивные, продиктованные охранительным инстинктом инициативы власти" в подобных случаях?

* Нельзя полностью исключить, что проект по стравливанию русских с "социальными" и прочими инородцами удастся. Откат от рационального мышления к архетипам и инстинктам, ненависть к "доктринам" этому очень способствуют. Обидно, что в этот соблазн все больше впадает патриотическая пресса. Но давно известно: дивиденды от антикоммунизма даром не даются, и по контракту за них надо дорого платить.

* ("Завтра". Январь 1994 г.)

*

Чертова дюжина банкиров просит серьезных уступок

* Банкиры, почему-то числом 13, перед президентскими выборами 1996 г. выcтупили с призывом к компромиссу, который должен предотвратить якобы неизбежную гражданскую войну. Немножко напоминает волка на псарне, но особых оснований для оптимизма нет - овца-то пока еще в зубах у волка. Но уже "пришли с огнем". И положение банкиров щекотливо, речь их поневоле туманна, говорят о каких-то красных и белых (белые - это г-н Фридман и г-н Гусинский? Ничего себе белоказаки). Каждую их фразу приходится расшифровывать. Начнем с очевидных вещей.

* 1. Сначала политики режима, а теперь и как бы стоящие над схваткой банкиры признали: реформы, проведенные бригадой Горбачева-Ельцина, всего за четыре года привели к расколу общества и поставили Россию на грань гражданской войны. Вот их цена. Вспомним - 14 марта 1991 г. Ельцин сказал по телевидению: "не надо опасаться угрозы гражданской войны, потому что у нас нет противоречий между социальными слоями". И как все изменилось за срок его президентства.

* Так что те, кто сопротивлялись таким реформам, кого лупили дубинками и расстреливали у парламента, сопротивлялись именно скатыванию России к братоубийству. Скрывая этот очевидный факт, представляя дело как столкновение двух "правд", банкиры не способствуют поиску компромисса, а мешают ему. Смена режима посредством выборов рассматривается большинством именно как снятие угрозы гражданской войны.

* 2. Банкиры наконец-то признали, что "кавалерийская атака" на советский строй жизни (а реально, на российскую цивилизацию, в которую стреляли, якобы целясь в коммунизм), захлебнулась. Как сказано, утвердиться демократы (одна из сил в конфликте) могут только путем, ведущим к гражданской войне и распаду России. Почему же это сказано только сегодня, а не 23 февраля 1992 г., не 1 мая и 4 октября 1993 г.? Мы прекрасно помним все заявления деятелей режима и некоторых болтливых банкиров вроде Борового на протяжении всех этих лет. Они действовали агрессивно и не останавливались перед насилием, ибо были уверены, что могут подавить своих оппонентов именно грубой силой. Сегодня они признают, что это невозможно - и предлагают сменить "правила игры". Признание полезное, но где же выводы?

* 3. Банкиры туманно называют конфликт в России "столкновением двух правд" и становятся в позу арбитра: "Ни одна из сил не имеет права навязывать насильственно свою правду всему обществу". Конечно, и грабитель, раздевая в переулке захваченную врасплох жертву, может при этом пофилософствовать о "своей правде". Это - язык философа-релятивиста, а от деловых людей можно было бы ожидать более четких определений, иначе какой же компромисс, какой же торг. Странно в устах финансистов звучит само утверждение, будто предотвращение или развитие "острых конфликтов" зависит от сговорчивости политиков оппозиции, а не от той объективной, жизненной реальности, которая создана новыми собственниками и их политическим режимом.

* Ясно, что один из главных источников конфликта, причем прямо касающийся банкиров-миротворцев - экспроприация национальной собственности и передача ее ничтожному меньшинству. Эта акция, проведенная чисто политическими средствами, вопреки праву, морали и здравому хозяйственному смыслу, расценивается большинством населения как ограбление. Банкиры стали призывать к гражданскому миру именно после того, как руками режима Ельцина, под дулом автомата "насильственно навязали свою правду всему обществу".

* О том, как к этому относится большинство, все прекрасно знают. Вот выводы самих либералов (радикальных до неприличия) - ВЦИОМ под руководством Ю.Левады: "Примерно 24% убеждены, что стране необходимо продолжать курс рыночных реформ, хотя из них лишь 10% полагают, что это единственный путь к достижению процветания, а остальные 14% принимают реформы, так как не верят в возможность возврата к старому... За два года реформы произошел поворот от настроений в пользу рынка (число сторонников рынка сократилось ровно вдвое при одновременном росте в полтора раза числа сторонников планирования), причем переломным периодом была зима 1992-1993 гг. Новое резкое падение популярности рыночных реформ отмечено зимой 1993-1994 гг.".

* Здесь - корень конфликта, значит, здесь и источник возможного компромисса. Но об этом в заявлении банкиров ни слова. Так не ведут переговоры.

* И уж тем более неуместно кончать призыв к миру неприкрытой угрозой: "предприниматели обладают необходимыми русурсами и волей для воздействия...". Что называется, оскал демократии крупного капитала. Какими же "ресурсами" они обладают? Отнюдь не ресурсами права и законной воли избирателей, выраженной голосованием. Объявляя такой ультиматум, они обязаны сообщить о средствах "воздействия". Не сообщают, и нам остается только гадать. Организуют голод в России? Парализуют финансы? Увеличат штат киллеров? Ничего себе, миролюбивое заявление.

* 4. Вся фразеология заявления банкиров говорит о том, что это - сугубо пропагандистская акция. Они патетически взывают к коммунистам, умоляя их не замахиваться на демократию, которую-де олицетворяет режим Ельцина. С этим режимом, "вопреки издержкам реформ", они ассоциируют "великие идеи свободы, справедливости, права и правды". Ну о каком серьезном разговоре может идти речь, когда тебе на уши вешают такую лапшу! Демократический миф давно развеян не словами, а делами всех институтов режима Ельцина, среди которых банки занимают одно из ключевых мест. Да и вообще, уместно ли банкирам учить нас "справедливости, праву и правде" сразу после того, как у 40 миллионов семей банки выудили из карманов последние сбережения? Или то были плохие банкиры, а эти тринадцать порвали со своим классом и встали в ряды борцов за справедливость? Из контекста это никак не следует, заявление явно сделано от лица "отечественных предпринимателей".

* Что же до фразеологии, то называть демократами тех, кто расстрелял парламент - новояз в стиле Оруэлла. Даже Запад, тщательно фильтрующий информацию о подвигах наших "демократов", давно перешел к четкой и разумной формуле: "сукин сын, но наш сукин сын". Если бы речь в заявлении действительно шла о поиске компромисса, вся эта идеологическая чушь была бы из него вычищена.

* Такого же уровня и обвинение в адрес коммунистов, которые "как минимум должны разделить ответственность за развал СССР". Да, банкиры указывают на очевидный факт: "Именно верхушка КПСС повинна в развале СССР". Но эта верхушка КПСС всем известна: это Горбачев и Яковлев, Шеварднадзе и Ельцин. Это - предатели коммунизма, что зафиксировано в документах КПРФ и общественном сознании. Это предательство они сами нисколько не скрывают и рассматривают как доблесть. В массе своей эти люди влились в верхушку нового режима. И разрушение "империи" уже в перестройке рассматривалось как главнейшая задача. Бжезинский и его шестерки из Межрегиональной депутатской группы это говорили прямо, иные разъезжали по стране с призывами "хапать суверенитет" или устраивали кровавые провокации в Вильнюсе. При чем здесь коммунисты? Чего же вы воду мутите, господа банкиры? Неприлично так относиться к читателям, какая-то память у них есть.

* 6. Главный тезис банкиров звучит так: "Российских политиков необходимо побудить к весьма серьезным взаимным уступкам". Ложный тезис. Причем здесь политики? Они же лишь представляют идеалы и интересы социальных групп. Не политики же будут гнить в окопах гражданской войны, а рядовые Иваны. Давайте к ним и обращайтесь. Вот, более половины женщин России сегодня потребляют белка меньше безопасного физиологического минимума, и их здоровье быстро деградирует. Каких серьезных уступок вы от них требуете? Чтобы они еще фунт мяса из груди, как Шейлоку, вырезали? Формулируйте яснее, господа.

* Давайте вспомним, как были достигнуты "мучительные достижения последнего десятилетия". Будущие банкиры попросили, опираясь на ОМОН и телевидение, отдать им собственность и взамен обещали процветание - не чета советскому. Народ "пошел им на уступки" - никто не бунтовал и не бастовал, весь мир был поражен долготерпеньем наших людей. Кое-кто даже посмеивался: это, мол, терпение Балды. Но ведь и с Балдой надо считаться. Банкиры - не попы, и никто щелчка в лоб им давать не собирается, но и время уговора истекло, давайте подведем итог эксперименту.

* Что сделали с собственностью новые хозяева? Если бы они хорошо и честно повели дело, никто бы и не возражал. Но они угробили экономику. Надеюсь, этого очевидного факта банкиры не будут отрицать, как и факта перекачки за рубеж фантастических сумм. Эти суммы, кстати, не в трусах и не за пазухой вывозились - банки в этом участвовали непосредственно.

* Известно, что подписавшие письмо банкиры контролируют огромные капиталы. Как возникли эти капиталы в условиях обвального спада производства? Профессор Б.А.Березовский наверняка слышал о законе сохранения материи и понимает, что эти капиталы сложились не благодаря повышению эффективности производства и росту товарной массы, а совсем наоборот - в результате хищнической продажи производственных ресурсов за рубеж. Второй источник - ограбление государством и банками простого человека и снижение его жизненного уровня до критической отметки биологического выживания. Третий источник -изъятие денег из всех систем, обеспечивающих выживание нации в целом: уничтожение научного потенциала страны, распродажа флота, запустение пахотных земель, угасание школы, убийство армии. Все соки высосаны господами, которые теперь требуют дальнейших "серьезных уступок". Сегодня в расчете на душу населения в России расходуют на образование в 300 раз меньше, чем в Финляндии. Каких еще уступок вам надо?

* Теперь посмотрим, какие уступки готова сделать другая сторона - режим Ельцина, который, совершенно очевидно, как раз и представляет интересы "нового класса". В своем письме банкиры и не скрывают, они - с Ельциным, но хотели бы уцелеть без потерь при любой власти. Как сказано, "настаивать на отказе от мучительных достижений" коммунисты, будь избран их президент, "не должны". Вот тебе на! Что же еще вы можете предложить в качестве уступки? В чем тогда суть компромисса? Может быть, банкиры договорятся с ОМОНом, чтобы он больше не бил нас 1 Мая дубинками по голове? Или чтобы Боровой не обзывал нас "красно-коричневыми"? Банкиры милостиво обещают: "Оплевывание исторического пути России и ее святынь должны быть прекращены". Спасибо вам, заступники России. А скажите-ка сначала, зачем же вы оплевывали святыни России? Это ведь не шутка. Да и с какого числа ваше телевидение прекратит это оплевывание? И кто будет составлять список "помилованных" святынь?

* Нет уж, речь может идти именно об изменении курса реформ. Вы придумали нелепую формулу: "Ко второй половине 90-х годов процесс реформ все же начал давать определенные, хотя и слабо ощутимые результаты". Не стыдно ли профессорам и инженерам? Ведь если "слабо ощутимые", то, значит, не "определенные", а на уровне шума. А вот негативные результаты, включая самые абсолютные - динамику физического вымирания людей - мы имеем очень сильно ощутимые, и они нарастают. На нас только начинает идти вал самых страшных последствий реформ - одичание не прошедшей школу молодежи, массовый туберкулез и дистрофия, технологические отказы и аварии. И чем раньше страна приступит к восстановлению, тем больше жизней будет сохранено.

* И не надо представлять оппонентов дурачками - никто и не "мечтает о мгновенном возврате к стандартам жизни эпохи застоя" (не странно ли звучит само это признание: советские стандарты жизни стали несбыточной мечтой!). Речь идет об оживлении хотя бы части производственной системы, хотя бы о стакане молока каждому ребенку. И предмет торга и компромисса - из какой доли народного хозяйства вы перестанете высасывать соки и добром отдадите для восстановления.

* 7. А вообще-то все это заявление вызывает чувство брезгливости. Правы были поэты: большая собственность поганит душу человека. Господа банкиры просто не чувствуют бестактности большинства слов в своем заявлении.

* ("Дуэль". Май 1996 г.)

]]>
admin@kob.in.ua (Administrator) Опять вопросы вождям Wed, 08 Jun 2011 10:46:40 +0000
Глава 9. Преодолевая хаос в мышлении http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-9-preodolevaya-haos-v-myishlenii.html http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-9-preodolevaya-haos-v-myishlenii.html Губит нас потеря смыслов - многие слова стали пустыми. Мысль людей, у которых произошел разрыв смысла и слова, ходит по кругу, не находит выхода и не становится силой. Беда всей оппозиции в том, что не хотели уделить ни минуты "починке смыслов", а кинулись "решать проблемы". И нас не трудно водить за нос, подбрасывая нам маленькие "победы".

Восстановление смысла понятий и устранение противоречий в рассуждениях - кропотливая работа. Идет она трудно и медленно.

Простые вопросы вождям

 Прошел год, как политики с уголовным мышлением спровоцировали последнюю наивную вспышку ярости советских людей, а мировая "демократическая" закулиса санкционировала ритуальный расстрел Дома Советов и горстки защитников советской власти. Речь шла именно о ритуале, ибо политические, экономические и культурные основания советского строя были подорваны еще при Горбачеве, на сессиях Верховного Совета СССР. А отделение от советов исполнительной власти, прежде всего утрата ими контроля над финансами и полицией, означало фактическую их ликвидацию как особого типа государственного устройства. Но умерщвление заклятого врага "демократы" хотели отметить кровавым пиром - они его и устроили. Об оплате счета думать, правда, не хотят. Что ж, проценты подрастут. Бесплатно такие пиры история не отпускает.

* Поговорим о себе. И не будем заглядывать в вечность - наши внуки будут поумнее нас. Все больше признаков того, что Запад Россию если и проглотит, то не переварит - ее разжеванные куски прорастут раковыми опухолями. Более сотни миллиардов ворованных долларов уже циркулируют, как яд, по артериям западной экономики. На каждом долларе - слезы и кровь, и такие деньги добра не приносят. Но это утешение слабое - зачем нам горе Запада? Нас еще не довели до такой стадии, чтобы оставить мысли о спасении и думать о мщении.

* Почти бесполезно рассуждать и только о сиюминутном моменте, ведь мы уже не в хаосе, проглядывают черты нового, хотя и зыбкого еще, неустойчивого порядка. Любой, кто его отвергает или хочет исправлять, должен выработать линию, позицию на обозримое будущее - если и не идеологию, то хотя бы доктрину своего поведения. Конечно, захватившее власть антисоветское меньшинство номенклатуры не смогло бы осуществить столь обширную и глубокую разрушительную работу, если бы в недрах советского строя зародилась организованная оппозиция. Если бы она дала людям верные понятия, лозунги и программы. Но все структуры СССР оказались неспособны сопротивляться верхушке КПСС. Значит, этот строй был обречен: он продвигал наверх либо людей, склонных к предательству, либо служак, слепо подчиняющихся начальству. Мы можем глубоко уважать личную честность этих служак, но надо же признать, что своей обязанности по защите советского государства они не выполнили. Не будем говорить о партаппарате и даже о КГБ, все действия которого свелись к тому, что он "предупреждал Горбачева" (кстати, было бы интересно сегодня эти предупреждения прочитать).

* Трагедия России в том, что и партаппарат, и КГБ, и армия были полны честными людьми, патриотами, безусловно способными отдать свою жизнь за Родину на поле боя. Но самой советской системой в них были заложены качества, блокирующие их способность к действию в сложной обстановке кризиса, особенно в условиях измены высшего руководства. Сознательное изживание этих качеств, снятие психологических блоков - срочная задача всей оппозиции. Это - очень болезненная операция.

* Затрону деликатную тему, рискуя вызвать возмущение многих. Но будем честными по отношению к себе: почему в ранг героя нынешнего сопротивления мы возвели генерала Варенникова? Ведь его подвиг - совершенно иного свойства. Подвиг этический, подвиг совести. Он на многие годы задал нам стандарт честности, прозорливости и личного гражданского мужества. Отказавшись от амнистии, он показал, что значит человеческое достоинство и честь офицера - дал высокий пример. Своим образом героя Великой Отечественной он связал ее священный смысл с нарождающимся сегодня сопротивлением, и тем освятил его. Для восстановления национального самосознания это не менее важно, чем доблесть боевая.

* Зачем же подвиг личной совести подавать как подвиг генерала-государственника? Не следуем ли мы соблазну подменить для самих себя понятие героизма как действия героизмом помыслов и достоинства? Идя на суд, В.И.Варенников рисковал стать жертвой судебного произвола. Но суть в том, что именно произвола . Ибо на деле никакой вины перед новым режимом за ним не было, адвокат это доказал и обвинитель подтвердил. Он, командующий сухопутными войсками СССР, не предпринял и не мог предпринять никаких действий по защите государства и советского строя. Оппозиционная пресса на все лады это и кричала: за что вы судите наших героев, они же ничего не сделали!

* Можно было бы оставить это для истории, но дело в том, что советские стереотипы умело заложены в фундамент основных оппозиционных движений. Унаследованная неспособность к действию привита на ростки нового. В новых условиях начинается второй виток горбачевщины. И возможно это потому, что большинство из нас не желает трезво взглянуть на тяжелую реальность и предпочитает забыть самое недавнее прошлое.

* Вот, коммунисты избирают А.И.Лукьянова членом ЦИК КПРФ, высшего руководящего органа партии. Как должен это понимать рядовой коммунист? Ведь в механизме по демонтажу советского строя, созданном группой Горбачева, Лукьянов был, возможно, самым умным и эффективным деятелем. Законы, подрывающие один за другим все устои социализма, он виртуозно протаскивал через пассивное сопротивление "агрессивного большинства" Верховного Совета. Из чего, из каких его дел или обстоятельных заявлений (а он обладает неоценимой информацией об опыте уничтожения СССР) следует, что он действительно стал противником горбачевско-ельцинской программы? Какой будет линия партии, которая делает его своим лидером, этаким умудренным опытом старшим товарищем первого секретаря? Разве эти вопросы не должны возникнуть у человека, готового пойти за КПРФ? И разве не обязан был ЦИК внятно ответить на эти висящие в воздухе вопросы?

* Еще более странные вещи происходят с фигурой Руцкого - усилиями основных оппозиционных партий он выдвигается в наши лидеры. Для А.Проханова он уже - воплощение образа русского витязя, защитника Отечества. Почему? Разве он объяснил свои антисоветские "заблуждения", которым следовал как подручный Ельцина? Он посвящен в тайны величайшей в истории провокации августа 1991 г. Колоссальное значение для всех народов СССР (да и для просветления мозгов во всем мире) имело бы сегодня раскрытие этих тайн Руцким, который был в центре событий. Почему же он не скажет, что Ельцин и его окружение знали, что Горбачев не арестован, знали, что ГКЧП не собирается штурмовать "Белый дом"? Не хочет об этом говорить, потому что сам был там? Значит, там и остается.

* Но каковы дела после августа, когда он стал сдвигаться к разрыву с Ельциным? Он, занимая огромной важности позицию в государстве, ее совершенно бездарно сдал. Ну, пусть не сумел воспользоваться, но для лидера это непростительно. А дальше - пусть кажется мелочью, но пока она не прояснится, как я могу верить. 3 октября Руцкой с балкона освобожденного от блокады Дома Советов послал массу безоружных людей штурмовать мэрию и Останкино. Я, стоя в этой массе, видел, какое изумление вызвал у нее этот призыв. Зачем штурмовать? Ведь всем было ясно, что сила Верховного Совета - в защите Конституции путем самопожертвования. Люди мерзли у Дома Советов, будучи готовы к тому, что придут вооруженные формирования мятежника Ельцина и их убьют. И надеялись, что ни русская армия, ни русский народ этого не стерпят и потом наведут порядок. Битье стекол в мэрии сразу же лишило Верховный Совет этой правды.

* За весь год я ни разу не слышал от Руцкого внятного объяснения: зачем он послал людей на губительную авантюру? Тогда люди пошли из сугубо русской привычки верить командиру и не уклоняться от смерти. Но дальше - еще более важные для меня слова и дела Руцкого. В короткую передышку между залпами по Дому Советов вошла туда группа журналистов, Руцкой пригласил ее в свой кабинет, показал пробоины и с возмущением обратился к прессе: "Смотрите, по мне стреляют из танков! За что? Ведь я же не сделал ни одного выстрела! Взгляните на мой автомат, он в масле" - и он предъявил свой автомат.

* Командир, который послал людей на гибель в Останкино и призывал людей "вооружаться, чем могут, и защитить Дом Советов", требует, чтобы по нему не стреляли, и показывает свой личный автомат. Тем самым он, по сути, говорит: стреляйте в тех, у кого на дуле автомата пороховой нагар! Как ни крути, иначе понять невозможно. Командир, независимо от того, есть ли у него вообще автомат, в этих ситуациях говорит: стреляйте в меня, но не троньте рядовых, они исполняли мой приказ! Как же нам дальше себя вести, имея во главе такого "русского витязя"?

* Кто-то скажет, что я "лью воду на мельницу", сею рознь в стане оппозиции. Но эти упреки не вяжутся с постоянными заявлениями наших лидеров о том, что Россия в смертельной опасности, что ее уничтожают, что идет "странная" война. И те, кто остался год назад умирать у Дома Советов, считали это не геройством, а действием, соответствующим угрозе, нависшей над страной. Сравнимо ли это по весу с личной обидой? В год смуты люди мечутся, переходят из стана в стан. Нельзя их не принять как товарищей - но почему на должность командуюущего? Мне это кажется странным и тревожным.

* Но вернемся к теории. Предположим, избиратели привели к власти блудных сыновей Руцкого и Лукьянова. По каким нотам будут дирижировать обиженные ближайшие помощники Горбачева и Ельцина? Программные установки даже КПРФ, которая должна же была что-то унаследовать от ясности большевиков, приходится выуживать из туманных интервью и "геополитических" статей, как жемчужные зерна. Самое существенное, на мой взгляд, было сказано в недавнем интервью Г.А.Зюганова в "Правде". Из него, по сути, вытекает все остальное. На вопрос о том, что КПРФ отвергает из марксизма-ленинизма, он ответил: революционный подход. Кстати, было бы важно узнать, что еще отвергается - ведь речь идет о фундаментальном направлении философии, политэкономии и социологии. Но рассмотрим то, что было сказано.

* Разумеется, газетчики иногда искажают, и сильно, мысль собеседника. Я, например, почти уверен, что точка зрения Зюганова истолкована в газете неверно, но не может же читатель проникнуть в мысли лидера иначе, чем через печатное слово. Во всяком случае, если по такому важному вопросу не последовало опровержения или разъяснения, приходится исходить из текста. Или пусть эта статья послужит открытым вопросом. Но суть даже не в том, кто что сказал, а в самой теоретической проблеме.

* Не исключено, что для собеседников в "Правде" революция является синонимом насилия или гражданской войны. Но это прискорбная и опасная подмена понятий. Было множество гражданских войн без революций (мы их свидетели и сегодня), а были и глубокие революции без гражданских войн и насилия (например, буржуазная революция в Японии). Это настолько тривиально, что нечего об этом и спорить. Революция - глубокое изменение за короткий исторический период отношений собственности, политического устройства, идеологической надстройки и социальной структуры общества. Конечно, при любой революции риск социальных конфликтов и вспышек насилия велик, но если революционные силы имеют политическую власть, этот риск можно свести к минимуму, а то и полностью устранить - если есть массовая поддержка.

* Что произошло в СССР и России? Антисоциалистическое течение в партноменклатуре, осознав себя как потенциальную буржуазию, получило поддержку Запада и приступило к длительной идеологической и кадровой подготовке антисоветской революции . Были подготовлены и союзники - утопически мыслящая интеллигенция и заинтересованный крупным кушем криминалитет. Сегодня интеллигенция отброшена, как отработавшая ступень ракеты (не будем употреблять обидное сравнение с ненужной грязной тряпкой), а из бандитов формируется новая элита российского общества, вплоть до меценатов.

* В 1988 г. эта революция вступила в открытую стадию и была совершенно откровенно декларирована. Об этом говорят и речи Горбачева, и теоретические статьи "прорабов" в академических и партийных журналах. В 1989-91 гг., в период нестабильного равновесия отвергать революционный подход означало защищать и советский строй, и всю систему жизнеобеспечения народа - экономику, науку, здравоохранение. Но сегодня-то положение изменилось радикально! Сегодня отказываться от столь же глубокого восстановления хотя бы равновесия 1991 года - значит узаконить, закрепить на длительный срок криминальный, разрушительный для хозяйства захват и вывоз кусков общенародной собственности. Признать за скромным грузинским аспирантом право контролировать деятельность "Уралмаша". Пойти на "нулевой вариант" - и с нынешнего момента начать "эволюционное" соревнование разных форм собственности. Абсурдные иллюзии.

* Очевидно, что в реальной ситуации нынешней России отрицать революционный подход - это совершенно не то же самое, что отрицать, как это делают социал-демократы Запада, революционный способ изменения стабильного, находящегося в равновесии общества, вести в нем подрывную работу. У нас речь идет о революционном (пусть контрреволюционном , хотя это и режет слух) восстановлении жизненно необходимых структур общества. О том, например, чтобы силой власти прекратить насильственное растление детей специально созданной для этого телепродукцией. Уповать на "эволюционное" восстановление после катастрофы - это все равно, что после взрыва на химкомбинате сказать: ну вот, теперь пусть его структуры возрождаются естественным путем.

* Такая позиция была бы необъяснимой и потому, что даже сами новые "собственники" еще вовсе не считают свою собственность законной и воевать за нее не собираются. Они будут счастливы удрать с тем, что удалось урвать - это и так составляет баснословные богатства. О такой установке говорит множество фактов - и непрерывный поток капиталов за рубеж, и распродажа основных фондов, и скупка за рубежом домов уже не поштучно, а целыми кварталами и дачными поселками. Конечно, какая-то часть предприимчивых людей пустила пусть и незаконно полученную собственность, но в дело: купили и отремонтировали магазины и мастерские, занялись извозом на грузовиках. Так им надо сказать только спасибо, и "контрреволюция" оппозиции должна их поддержать. Но если криминальная революция будет признана оппозицией как свершившийся и узаконенный факт, то сразу сместится линия фронта в общественном конфликте и неизбежно, пусть и постепенно, возникнет радикальное сопротивление, которое не остановится перед насилием. Вина ляжет и на тех, кто отказался использовать шанс мирной восстановительной революции и на несколько лет задержал формирование сил реального сопротивления. В политической борьбе, как и на фронте, запрещено надевать чужую военную форму.

* Сегодня радикальные выразители интересов криминальной буржуазии типа Гайдара охотно идут на контакты с коммунистами с "гуманистической" песенкой: прекратим конфронтацию, найдем те общечеловеческие цели, которые нас объединяют, все мы русские люди и хотим процветания нашей многострадальной Родины! Это - типичная позиция насильника, сделавшего свое дело. Человека ограбили в переулке, убили сына, самого искалечили. Но вот он очнулся, пытается встать, и уже слышны голоса бегущих людей. И тогда грабитель склоняется к окровавленному уху и шепчет: "Оставим конфронтацию! Давай поговорим о тех общечеловеческих целях, которые нас соединяют. Вот, экологическая катастрофа угрожает роду человеческому - что ты об этом думаешь?". И ведь что поразительно - отказаться от такого примирения или намекнуть на "недавнее прошлое" считается верхом бестактности и экстремизма.

* Конечно, каждый политик занимает ту позицию, какую считает правильной и втайне знает степень своего геройства. Прекрасно, если мы будем знать реальный спектр сил. Руцкой мне ближе, чем Ельцин, а Лукьянов ближе, чем Шумейко, и при таком выборе я все сделаю, чтобы их поддержать. Но ужасно, если создается искаженный образ - вот тогда гибнут люди в Останкино и протаскиваются антинародные конституции.

* И сегодня рядовая и безымянная масса, поминая своих погибших, имеет право задать тем, кто зовет их с балкона, хотя бы самые простые вопросы.

* ("Правда". Октябрь 1994 г.)


* Ловушки языка

* В выборной кампании молодая партия быстро формирует себя - кадры, идеологию, образ в глазах населения. Весь организм партии в движении и раздумьях, получает и переваривает огромный объем информации, закаляющие удары противников. Этот процесс не менее важен, чем результат - кресла в Думе.

* КПРФ построила свой образ на отказе от революционного подхода. Аргумент ясен: этот подход чреват риском насилия, а в стране, насыщенной оружием и опасными производствами, оно ведет к катастрофе. Довод слаб: революционные изменения вовсе не обязательно ведут к насилию - это показал даже опыт СССР последних лет. А главное, риск насилия при продолжении курса реформ гораздо больше, чем при революционной смене этого курса.

* Эта смена касается собственности . Вряд ли кто-то сомневается: расхватав ее куски, номенклатурно-преступные группы парализовали хозяйство. В обозримом будущем запустить его они не смогут. Вопрос уже не в праве, не в справедливости, не в экономической эффективности, а в жизнеобеспечении страны и населения. Ситуация уже сейчас чрезвычайна. Она намного хуже того, что люди представляют себе исходя из уровня потребления - идет проедание остатков производственного капитала и погружение в пучину долга, а это лишь ненадолго может оттянуть встречу со страшной реальностью.

* Все партии режима, разумеется, вообще не касаются вопроса собственности - она и распределяется тайно. КПРФ тоже решила четко вопрос не ставить. Видимо, тактика. Но ведь людям, ведшим кампанию, приходилось отвечать на этот вопрос. Как понять такую установку КПРФ: "Пугать сегодня людей новым переделом собственности и сопутствующими ему потрясению - верх политического лицемерия и цинизма"? В чем цинизм С.Филатова, который "пугал"? КПРФ не собирается, приди она к власти, отменять акты о раздаче пакетов акций крупных предприятий? Или она это будет делать, но сумеет избежать потрясений? Слова Филатова совершенно ясны, нам же надо давать столь же ясный ответ.

* А следующее заявление объяснить еще труднее: "Мы, как политическая партия, выражающая интересы трудящихся, к тому и стремимся, чтобы неизбежное прошло мирно для подавляющего большинства населения, чтобы оно не оказалось втянутым в чуждую их интересам кровавую разборку мафиозных кланов". Что КПРФ считает неизбежным? Можно понять, что преступную приватизацию и ее второй этап - передел пакетов акций. Видимо, речь не идет о законной отмене раздачи заводов - эту отмену уж никак не назвать "мафиозной разборкой", тем более чуждой нашим интересам. Была ли в истории партия, цель которой - не дать массам втянуться в борьбу по вопросу о собственности, важнейшему вопросу политики? Объясните мне, уважаемые лидеры, как я должен был трактовать такие предвыборные заявления? Ведь я, бывало, за день выступал перед двумя-тремя аудиториями.

* Очень трудно выяснить отношение КПРФ к приватизации. На этот вопрос обычно отвечают двояко. 1) "Приватизация по-Чубайсу - это никакая не приватизация, а воровство. Вот во Франции...". Иными словами, мы не против, но делать надо солидно, как во Франции. 2) "Если приватизированный завод нормально работает, так и пусть - мы только помогать таким хозяевам будем".

* Оба ответа, при всей их уклончивости, не отрицают приватизации крупных предприятий в принципе, хотя в ней - суть смены социального строя. И потом, если какие-то заводы нормально работают - зачем же менять курс реформ? Надо помогать режиму, тогда и другие заводы заработают - вот что логически следует из этих ответов. А ведь реальность в том, что никакие заводы нормально не работают. Мутации отдельных предприятий с приспособлением их к хаосу - не норма. Разве нормально, что "Запсиб", используя недра и воздух, мускулы и ум России, почти целиком работает на заграницу? И при этом едва может прокормить своих рабочих. Это терпимо лишь как аварийная мера, для спасения производства.

* Нередко, ратуя за госсектор, опять приводят в пример Запад: "в Италии госсектор такой-то, во Франции такой-то". А причем здесь Запад? Ведь те же ссылки на Запад в устах демократов мы признали ложными. Разве создаваемый по схеме МВФ экономический комплекс хоть чем-то напоминает Францию? Нет, из РФ делают "дополняющую" периферическую экономику - особый тип. Но даже если предположить, что каким-то чудом РФ сумеет имитировать Францию - это и есть цель КПРФ? Это же цель Гайдара. Или все дело в том, что Гайдар плохо повел дело, наделал ошибок?

* Отношение КПРФ к принципу реформы очень трудно определить из-за того, что в выступлениях оно часто подменяется отношением к исполнению . Выступления изобилуют такими терминами: "бездарные правители", "нет четкой программы", "вороватые чиновники". На встрече в Академии наук член ЦИК КПРФ депутат В.С.Шевелуха дал такую оценку: "режим Ельцина опрометчиво отнесся к науке, без сильной науки нет великой державы". То есть, товарищ Ельцин недопонял роли науки как непосредственной производительной силы. Нехорошо! Подзабыл основы общественных наук.

* Встречи с избирателями, широкие опросы показали, что основная масса народа имеет гораздо более четкую и жесткую оценку: не бездарные правители, у которых все из рук валится, а хищная, сознательная и хорошо организованная антинациональная сила. Такое расхождение в оценках между базой и идеологами партии кажется несущественным, когда партия в оппозиции и слаба, но может создать большие проблемы, когда на партию ложится ответственность. Ведь у того оврага, по которому мы катимся в пропасть, уже высокие стенки. Прыжок должен быть виртуозным, с полной координацией движений. Думаю, метафора Зюганова (Россия как витязь на распутье трех дорог) очень приукрашивает действительность. Такой свободы выбора мы уже не имеем.

* Пока что люди успокаивают себя: туманная фразеология идеологов - тактическая маска, чтобы не отпугнуть Борового и Клинтона. Конечно, начальству виднее. Хотя, по-моему, в политике действуют интересы, а не обман. Обмануть можно только своих. Кроме того, мышление инерционно, и быстро заменить туманные формулы на верные в критический момент не удастся. Это - долгий процесс.

* Есть и другое объяснение. Зачем, мол, вообще прыгать на стенки оврага. Овладеем потоком и начнем подмывать стенки - мало-помалу свернем на путь спасения. Говоря по-ученому, станем на этот период социал-демократами: "движение - все, цель - ничто!". К этой же мысли пришел свергнутый Горбачев. Конечно, социал-демократы всегда приятнее правых, не говоря уж о криминальной диктатуре. И на Западе социал-демократы - единственная политическая сила, несущая благо трудящимся. Коммунисты нужны лишь для "контроля слева" и как сила, которая станет необходимой при том грядущем кризисе, который все на Западе предчувствуют. Коммунисты у власти сегодня на Западе никому не нужны - Запад как цивилизация от солидарности отказался.

* Значит ли это, что социал-демократия может решить наши проблемы? Я считаю, что нет. Кое-кто полагает, что она имела на это какой-то шанс в благополучный период Брежнева, но этот шанс загубил Горбачев. Однако я думаю, что и тогда она этого шанса не имела, и любой социал-демократ привел бы к тому же итогу, что и Горбачев (хотя в личном плане такого "русского Альенде" больше в истории человечества не найдешь).

* Различие между социал-демократией и коммунизмом - фундаментальная проблема, и она заслуживает отдельного разговора. К сожалению, в условиях постоянного стресса наши политики равнодушны к этим вопросам. Считается, что можно "инженерным" способом компоновать хорошую политику, беря что-то от социал-демократов, что-то от коммунистов. Я считаю, что КПРФ - партия типичных коммунистов, потому она и имеет шанс вырасти в основную силу. "Демократы" сегодня много делают, чтобы представить ее партией социал-демократов, совместимых с курсом реформ. ТВ назойливо показывает встречи Зюганова с банкирами и американскими капиталистами - но никогда с рабочими или шахтерами. Если удастся создать такой образ и тем самым оторвать КПРФ от поддержки массы населения, а потом раздуть образ какой-то малой партии как "настоящей коммунистической", то оппозиция надолго потеряет стержень, и вылезать из оврага будем ценой большой крови.

* ("Правда". Декабрь 1995 г.)

*


Ловушки смыслов

* На выборах в Думу КПРФ одолела некоторую вершину. С нее можно двинуться выше и выше, а можно и покатиться вниз. Пока что партию подталкивала "снизу" страшная реальность демократии с лицом Черномырдина. Теперь этого мало, людей интересуют и содержательные утверждения. Хочется понять, что стоит за словами на знамени. Что, например, значит "народовластие"? После выборов Г.Селезнев заявил, что КПРФ - "за парламентскую республику". Как это понимать? Значит, долой советскую власть?

* Я не агитирую за советы, я даже не уверен, что их сегодня можно восстановить, мне просто странно, что такие заявления делают походя. Ведь парламент и советы - два типа власти, лежащие на разных траекториях цивилизации, за ними тысячи лет истории. За одним - римский Сенат, борьба партий, тори и виги, дуализм западного мышления. За другим - вече, соборы, сельские сходы, холизм (чувство единства бытия) Византии.

* Вспомним, что писал Чаянов: "Развитие государственных форм идет не логическим, а историческим путем. Наш режим есть режим советский, режим крестьянских советов. В крестьянской среде режим этот в своей основе уже существовал задолго до октября 1917 года в системе управления кооперативными организациями". Мы исторически переросли советский тип власти и можем "перепрыгнуть" к парламенту? Может быть, но это - вовсе не тривиальное утверждение. Но я подозреваю, что Селезнев, которого я люблю как прямого и открытого человека, просто ни о чем таком и не думал. Какая, мол, разница - советы, парламент. Главное, Ельцин надоел.

* Но этот случай я взял для затравки, как совсем уж очевидный. А сказать хочу о вещи посложнее, которую за тридцать лет так вбили всем в голову, что и спорить почти безнадежно. А надо. Речь - об уравниловке . КПРФ не раз заявляла, что то общество, к которому она зовет, будет свободно от уравниловки. В предвыборной платформе это доведено до крайности: "Кто не работает, тот пусть и не ест".

* Отметим противоречие: признается смешанная экономика - и тут же отрицается. Ведь если частная собственность, то законен доход на капитал , а не только по труду. А на этот доход можно есть в три горла, не работая. Чему же верить, какому пункту?

* Важнее, что отказ в еде - это устранение права на жизнь. Тот, кто не работает (отвергнут рынком труда), должен умереть - вот смысл этого лозунга при отступлении к рынку. А это есть и отказ от социализма даже в версии социал-демократов, ибо они говорят: каждый пусть ест - и добиваются пособий по безработице.

* Как же это получилось? А просто вырвали красивый лозунг из исторического контекста. В Евангелии эта формула означала пророческий запрет на рынок рабочей силы, потому-то капитализм мог возникнуть лишь на волне Реформации. Пролетарии вновь подняли этот лозунг уже как отрицание дохода на капитал. А когда мы отступаем, сдавая одну позицию за другой, лозунг становится оружием капитала.

* Что означает принцип "оплаты по труду" (без уравниловки)? Капитализм в чистом, "диком" виде. Его обуздание достигается лишь наложением условия: "От каждого - по способности". Это и есть социализм, устранение рынка рабочей силы. Если же мы, проиграв битву, утрачиваем это условие, то главным прибежищем остатков социальной справедливости остается именно уравниловка - распределение не только по труду, а и по едокам.

* Давайте разделим две вещи: образ идеального будущего, к которому зовут разные партии, и нынешний этап острого кризиса, который мы должны пережить. Посмотрим, что означает "кто не работает, тот не ест" сегодня. Означает немедленную голодную смерть десятков миллионов человек. Сегодня в РФ десять миллионов явных и тридцать миллионов "скрытых" безработных. Они и их дети живы только потому, что получают "не по труду", а на уравнительной основе. По сути, рабочие парализованных заводов получают не деньги, а карточки - ибо все они покупают один и тот же набор продуктов и благ, обеспечивающий выживание. У всех он настолько одинаков, что эти "зарплаты" можно было бы заменить талонами.

* Как ни парадоксально звучит, но при том, что прослойка "новых русских" гребет немыслимые доходы, основная масса населения живет гораздо более уравнительно, чем при советском строе - почти в условиях военного коммунизма. Уравниловка- условие биологического выживания, и правительство не решается ее сломать. И хочется, и колется. Два года грозят применить закон о банкротстве - закрыть заводы, которые, не производя, подкармливают людей. Боятся и Черномырдин, и Чубайс. А Гайдар счастлив, что улизнул. А что значат все эти угрозы "продолжить реформы"? Ведь, кажется, все получили - чего же еще? Да вот этого - слома уравниловки. Перехода к рынку рабочей силы, которого нет как нет.

* Таким образом, об устранении уравниловки на этапе кризиса и речи быть не может в программе левой партии. Сегодня лозунг противоположный: каждый человек в России имеет право есть; никто не должен умереть с голоду!

* А что же с образом будущего? Здесь доведенное до логического конца устранение уравниловки - бессмыслица, распад любого общества. Не будем уж о Швеции или ФРГ, возьмем страну самого чистого капитализма - США. Здесь каждый едок, хоть в негритянском гетто, хоть в особняке Рокфеллера, на абсолютно уравнительной основе получает ежегодно 300 долларов в виде субсидий на продовольствие. В виде благ от науки, финансируемой государством, каждый американец в среднем получает по 500 долл. в год, и т.д. Более того, крайний неолиберал Фридман предлагает даже платить каждому американцу, чьи доходы не достигают некоторого минимума, "отрицательный налог" - доплачивать до этого минимума. И в этом нет ни капли социализма, просто забота о сохранности общества.

* Если же говорить о социально ориентированном капитализме, то здесь уравнительная компонента просто огромна. И это - Запад, где индивидуализм охраняется, как зеница ока. Об Азии и говорить нечего, здесь капитализм вырос на основе общинности, и уравниловка использовалась как фактор экономического роста и спасения от Запада. Это - не только Тайвань или Корея, но и самая "западная" страна, Япония.

* А что же Россия? Здесь - община христианская, и уравниловка заложена в подсознание, в корень цивилизации. Здесь "право на жизнь" всегда рассматривалось как естественное право. Потому-то русские сохранились в империи Чингис-хана, а потом органично овладели этой империей и стали Россией - до Тихого океана. Вспомним Марко Поло. Что поразило его, европейца-рыночника, в этой империи? Вот свидетельства XIII века: "Делал государь вот что: случалось ему ехать по дороге и заметить домишко между двух высоких и красивых домов; тотчас же спрашивал он, почему домишко такой невзрачный; отвечали ему, что маленький домик бедного человека и не может он построить иного дома; приказывал тут же государь, чтобы перестроили домишко таким же красивым и высоким, как и те два, что рядом с ним".

* Или еще: "Поистине, когда великий государь знает, что хлеба много и он дешев, то приказывает накупить его многое множество и ссыпать в большую житницу; чтобы хлеб не испортился года три-четыре, приказывает его хорошенько беречь. Случится недостача хлеба, и поднимется он в цене, тогда великий государь выпускает свой хлеб вот так: если мера пшеницы продается за бизант, за ту же цену он дает четыре. Хлеба выпускает столько, что всем хватает, всякому он дается и у всякого его вдоволь. Так-то великий государь заботится, чтобы народ его дорого за хлеб не платил; и делается это всюду, где он царствует". Когда мы читали Марко Поло в детстве, на такие главы не обращали внимание - этот образ действий казался естественным. Но ведь здесь еще социализмом и не пахнет - это еще Чингис-хан.

* За социализм, причем с большой долей общинности, мы можем взять советский строй. КПРФ в будущем обещает перенести из него все лучшее. А уравниловку - выкинуть. И что же останется? Да ничего. Уравниловка и была корнем советского строя. На ней мы провели индустриализацию, на ней устояли в войне, на ней вышли в Космос. Только благодаря уравниловке люди согласились отсрочить получение "по труду" и скопить средства на все эти прорывы.

* А как это было обосновано? Почему на это соглашались "сильные"? Почему это было не благотворительностью, а правом? Потому, что был общественный договор о собственности. Она была общенародной. Значит, каждый член народа получал с нее "доход с капитала", а не по труду. Это и было экономической основой солидарности. Все это подкреплялось и культурой: делом чести было потрудиться для общества. Антропологи узнали удивительную вещь: во всех общинных цивилизациях самые сильные и ловкие работали больше, а ели меньше, чем остальные, особенно слабые. Это было доблестью и оплачивалось любовью племени. Совсем наоборот, нежели при рынке.

* И ведь в России это сохранилось, так глубоко, что мы этого даже не замечаем! В "Новом мире" была повесть Рыбаса о том, как вводился НЭП на шахтах Донбасса. Против "хозрасчета" выступали самые сильные забойщики - те, кто как раз должен был выиграть от ликвидации уравниловки. А когда реформу провели, именно самые сильные шахтеры умерли от голода - они старались поддержать слабых. Рыбас даже привел список умерших с одной шахты. А вспомните фильм "Место встречи изменить нельзя". Там бандит спасает своего бывшего командира Шарапова за то, что он "не ел свой офицерский доппаек под одеялом, а делил его поровну с солдатами". Подумайте, насколько уравнительным должно было быть мышление, если офицер, съедавший дополнительные крохи пищи, считался выродком. Если он это и делал, то тайком, под одеялом! А ведь эта добавка была не только законной, но и разумной, она хоть немного компенсировала перегрузки офицера. И ведь сценарий - либералов Вайнеров! Даже они не заметили, что написали.

* Что эту глубинную суть России, на которой и привился наш социализм, хотят сломать Гайдар с Чубайсом - понятно. Но почему это обещает КПРФ? Может, партии приходится следовать за мнением трудящихся? Да нет, в предчувствии реформы это мнение стало жестко уравнительным. В октябре 1989 года на вопрос "Считаете ли вы справедливым нынешнее распределение доходов в нашем обществе?" 52,8 проц. ответили "не справедливо", а 44,7 проц. - "не совсем справедливо". Что же считали несправедливым 98 проц. жителей СССР? Hевыносимую уравниловку? Совсем наоборот - люди считали распределение недостаточно уравнительным . 84,5 проц. считали, что "государство должно предоставлять больше льгот людям с низкими доходами" и 84,2 проц. считали, что "государство должно гарантировать каждому доход не ниже прожиточного минимума". Hо это и есть четкая уравнительная программа.

* Сколько благ распределялось у нас через уравниловку? Минимум. Уровень потребления людей с низкими доходами был действительно минимальным - на грани допустимого. Равенство в потреблении, которое якобы нас губило - ложь, сознательно вбитая в наш мозг.

* В 1989 году люди с доходом до 75 руб в месяц потребляли мяса и рыбы почти в 4 раза меньше, чем люди с доходом свыше 200 руб. Пусть политики скажут не туманно об уравниловке вообще, а прямо: они-де считают, что потребление людей с низкими доходами надо было снизить, а то они объедали справных работников. И если они придут к власти, обещают и эту скромную уравниловку искоренить: пусть люди с низкими доходами в будущем едят в десять раз меньше мяса, чем "средний класс" - так справедливее. Да такого не осмелится сказать никакая Хакамада.

* В чем же дело? Ведь антиуравнительные обещания КПРФ противоречат всей ее идеологии - идее справедливости, типу нашей цивилизации и даже массовому общественному мнению. Зачем же эти декларации? Думаю, это - обычная ловушка, в которую завел нас ловкий противник. Стремясь сломать уравнительный принцип как хребет нашего социализма, противник представил его ложным понятием. Уравниловка - это, мол, когда хороший токарь получает столько же, сколько лентяй и неумеха. Фундаментальная вещь подменена дефектом сугубо организационным, совсем другого уровня. Никакого отношения к общественному строю, к конкурентному или солидарному типу жизни этот дефект не имеет. Над его искоренением в США бьются так же, как и в СССР, с теми же трудностями и неудачами. Это - вообще другая проблема. В этом вопросе А.Яковлев нас просто перехитрил, подсунул фальшивку так ловко, что, стреляя в нее, мы ранили себя в грудь.

* ("Правда". Декабрь 1995 г.)

*


На себя оборотиться

* В письмах читателей по итогам президентских выборов 1996 г. звучит одна тема, которую наконец-то надо поднять гласно. Первой причиной поражения коммунистов многие считают недоверие людей к верхушке КПРФ - тем, кто маячит за Зюгановым. Поэтому результаты выборов в Думу ("голосование за программу") были намного лучше для оппозиции.

* Понятно, что когда партия в периоде становления, с критикой надо быть очень осторожным. Но совсем-то без нее тоже нельзя. Примечательно, что из стана противников серьезной критики КПРФ не раздается - никакого гласного анализа промахов и неувязок. Только мягко помогающая ругань. Что же до писем читателей, то у меня вызывает просто уважение и восхищение - настолько их критика ответственна, настолько взвешено каждое слово, точно расставлены акценты. Какая благодатная и заботливая могла бы быть опора партии. Сколько талантливых мыслителей и идеологических работников. Постараюсь хоть я что-то донести через газету.

* Суммируя, можно сказать, что люди видят две явные причины сомневаться в президенте от КПРФ. Первая - что КПРФ, будь она у власти, воспроизведет образ КПСС (только труба пониже и дым пожиже). А этот образ, чего греха таить, людям опротивел. Как вспомнишь эти тупые никчемные морды, которые обузой повисли на шее у общества - бр-р! И они совершенно закономерно вырастили Ельцина - он полный и законченный, с детских ногтей, продукт КПСС. Так уж лучше иметь его в чистом виде, с открытым забралом (я с этим не согласен, но не все же такие циники, как я).

* Ссылки на Жукова и Гагарина, тезис о "двух партиях" в КПСС не убеждает, КПСС дегенерировала как институт, как система, никакой "второй партии" внутри нее не было - были миллионы честных людей, которые ухитрялись с системой сосуществовать и ее гадости частично нейтрализовать. Но это было непросто, и последнюю гадость предотвратить не удалось именно потому, что не было "второй партии". Читатель пишет: "Дело не только в том, что безобразничали "верхи", "низы" тоже не отставали - в партию принимали за преданность начальству, т.е. всю шушеру, и простые люди прекрасно это видели. Поэтому при слове "коммунист" сразу возникал образ жадного проходимца".

* Когда КПРФ только-только поднималась, Зюганов сказал очень важную и обнадеживающую вещь: нам надо разобраться, каким образом КПСС стала партией, в которой путь наверх был открыт как раз проходимцам и будущим предателям. Все ждали, когда же произойдет этот разбор. По нему можно было бы судить, устранила ли КПРФ в самой себе эти причины. Но после тех слов - молчок. Не только никакого анализа, но и сама проблема снята с повестки дня, как будто ее и не было. Это вызвало большое разочарование.

* Конечно, проблема эта очень сложная, на многие вопросы нет ответа, но надо было бы сами эти вопросы поставить, не уходить от них. Одно дело, когда видишь, что проблема мучает, что идет поиск решений, а другое дело, когда подозреваешь, что неприятный вопрос стараются не поднимать, чтобы о нем позабыли. Не позабудут.

* К счастью, на местах, в райкомах номенклатурные стереотипы в основном изжиты, и это очень радует граждан. Но относительно московской верхушки у людей "с мест" такой уверенности, насколько можно судить по письмам, нет. Иными словами, своим стилем поведения руководство КПРФ не доказало, что ему удалось порвать пуповину, соединявшую его с номенклатурным сословием КПСС. Те, кому доводилось бывать в Думе, тоже отмечают: в крыле фракции КПРФ все стало, как в хорошие добрые времена, только "дым пожиже" - не как в ЦК, а как в обкоме.

* Образ обновленной партии, действительно партии Жукова и Гагарина, сам собой не возникнет просто от декларации. Его надо создавать мыслью, словом и делом. К выборам 1996 г. это еще не удалось. Куда пойдет дальше, увидим.

* Вторая причина, которую отмечают читатели, еще более веская. Многих людей грызут сомнения - а хочет ли действительно верхушка КПРФ создать "партию Жукова"? Или, спекулируя этим именем и образом советского прошлого, хочет "въехать" на спине избирателей в нынешний режим в качестве солидной оппозиционной парламентской партии, которой власть тайком отдает кусок пирога?

* На бытовом уровне, когда ведешь агитацию "от человека к человеку", встречается такое вульгарное объяснение: "В КПРФ собралась та часть номенклатуры, которая не пристроилась к власти. Так она решила пристроиться к оппозиции. Победят на выборах - поменяются местами, будут кормиться по очереди". Если выражаться не так вульгарно, то это - суть устойчивой на Западе двухпартийной демократии, причем одна из партий выступает под левыми лозунгами. Это - социал-демократы разных оттенков. Руководство КПРФ никогда четко не высказало своего отношения к этой системе, а во многих случаях отзывалось о ней с симпатией: "Мы долго в своей политической истории пытались лететь на одном левом крыле. Из этого ничего хорошего не вышло. Теперь оно перебито. А на одном крыле, как известно, далеко не улетишь". Дайте, мол, отрастить левое крыло, и будем махать вместе, вот и ладушки. Красивая метафора, и смысл понятен (непонятна только оценка советского периода. Что значит "ничего хорошего не вышло"? И кто у нас был "левым" - Сталин, Хрущев, Брежнев?). Так что абсурдными "вульгарные подозрения" не назовешь, социал-демократический соблазн не отметается в КПРФ даже на словах.

* Можно сказать, что народ к КПРФ слишком строг. Да, с коммунистов спрос совершенно особый. То, что позволено социал-демократам, для них - предательство. Водораздел в сознании людей проходит четко: ты за советский строй (с его улучшением и т.д.) - или против. Если против, то разница между оттенками несущественна. Верхушка поздней КПСС, как показала история, была сознательно, а в конце и с животной ненавистью против советского строя. Лидеры КПРФ, чей единственный политический капитал пока что только в образе советского строя и заключается, вроде бы за него. Но туманно. Власть захватила, прямо скажем, "контра", какой и белые сильно уступили бы по ярости, но "партией борьбы" КПРФ себя не считает (подумать только, приглашает Лужкова в свое правительство!). При этом всем ясно, что нейтралитит сегодня невозможен. Что же это тогда за партия?

* Ельцин с перепугу дал коммунистам драгоценный подарок - запретил компартию и устроил постыдный, бездарный процесс в Конституционном суде. КПРФ, как гонимая и в гонениях очистившаяся от грехов КПСС партия, сразу завоевала симпатии - хотя бы из стихийного протеста и чувства справедливости. Но больше таких подарков режим давать не будет, совсем напротив. Съезды КПСС уже проходят в Колонном зале, райкомам выделены комнаты в зданиях администрации. А потом и вообще - устроили Думу, здание сделали комфортабельным, унитазы итальянские, у каждого депутата кабинет. Ну как же при такой заботе властей огорчать их плохим поведением!

* Реальной власти Дума не имеет, эту соску дали народу, чтобы не хныкал. А депутаты от КПРФ приняли свои должности всерьез и стараются помочь режиму Ельцина управлять государством. Готовят "концепции". Меня один раз пригласили на рабочее совещание фракции - готовить концепцию международной политики. Спрашиваю: это концепция КПРФ? Нет, мы хотим предложить надпартийную концепцию. Чтобы и Козыреву понравилось, и Лукину, и Варенникову? Такого в политике не слыхивали. Бывает, что на Западе, где разница между партией у власти и оппозицией и под микроскопом едва видна, по каким-то вопросам оппозиция выдвигает вместе с властью согласованную программу. Но ведь согласованную, а не надпартийную. Значит, сначала было две программы, а в ходе переговоров нашли компромисс и согласовали позиции - каждый в чем-то уступил. Но чтобы партия оппозиции, которая называет власть "оккупационным режимом", готовила пригодную для этого режима концепцию - странно.

* И это, видимо, общая установка. Захожу в Комитет по безопасности - там соратники В.Илюхина готовят концепцию. Что, спрашиваю, концепция КПРФ? Нет, надпартийная, общенациональная. Разве не странно? Общество расколото, интересы несовместимы, а коммунисты считают, что есть какая-то чудесная схема, которая заставит овец и волков обняться и расцеловаться. Да ведь то, что мы считаем смертельной опасностью для страны (приватизацию, внешний долг, сдачу месторождений иностранному капиталу и т.д.), режим Ельцина и все его "партии" считают благом.

* А ведь в Думе можно сделать многое, несмотря на ее бесправие. Она, по сути, должна была бы играть очень важную в России роль юродивого - власти никакой, но рот не заткнешь. Но нет, хочется быть "законодательной властью". Кто же такого юродивого будет слушать. Кадеты в первой Думе, стремясь не допустить революции, более честно и смело обращались к народу как его избранники, чем сегодня коммунисты (и шли почти в полном составе депутатов в тюрьму - вовсе не революционеры, представители старинных аристократических родов).

* Если же говорят об идеале государственного устройства, то он никак не советский. Г.Зюганов хвалит разделение властей: "В идеале идея вряд ли может быть оспорена". Как же так? Как раз в идеале-то и может быть оспорена, ибо исключает и державность, и соборность, и советскую власть. Может быть, идеалы еще не определены? Тогда результаты выборов закономерны, и надо бы определить образ желаемого будущего до следующих испытаний.

* Вульгарное обвинение ("в КПРФ номенклатура, которую более ловкие оттерли от кормушки") скрывает тяжкое и тоскливое подозрение: а не второй ли это виток горбачевщины, загодя заложенный "архитекторами" в сопротивление народа? Ясно, насколько разрушительно для образа КПРФ это подозрение, ведь к Горбачеву подавляющее большинство советских людей относится с омерзением. Но что делается, чтобы это подозрение снять? Я бы сказал, ничего не делается - делается вид, что его не существует.

* Говорилось о том, что в верхушке КПРФ много ключевых фигур из бригады Горбачева, причем они не объяснились с народом, не дали анализа своего участия. Сейчас вместо А.И.Лукьянова в президиумах сидит Н.И.Рыжков - прекрасный, симпатичный человек. Но ведь хребет советскому хозяйству ломало правительство под его руководством. Как-то избирателям это объяснить надо.

* И все же главное - не в фигурах, а в идеях. Все понимают, что дело непростое, у всех нас много горбачевской сладенькой дряни в голове засело. Надо ее вычищать, а это нам непривычно. Идеологи КПРФ в этом отстают от массы. Горбачев и его братия в идейном плане полностью отвергли марксизм-ленинизм, все его главные положения. Они заменили их идеями-ловушками, идеями-вирусами (это даже не идеология, а именно мышеловка).

* Очень упрощая, я бы сказал, что марксизм дал русским коммунистам теорию эксплуатации человека человеком и идею возможности преодоления отчуждения между людьми (утопию возврата к братству, к коммуне) через преодоление частной собственности, а также идею всеобщего освобождения трудящихся - в противовес будущим вариантам национал-социализма. А Ленин дал новую, обогащенную идеями русского анархизма теорию государства, восстановил в правах фигуру крестьянина как союзника рабочего и дал понимание современного мира - империализма, с глобализацией процессов, преодолением свободного рынка и господством финансового капитала. Сталин, еще совершенно не оцененный как теоретик, предвосхитил современное понимание огромных возможностей традиционного общества - "индустриализации не по-западному". Современная мысль идет дальше, включает проблему ресурсов и экологической катастрофы, а также нарастающий конфликт Север-Юг. Все это Горбачев "не приемлет". А КПРФ?

* Зюганов говорит, что из марксизма-ленинизма КПРФ отвергла учение о революции. На вопрос, что же еще "отвергла", ответа никогда не было. А людям кажется, что очень многое, причем без всякой причины и объяснения.

* Отвергнуто понятие о частной собственности как основы отчуждения и эксплуатации. Отвергнут классовый подход - но не путем его развития и преодоления, а через возврат к утопической картине межклассового согласия. Зюганов дает такую формулу (и даже выносит ее в эпиграф главы своей книги, то есть, считает очень важной): "Воссоединив "красный" идеал социальной справедливости... и "белый" идеал национально осмысленной государственности.., Россия обретет, наконец, вожделенное общественное, межсословное, межклассовое согласие". Что здесь осталось от марксизма-ленинизма?

* Как можно достичь не компромисса, а прямо воссоединения красного и белого идеалов, если понятие о справедливости у труда и у капитала диаметрально противоположны (да и были разве когда-то эти идеалы уже соединены)? В истории была одна попытка - через национал-социализм (социализм для одной нации путем завоевания других и превращения их в пролетариев), но он не совместим ни с красным, ни с белым идеалом.

* А что же стоит за "национально осмысленной государственностью"? Отход не только от советского интернационализма, но уже и от той основы, на которой выросла Россия. Во-первых, важно положение, что СССР распался в силу внутренних причин, был изначально нежизнеспособен - важнейшее положение всей программы "архитекторов". Читаем у Зюганова: "Держава распалась потому, что были преданы забвению многовековые корни... всенародного единства". Это - об СССР, а не о феврале 1917 г.

* В чем же экономическая причина "распада" СССР? Вот в чем: "Создание некогда мощного союзного народнохозяйственного комплекса и как его прямое следствие подъем экономик национальных окраин, во многом происшедший за счет центра, не только не укрепил интернационализм, но наоборот подорвал его основы, привел... к развалу СССР, отделению от него "союзных республик". Само употребление слов "союзные республики" в кавычках, видимо, означает, что СССР рассматривается как химера, что союза на деле не было.

* Здесь, конечно, историческая неточность: никакого "отделения от СССР республик", за исключением прибалтийских, которые никак себя "национальными окраинами" не считали, и в помине не было. СССР разваливали из центра. Но важнее сама мысль: подъем экономики национальных окраин привел к развалу СССР, его погубил мощный союзный народнохозяйственный комплекс.

* Эта мысль, повторяю, означает не только отказ от всего советского проекта, но и от всего устремления Российской империи. Отказ от Ломоносова с его идеей, что "богатство России прирастать Сибирью будет", и даже от Ермака. Зачем же идти в Якутию, если не вовлекать ее в народнохозяйственный комплекс? И как строить Норильск в ямало-ненецкой окраине, не развивая ее экономику? Эта мысль - чуть измененный соблазн "демократов": сбросить бы России имперское бремя, разойтись на 30 нормальных государств. Стянуться русским обратно в Московское княжество, ведь уже за Окой - национальные окраины, марийцы и мордва.

* Без объяснений, как обухом по голове, отбрасывается один из священных принципов коммунизма: "В основе идеологии и практики обновления России не может находиться никому не понятный пролетарский интернационализм". Допустим, не может (хотя это - вопрос совсем не очевидный), но почему же "никому не понятный"? Сто лет был на знамени партии и, оказывается никому (!) не был понятен. По-моему, как раз на эту тему было много сказано: в этом понятии обрела новую форму именно "всечеловечность", вселенская отзывчивость русской души. Выражаясь суконным языком науки, это - системообразующее свойство русских как этноса. Потому-то они и дошли до Тихого океана, хотя в начале XVII века их было всего столько же, сколько литовцев. Что же, КПРФ теперь будет это свойство изживать из России? Безусловный патриот и уж никак не пролетарский интернационалист философ К.Леонтьев объяснял: "Кто радикал отъявленный, то есть разрушитель, тот пусть любит чистую племенную национальную идею; ибо она есть лишь частное видоизменение космополитической, разрушительной идеи".

* Конечно, чего иногда не скажет политик. Но ведь все это издается и переиздается, должно, видимо, стать ядром новой идеологии КПРФ. Как должны к этому относиться советские люди, 85 процентов которых обладают сильным державным мышлением ("имперским сознанием")?

* Люди, которые пишут в газету и ставят эти вопросы, не злопыхатели КПРФ. В массе своей это активисты, которые и тянут воз партийной работы, которые ведут всю выборную кампанию и которые вынуждены на эти вопросы отвечать ежедневно - всем тем, к кому они обращаются за поддержкой компартии. Если на эти вопросы снова не будет никакого ответа, на следующих выборах еще больше голосов соберет очередной генерал с птичьей фамилией, да уже не с такой приятной, а какой-нибудь генерал Коршун.

* И самое для меня грустное в том, что ответить не только нужно, но и можно. Ибо я убедился, что те подозрения, о который я сообщил выше, глубоко несостоятельны. Не ради куска пирога и не для повторения махинаций Горбачева хлопочут люди, воссоздающие компартию. А попадают они в ловушки слов и идей, потому что за суетой оставляют осмысление слов и идей на потом. Я считаю, что это - принципиальная ошибка. Она уже обходится очень дорого, а может стать фатальной.

* (Hе опубликовано. Октябрь 1996 г.)

*


Эпоха политического спектакля

* Давайте задумаемся, почему режим Ельцина, не имея за собой значимой социальной базы, загоняя народ в страшную, уже всем ясно видимую яму, так легко управляется с организованной частью народа - т.н. оппозицией? Она и мычит, и брыкается, а то и перепрыгнет канаву и залезет от пастуха в кусты - не хочет идти - а все равно, свистнет подпасок, укусит за ногу Шарик, и бежит она рысцой, куда надо. Радуется тактическим высоткам, которые ей сдал для утешения противник: "Ура! Мы победили на выборах в Думу! Наша взяла на выборах в городе Хлынове!". А ведь всем ясно, что если бы это всерьез вредило режиму, никаких выборов вообще не было бы. А так, играйте, детки!

* Сегодня озабочены: кого же нам выбрать в президенты? Надо ведь менять убийственный курс реформ! А если завтра Ельцин возьмет и учредит монархию? Да весь Синод с кадилами ее освятит, да весь Земский Собор поползет к маленькому Императору на коленях - трудно ли собрать по три клоуна от "субъекта Федерации"? Спросишь какого-нибудь лидера оппозиции, что она в этом случае будет делать, а тебе в ответ: "Да что вы, окститесь!". А спросишь простого обывателя, у него и то более разумный и ясный ответ: "Царя свергать легче, чем президента, потому как дело привычное!".

* Тут-то и есть наша слабость, даже самой здравомыслящей части - мы уповаем на привычные способы, пусть даже для нас самые тяжелые. Так и думает сейчас, хотя бы втайне, большинство: в крайнем случае, повоевать всегда успеем. А то, глядишь, и какую-нибудь недорезанную ракету раскочегарим и саму НАТО напугаем. А пока, "заманивай их, ребята!". Но в том-то и дело, что этот стереотип поведения уже прекрасно изучен, а значит, против него найдены эффективные приемы. В последний момент даже подорвать себя гранатой вместе с врагом никто не сумеет - врагом окажется резиновая кукла, а из гранаты с шипением пойдет какая-нибудь вонь.

* Вожди оппозиции и сами видят, что плетутся в хвосте событий, что их постоянно обводят вокруг пальца, но объясняют это высокими материями: нет идеологии! Не созрела! Но если ты уже втянулся в борьбу, и множество людей сплочены стремлением устранить данный конкретный режим и сменить политический курс, пресечь губительную "реформу" - разве это не достаточная идеология? На данном этапе - вполне достаточная. Она мобилизует и соединяет всех, кто предвидит катастрофу (вернее, считает катастрофой ликвидацию России и гибель части ее народа). Разве имели какую-нибудь "зрелую" идеологию сербы в Боснии? Они были сплочены общим ответом на самые простые вопросы. Но они честно эти вопросы себе поставили и не побоялись на них ответить.

* Нет, у нас дело не в идеологии, а в выборе страгегии и тактики борьбы. В явном виде выбора вроде бы и не было, стоит поднять о нем вопрос, на тебя зашикают и замашут руками. Значит, все делается "по привычке" - но это и есть определенный выбор. И сегодня выбор, возможно, наихудший. Почему же? Думаю, потому, что он неверно определяет суть происходящего конфликта, расстановку сил и способ действий противника. Противник изменился, а мы - нет. Буденный был лихой рубака на японской и германской, стал новатором на гражданской, но оказался беспомощным в 41-м.

* Рассмотрим нынешнее столкновение в России в его "мягкой" ипостаси - как "вестернизацию", попытку западного современного общества сломать и переварить российскую цивилизацию. Все предыдущие попытки: шведы и тевтоны, поляки с иезуитами, Наполеон и Гитлер, Керенский с Троцким - были неудачными. Ответ России, соединяющий воинскую традицию и хитрость множества ее народов, во всех случаях был неожиданным, нетривиальным. Традиционное общество России оказывалось более творческим, и "русские прусских всегда бивали". Так мы с этой присказкой Суворова, как бы навсегда подтвержденной Жуковым, и успокоились.

* Между тем, Запад сделал большой скачок в интеллектуальной технологии борьбы. Неважно, что в целом мышление "среднего человека" там осталось механистическим, негибким - кому надо, эти новые технологии освоил. Специалисты и эксперты, советующие политикам, освоили новые научные представления, на которых основана "философия нестабильности". Исходя из них была развита методология системного анализа. Она позволяет быстро анализировать состояния неопределенности, перехода стабильно действующих структур в хаос и возникновения нового порядка. Историки отмечают как важный фактор "гибридизацию" интеллектуальной элиты США, вторжение в нее большого числа еврейских интеллигентов с несвойственной англо-саксам гибкостью и парадоксальностью мышления.

* Все это вместе означало переход в новую эру - постмодерн, с совершенно новыми, непривычными нам этическими и эстетическими нормами. Что это означает в политической тактике? Прежде всего, постоянные разрывы непрерывности . Действия с огромным "перебором", которых никак не ожидаешь. Так, отброшен принцип соизмеримости "наказания и преступления". Пример - чудовищные бомбардировки Ирака, вовсе не нужные для освобождения Кувейта (не говоря уж о ракетном ударе по Багдаду в 1993 г.). Аналогичным актом был танковый расстрел Дома Советов. Ведь никто тогда и подумать не мог, что устроят такую бойню в Москве.

* Ошарашивают разрывы непрерывности в этике. Спектр частных случаев вроде расстрела молящихся палестинцев в мечети Хеброна, неисчерпаем. Ключевой эксперимент - эмбарго на торговлю с Ираком, которому наша интеллигенция почти не придала значения. А ведь это - взятие заложником всего народа. Вспомним цепочку утверждений: "режим Хусейна есть кровавая диктатура (то есть, средний человек, учитель или крестьянин, не имеет возможности повлиять на действия режима) - Хусейн совершает преступление (нападает на Кувейт, оскорбляет США и т.д. - неважно что именно) - чтобы оказать давление на Хусейна, ООН блокирует Ирак (тем самым убивая детей крестьян и учителей)". Из доклада медиков Гарвардского университета мы знаем, что эти убийства носят массовый характер (сотни тысяч детей, убитых отсутствием простейших медикаментов). А теперь вспомним определение: "заложник - лицо, подвергаемое угрозе или репрессиям с целью заставить тех, кто заинтересован в спасении этого лица, выполнить какие-либо требования, обязательства". Подставьте это определение в рассуждения ООН и вы увидите, что дети Ирака с самого начала рассматривались именно как заложники.

* Какой скачок совершила цивилизация с времен второй мировой войны! Тогда немцы для оказания давления на партизан брали заложников и расстреливали их. Это было признано преступлением и те, кто ввел в армии эту практику, пошли на виселицу. Сегодня абсолютно ту же самую практику, причем без состояния войны, использует в несравненно больших масштабах сама ООН - и вся культурная элита Запада и РФ не видит в этом ничего дурного. Горбачев даже называет это "воцарением международного права". Я уж не говорю о более наглядном случае - двойном стандарте в отношении мусульман и сербов в Боснии. Но ведь этот способ мышления восприняла заметная (и наиболее шумная) часть нашей интеллигенции, и она вводит эту лишенную всяких этических норм тактику в нашу политическую жизнь.

* Буквально на наших глазах в этом направлении сделан следующий важный шаг - устранение моральных норм даже в отношении "своих". В мягкой форме это проявилось на Гаити, где вдруг дали под зад генералам, отличникам боевой и политической подготовки академий США, которые всю жизнь точно выполняли то, что им приказывал дядя Сэм. И вдруг и к ним пришла перестройка - морская пехота США приезжает устанавливать демократию и посылает ту же рвань, что раньше забивала палками демократов Аристида, теми же палками забивать родню генералов.

* Но буквально с трагической нотой это проявилось в ЮАР. Когда мировой мозговой центр решил, что ЮАР нужно передать, хотя бы номинально, чернокожей элите, т.к. с нею будет можно договориться, а белые все равно не удержатся, то и "своих" сдали даже с какой-то радостью, которой никогда раньше не приходилось наблюдать. Вот маленький инцидент. Перед выборами белые расисты съехались на митинг в один бантустан. Митинг вялый и бессмысленный, ничего противозаконного. Полиция приказала разъехаться, и все подчинились. Неожиданно и без всякого повода полицейские обстреляли одну из машин. Когда из нее выползли потрясенные раненые пассажиры - респектабельные буржуа, белый офицер подошел и хладнокровно расстрелял их в упор, хотя они умоляли не убивать их. И почему-то тут же была масса репортеров. Снимки публиковались в газетах и все было показано по ТВ. Конечно, урок для наших демократов, уповающих на солидарность своих заокеанских товарищей, но главное не в этом. Это - новое явление, которое мы обязаны понять. Ведь наша партийно-государственная верхушка, судя по всему, довольно давно "вросла" в западную элиту.

* Особенностью политического постмодерна стало освоение политиками и даже учеными уголовного мышления в его крайнем выражении "беспредела" - мышления с полным нарушением и смешением всех норм. Всего за несколько последних лет мы видели заговоры и интриги немыслимой конфигурации, многослойные и "отрицающие" друг друга. Западные философы, изучающие современность, говорят о возникновении "общества спектакля". Мы, простые люди, стали как бы зрителями, затаив дыхание наблюдающими за сложными поворотами захватывающего спектакля. А сцена - весь мир, и невидимый режиссер и нас втягивает в массовки, а артисты спускаются со сцены в зал. И мы уже теряем ощущение реальности, перестаем понимать, где игра актеров, а где реальная жизнь. Что это льется - кровь или краска? Эти женщины и дети, что упали, как подкошенные, в Бендерах, Сараево или Ходжалы - прекрасно "играют смерть" или вправду убиты? Послушайте, как говорят дикторши ТВ о гибели людей в Грозном, ведь сами их улыбки и игривый тон показались бы еще пять лет назад чем-то чудовищным.

* Речь идет о важном сдвиге в культуре, о сознательном стирании грани между жизнью и спектаклем, о придании самой жизни черт карнавала, условности и зыбкости. Это происходило, как показал Бахтин, при ломке традиционного общества в средневековой Европе. Сегодня эти культурологические открытия делают социальной инженерией. Помните, как уже 15 лет назад Любимов начал идти к этому "от театра"? Он устранил рампу, стер грань. У него уже по площади перед театром на Таганке шли матросы Октября, а при входе часовой накалывал билет на штык. Актеры оказались в зале, а зрители - на сцене, все перемешалось. Сегодня эта режиссура перенесена в политику, на площади, и на штык накалывают женщин и детей.

* Вот "бархатная революция" в Праге. Какой восторг она вызывает у нашего либерала. А мне кажется одним из самых страшных событий. От разных людей, и у нас, и на Западе, я слышал эту историю: осенью 1989 г. ни демонстранты, ни полиция в Праге не желали проявить агрессивность - не тот темперамент. Единственный улов мирового ТВ: полицейский замахивается дубинкой на парня, но так и не бьет! И вдруг, о ужас, убивают студента. Разумеется, кровавый диктаторский режим Чехословакии сразу сдается. Демократия заплатила молодой жизнью за победу. Но, как говорят, "безжизненное тело" забитого диктатурой студента, которое под стрекот десятков телекамер запихивали в "скорую помощь", сыграл лейтенант чешского КГБ. Все в университете переполошились - там оказалось два студента с именем и фамилией жертвы. Кого из них убили? Понять было невозможно. Много позже выяснилось, что ни одного не было тогда на месте, один в США, другой где-то в провинции. Спектакль был подготовлен квалифицированно. Но это уже никого не волновало. Вот это и страшно, ибо, значит, все уже стали частью спектакля и не могут стряхнуть с себя его очарование. Не могут выпрыгнуть за рампу, в зал. Нет рампы. Даже не столь важно, было ли это так, как рассказывают. Важно, что чехи считают, что это так и было, что это был спектакль, но его вторжение в жизнь считают законным.

* Особое внимание философов совершенно невероятным сценарием привлекла Тимишоара - спектакль, поставленный для свержения и убийства Чаушеску. Убить-то его было совершенно необходимо, т.к. он создал недопустимый для всего "нового мирового порядка" прецедент - выплатил весь внешний долг, освободил целую страну от удавки МВФ. Показал, что в принципе можно, хотя и с трудом, выскользнуть из этой петли.

* Изучающий "общество спектакля" итальянский культуролог Дж.Агамбен пишет о глобализации спектакля, т.е. объединении политических элит Запада и бывшего соцлагеря: "Тимишоара представляет кульминацию этого процесса, до такой степени, что ее имя следовало бы присвоить всему новому курсу мировой политики. Потому что там некая секретная полиция, организовавшая заговор против себя самой чтобы свергнуть старый режим, и телевидение, показавшее без ложного стыда и фиговых листков реальную политическую функцию СМИ, смогли осуществить то, что нацизм даже не осмеливался вообразить: совместить в одной акции чудовищный Аушвитц и поджог Рейхстага. Впервые в истории человечества недавно похороненные или находящиеся в моргах трупы были наспех собраны и выкопаны, а затем изуродованы, чтобы имитировать перед телекамерами геноцид, который должен был бы легитимировать новый режим. То, что весь мир видел в прямом эфире на телеэкранах как истинную правду, было абсолютной неправдой. И, несмотря на то, что временами фальсификация была очевидной, это было узаконено мировой системой СМИ как истина - чтобы всем стало ясно, что истинное отныне есть не более чем один из моментов в необходимом движении ложного. Таким образом, правда и ложь становятся неразличимыми, и спектакль легитимируется исключительно через спектакль. В этом смысле Тимишоара есть Аушвитц эпохи спектакля, и так же, как после Аушвитца стало невозможно писать и думать, как раньше, после Тимишоары стало невозможно смотреть на телеэкран так же, как раньше".

* Мы же смотрим, как раньше. Мы не сделали усилия и не поставили блок актерам и режиссерам, которые водят нас, как бесы. Спектакль - система очень гибкая. У наших душегубов нет детальных планов, как у строителя. Вся перестройка и реформа есть цепь действий по дестабилизации, а для нее не нужна ни мощная социальная база, ни большая сила - взорвать мост в миллион раз легче, чем построить. При этом точно нельзя предвидеть, по какому пути пойдет процесс, есть лишь сценарии. Но "актеры" готовы к тому, чтобы действовать по любому сценарию и быстро определяют, какой из них реализуется. Пекрасный пример - "Горбачев-путч" в августе 1991 г. Тогда Горбачев переиграл свою команду. А она, хоть и быстро поняла, что попала в ловушку лицедея, уже ничего не смогла предпринять - такого сценария не ожидала. А почему? Потому, что была, как Буденный. Неполное служебное соответствие. Но зато Ельцин, как считается, переиграл Горбачева - очень быстро и четко среагировала его команда и победила, хотя фальсификации в ее спектакле были совершенно очевидны. Но все они, чувствуется, были актерами одного и того же спектакля, режиссер которого не выйдет на сцену раскланяться.

* А что же вожди оппозиции? Большинство из них даже до уровня Буденного не желает подняться. Линейность их мышления ставит в тупик. В октябре 1993 тысячи людей пришли к Дому Советов, готовые на все. Выходят к народу вожди, их спрашивают: что нам делать, если ОМОН пойдет на штурм? А вожди в ответ: на штурм они не пойдут! Прекрасно, если так, ну а все же, если пойдут? Скажите хоть в качестве невероятного сценария. Что должны делать, по вашим расчетам, безоружные люди? Рвануть на груди рубаху и запеть "Варяга"? Ползти к зданию? Бросать камни? Дайте нам команду, мы все выполним. Нет, твердят одно: они на штурм не пойдут. А в ответ - ошарашивающий удар.

* Ну хоть за год после этого что-нибудь изменилось? Практически ничего. На любом собрании одно и то же: "агитация за советскую власть" и более или менее поэтические проклятья в адрес режима. И, что удручает, никогда ни слова в ответ на это мое недоумение. Пусть я небольшая птица, не обязаны мне отвечать, но ведь эти мысли на уме у многих. Ну скажите хотя бы, что я не прав - все легче будет.

* ("Правда". Декабрь 1994 г.)

*


Нужен ли нам венгерский вариант?

* Один из вопросов, который многие переживают как внутренний конфликт (что может вести и к расколу в организациях) - отношение к революции. Допустима ли она вообще как средство решения главных социальных проблем? Если да, то в каких условиях? Могут ли такие условия возникнуть в России? Имеют ли право патриоты, желающие охранить свой народ от страданий, ответить на революцию радикального меньшинства, перехватившего власть КПСС, "симметричным" способом? Или они должны, как мать в древней притче, отдать дитя коварной и жадной женщине, но не причинить ему вреда? И что надо понимать под революцией, каковы ее отличительные признаки? По всем этим вопросам у нас после истмата каша в голове. Давайте для начала хоть упорядочим проблему, разложим ее по полочкам. Тогда многое нам подскажет просто здравый смысл.

* Мы отличаем революцию от реформы, хотя граница размыта. Революция - это быстрое и глубокое изменение главных устоев политического, социального и культурного порядка, произведенное с преодолением сопротивления целых общественных групп. Это - разрыв с прошлым, слом траектории развития, сопряженный с неизбежным страданием подавленной части общества. Реформа - изменение бережное, производимое через диалог и поиск общественного согласия, без разрыва с прошлым и без разжигания конфликта, который позволил бы оставить недовольных без компенсации.

* Насилие - обязательный инструмент революции? Вовсе нет. Это зависит от соотношения сил и доступа революционеров к государственной власти и СМИ. На наших глазах группировки Горбачева и Ельцина (название условное, но понятное) совершили ряд этапов революции огромных масштабов практически без насилия. Даже та кровь, которая уже пролита, не была реально необходима, а служила политическим спектаклем. Без насилия была совершена буржуазно-демократическая революция в Испании после смерти Франко. Заявления лидеров оппозиции, отрицающих революционный подход потому, что он якобы означает гражданскую войну - просто ораторский прием. Кое-кто подозревает, что эти лидеры тайно подрядились помогать нынешнему режиму. Зачем? Сейчас можно заработать более простым способом. Я думаю, что они отрицают революцию не из-за риска войны, а из каких-то более глубоких соображений, которые затрудняются сформулировать. Попытаемся это сделать сами.

* Начнем с того, что революция - продукт европейской культуры Нового времени, который возник при ломке аграрной цивилизации как механизм изменения и перераспределения собственности и власти. Столкновения, которыми полна история аграрной цивилизации, не были революциями. Это были восстания и бунты (или целые религиозные и крестьянские войны), направленные на восстановление нарушенного традиционного порядка. Восставшие крестьяне никогда не претендовали на то, чтобы жить, как баре. Они выступали против "злого царя и злых помещиков" - тех, кто нарушал установленные традиционным правом вольности, захватывал общинные земли или душил податями. Революционеры, напротив, выступали за отмену старого порядка, за установление нового. Они отрицали традиционное право. Крестьяне воевали за общину - и против помещика, и против буржуазии (это четко проявилось во Французской революции). Помещик мог ужиться с общиной, при всех трениях и конфликтах, а буржуазия, возникшая как революционный класс, никак не могла.

* Как механизм перестройки революция могла быть разработана только после Реформации и научной революции - тех изменений в культуре и мышлении, которые оправдали и даже сделали обязательным постоянное свержение авторитетов. Кант посчитал это выражением универсального закона и поддержал террор Французской революции: казнь короля была не просто оправдана, но и морально необходима. От философов той революции мы слышим буквально то же, что слышали от Карякина: при старом режиме не было общества и не было граждан, а было стадо рабов и подданных; лишь общественный договор соединяет свободных индивидов. Наши революционеры умолчали о том, что было сказано 200 лет назад: этот вид связи индивидов есть революция и террор. А договор - круговая порука гражданского общества, повязанного кровью.

* В фундаментальной трехтомной "Истории идеологий", по которой учится западный интеллигент, читаем: "1789 г. построил необычную конструкцию - государство перманентной революции. Постоянная угроза со стороны старого режима заставляет современное государство непрерывно повторять революции. Вот небывалое изобретение 1789 года: соединение государства и революции, повторение революции ради государства... Полно глубокого смысла, что пришествие демократии как государства не могло произойти без развязывания гражданской войны. Гражданские войны и революции присущи либерализму так же, как наемный труд присущ частной собственности и капиталу. Демократия как государство стала всеобщей формулой для народа собственников , постоянно охваченного страхом лишиться собственности. Гражданская война есть условие существования либеральной демократии. Эта демократия предполагает, что этому "народу" угрожает множество рабочих, которым нечего терять, но которые могут все завоевать; она предполагает, таким образом, что в гражданском обществе, вернее, вне его, существует внутренний враг. Понимаемая таким образом демократия была ничем иным как холодной гражданской войной, ведущейся государством".

* Мышление человека традиционного общества, напротив, не революционно. Он ищет не раскола, а единства, не борьбы, а согласия. Многие явления имеют для него символический смысл, из чего вытекает уважение к авторитету (возрасту, заслугам, власти). Крайним выражением являются традиционные общества Азии, например, Япония. Ни революция, ни свержение авторитетов там немыслимы, они несовместимы с культурной традицией. И это совершенно не мешает непрерывным и быстрым изменениям через реформы.

* Россия была традиционным обществом, взорванным после полувековой "либеральной" подготовки. Но оно восстановилось в виде СССР, и сталинизм был в своих существенных чертах реставрацией после революции (с жестоким наказанием революционеров). Поскольку в ходе ломки было устранено классовое деление - основа либерализма и холодной гражданской войны - сталинизм означал единение подавляющего большинства народа, максимальную реализацию его общинных принципов. Поэтому революционное начало, тем более идея перманентной революции Троцкого, отвергалось с огромной страстью. Мышление людей стало настолько неконфротационным, что даже уволить негодного работника для любого начальника стало невыносимой пыткой - легче стало увольнять "через повышение". Ринуться в революцию Горбачева-Ельцина действительно могли лишь люди особой породы, непохожие на основную массу. Они и получили имя "новых русских" - нового, неизвестного народа-мутанта.

* Перед этими "новыми русскими" выглядят беспомощными и психологически безоружными деятели оппозиции, выросшие в недрах советского общества. Как-то в кулуарах Конституционного суда В.Купцов сказал, что они были воспитаны так, чтобы иметь дело с приличными людьми. Как же им тягаться с адвокатом Макаровым! Это почти признание в неполном служебном соответствии. Реально-то приходится иметь дело с противниками типа Макарова да Глеба Якунина. Но ведь эти люди существовали и раньше, почему же с ними вполне мог иметь дело Купцов в своей Вологде? Потому, что было другое общество и другие правила. Все обязаны были вести себя как приличные люди, и нарушали эти нормы тайком или бывали наказаны. А сейчас эти люди, вожделеющие "либерализма" с его холодной гражданской войной, устроили революцию и навязали нам эту войну, к которой мы совершенно не готовы. Даже сегодня, после десяти лет разрушения нашей культуры, в нас сильна инерция уважения к человеку - очень трудно идти на прямую конфронтацию. Когда смотришь парламентские дебаты на Западе, кажется невероятным, как у них язык поворачивается говорить друг другу такие гадости - пусть вежливые, но для нас совершенно немыслимые.

* Мне кажется, что отказ от революции, который декларирует оппозиция, связан не столько с рациональным политическим расчетом, сколько с инстинктивным отвращением типичного советского человека к этому грубому, разрушительному способу. Его натура государственника запрещает подрывать даже компрадорское государство Гайдара-Чубайса. Вот и выходят 1 Мая профсоюзы оборонной промышленности с лозунгом: "Правительство России, спаси отечественную промышленность!". С точки зрения логики, безумие. Но может, эта верноподданическая иллюзия должна быть пережита не логикой, а сердцем? Да смогут ли эти поколения заботливых трудяг при жизни принять идею революции? Пожалуй, и те, кто готовил первые русские революции, не были типичным продуктом русской культуры, а тоже были, в известном смысле, "новыми русскими", носителями западного духа. Они разожгли, не зная что творят, русский бунт, в котором сами и сгорели.

* И возникает глубокое противоречие. Отказываясь от революции, наши лидеры (да и не все ли мы?) исходят из тайной надежды, что весь этот ужас, навязанный нам властью "новых русских", как-то рассосется. Как-то их Россия переварит, переделает, переманит - как переварила она татарское иго. Как бы хотелось в это верить, и надо этому способствовать. Но уповать на это нет оснований. Похоже, ядро новой власти составляет такой тип людей, которые с основной массой народа культурно несоединимы и перевариванию не подлежат - ни Кочубеями, ни Шереметьевыми они не станут. С ними можно успешно и продуктивно жить, только если они не у власти. Так англичане благополучно сегодня живут и работают в Зимбабве, но никогда бы они не были "переварены", покуда это была Южная Родезия.

* На что же может надеяться оппозиция при отказе от революции в самом благоприятном случае - победы на выборах? По сути, ни на что существенное. Отвергнув революционное возвращение обществу незаконно изъятой собственности, даже получив видимость политической власти оппозиция станет надежным охранителем реальной власти нынешнего режима - ибо власть у тех, у кого собственность. Значит, оппозиция будет защищать социальный порядок, который большинство народа не принимает. В мягком варианте мы наблюдаем это в Польше и особенно Венгрии. Избиратели проголосовали за экс-коммунистов в надежде на восстановление основных структур социалистического порядка, пусть при сосуществовании с капитализмом. Но экс-коммунисты, будучи всей душой за это, вынуждены проводить ту же неолиберальную политику, что и их крайне правые предшественники. Вынуждены и дальше сокращать социальные программы, ибо приняли схему МВФ и обязаны выплачивать внешние долги, сделанные антикоммунистами. А до этого мы то же самое видели на Западе при власти социал-демократов. Они отказались от революции, приняли догмы рыночной экономики - и свернули "социальное государство", отняли многие завоевания рабочих. Сделали то, что правым было не под силу.

* К чему же это может повести в России, где основные идеалы и стереотипы населения являются несравненно более общинными и уравнительными, чем в Польше и Венгрии? К тому, что возникнет реальная опасность полной утраты веры в демократический, ненасильственный способ решения социального конфликта, с потерей авторитета главными организациями оппозиции. Станет неизбежным резкий поворот большой массы людей к радикализму при полном отсутствии структур, способных возглавить революцию ненасильственную. И это может произойти обвальным, самоускоряющимся способом. Вряд ли власть удержится на краю пропасти и не прибегнет к насилию, которое будет детонатором. Получется, что отказ от революции создает в России угрозу бунта - вещи несравненно более страшнойю

* Есть ли выход из этого противоречия? История показывает, что есть - но выход всегда творческий, требующий больших духовных усилий. Речь идет о том, чтобы, отрицая революционизм, вобрать в себя назревающую революционную энергию и предложить такой механизм ее реализации, чтобы стала достижимой позитивная цель, но не на пути разрушительного бунта. Такой механизм в традиционном обществе Индии нашел Ганди - но люди видели, что речь идет о революции, а не о об иллюзорном "переваривании" английских колонизаторов. Такой механизм нашли палестинцы в виде принципиально ненасильственной, но упорной интифады. Это - примеры творчества конкретных культур. Россия - иной мир, и нам самим искать выход.

* И все более опасным становится незнание. Как нашего собственного общества, так и того, что происходит в мире. Уже сегодня во многом из-за невежества политиков и их подручных запущены процессы, которые будут нам стоить огромных страданий и которые можно было остановить. А ведь как много уроков могли извлечь из трагической судьбы Алжира - богатой, почти европейской страны, где, как в лаборатории, создана гражданская война. А на Западе вырастают новые соблазны для наших подрастающих молодых радикалов, которых отталкивает от себя "цивилизованная оппозиция". Разрушение на Западе "социального государства" как часть всемирной перестройки, ликвидация левой идеологии, сдвиг стабильного "общества двух третей" к нестабильному "обществу двух половин", тотальная коррупция власти и невиданные спекулятивные махинации, приводящие к краху огромные страны масштаба Мексики - все это нарушает социальное равновесие. Отверженные утрачивают иллюзии и культуру борьбы "по правилам" и переходят к тому, что уже получило в социальной философии название - молекулярная гражданская война . То есть, парии (а среди них уже много интеллигентов) стихийно, через самоорганизацию, освоили теорию революции Антонио Грамши. Они начинают "молекулярную агрессию" против общества, ту войну, против которой бессильны полицейские дубинки и водометы. Пресса ежедневно приносит несколько сообщений об актах, которые можно считать боевыми действиями этой войны. В совокупности картина ужасна. Те, кого отвергло общество, поистине всесильны. Пока что они нигде не перешли к мести обществу, и их акты являются не более чем предупреждением - ведь зарин, который кто-то разлил в метро Токио, это весьма слабое ОВ.

* Если соблазн мести такого рода будет занесен на нашу почву, он может принять характер эпидемии. И значительная доля вины ляжет на оппозицию, которая оставит молодежь без перспектив борьбы. Этого нельзя допустить. Перед нами огромное поле возможностей, и их поиск идет в гуще самых разных групп и субкультур. Тяжелой потерей будет, если организованная оппозиция откажется от этого поиска или начнет оживлять уже негодные в новой ситуации ленинские схемы.

* ("Правда". Май 1995 г.)

*


Где мы теряем избирателей?

* Многие из тех, кто отвергает режим "демократов", связывают большие надежды с выборами. Считают, что в общественном сознании произошел перелом в пользу КПРФ. Эти ожидания подогреваются и самой президентской ратью, да и самим Ельциным. Есть опасность, что это породит в левой оппозиции иллюзию слабости противника в выборной кампании. Ложное ощущение, будто избиратель, на своей шкуре познавший прелести "рынка и демократии", уверовал в программу КПРФ. А значит, можно не утруждать себя объяснениями по поводу висящих в воздухе проклятых вопросов.

* На мой взгляд, это ошибка. Умолчание никогда к победе не приводит, а проклятые вопросы потому и называются проклятыми, что сами собой из головы не выходят. И если партия на них не отвечает, значит, их в самый неудобный момент задаст противник. А простые люди про себя все равно их задают.

* Когда я формулировал такие вопросы (которые вовсе не я придумал) в своих статьях, это вызывало неудовольство "в партийных кругах", но ни разу не привело к попытке совместной выработки ответа. А ведь мне никакой радости не доставляет раздражать "партийные круги". Так поделюсь мыслями прямо с читателями, которые, работая "внизу", никак не могут уйти от объяснения с людьми.

* Вот, в политическом шоу с Любимовым выступал на ТВ С.Бабурин, идущий в блоке с Н.Рыжковым. Ему задали совершенно естественный вопрос, на который он ответил, по-моему, неудачно. А ведь Бабурин - блестящий и остроумный полемист. Его спросили: "Не мучают ли Рыжкова кошмары по ночам? Ведь именно его правительство разработало и провело законы, сломавшие хребет советской экономической системе. Ведь он одобрил Декларацию о суверенитете РСФСР, положившую начало развалу Союза. Как же коммунисты, не объяснившись по этим вопросам, вновь выдвигаются в лидеры?". Я бы еще добавил: коммунисты, составлявшие большинство Верховного Совета РСФСР, почти поголовно проголосовали за ратификацию беловежских соглашений о роспуске СССР. Всего 6 голосов против!

* С.Бабурин, по сути, увел ответ в сторону. И даже сказал, будто Декларации о суверенитете не сыграли большой роли в спектакле перестройки. Но это искажает суть процесса и лишает нас урока огромной важности: декларации о суверенитете вырвали из советского сознания две главные скрепы, которые были уже восприняты многими поколениями почти как религиозные истины. Это идея общенародной собственности - экономическая основа Союза, и идея общей исторической судьбы народов. Коммунисты в тот момент не поняли, что они вырывают? Но сейчас-то пора понять лидерам оппозиции. И понять, почему же они тогда не поняли.

* Не лучшую схему выбрал Бабурин и для защиты Н.И.Рыжкова: он, мол, уже тысячу раз говорил о том, как его предал Горбачев. Да кого сегодня интересуют интриги и предательства Горбачева? Разве о нем речь? Вопрос-то был: как Рыжков, за которого нас просят голосовать как за лидера крупного движения оппозиции, объясняет свои действия на посту Председателя Совета Министров СССР? Действия, которые были важной частью механизма перестройки и прямо привели страну к катастрофе. Ведь если Рыжков не понял разрушительной сути этих действий, не вскрыл того способа, которым его, Рыжкова, заставили эти действия совершать - то, значит, он и снова может совершить нечто подобное. За битого двух небитых дают, это так. Но только если битый учится на своих шишках и объясняет другим.

* Пока что от ведущих фигур команды Горбачева - Рыжкова и Лукьянова - анализа перестройки "изнутри" мы не слышали. Только заверения в верности социализму и негодование в адрес ренегатов - разрушителей СССР. Но ведь никто их и не считает ни изменниками, ни агентами ЦРУ, никто не ставит их на одну доску с Горбачевым и Яковлевым. Людям важно услышать именно их, крупных советских руководителей, коммунистов и патриотов, которые по какой-то причине стали орудием в руках изменников. От кого же нам еще ждать откровений и уроков?

* Исходя из моего самоанализа, предположу, что думает типичный коммунист как член партии, приведшей СССР к поражению.

* Во-первых, да, я не могу спать спокойно. Сейчас уже не так, а в 1990-91 гг., помню, и сна в нормальном смысле слова не было. Непрерывно думаешь, прямо во сне, но как наяву: как же так? в чем коренная ошибка? как же так меня одурачили? как же я, идиот, соучаствовал во всем этом? И первый вывод, что я сделал после пяти лет лихорадочной "ликвидации безграмотности", таков: нами всеми было легко манипулировать, потому что мы действительно "не знали общества, в котором живем" - а наши враги знали. Во всяком случае, знали, куда и как ударить.

* Потому-то и не увидели мы (даже критики) смертельного смысла законов о "социалистическом предприятии" и кооперативах. А это было как удар шилом в почку: и не слышно, и крови не видно, а человек умирает в болевом шоке. И кто из попутчиков в трамвае его ударил, не понять. А потом: "мы хотели как лучше". Ведь легким надрезом вскрыли и обескровили всю финансовую систему страны и одновременно разрушили потребительский рынок. И именно после дефицита тех двух лет большинство советских людей стало сторонниками "рынка" - поддержало ликвидацию советского строя. Теперь каются, да не вернешь.

* Почему же советские люди, включая, мне кажется, и Рыжкова, тогда сразу не поняли, что происходит? Потому, что мы совершенно не знали сокровенной сути рыночной и нашей, нерыночной, экономики. Не понимали из-за потрясающего убожества нашего теоретического багажа. Мы не знали уже даже русских мыслителей - народников, анархистов, православных экономистов, Чаянова. А потом мимо нас прошло все знание о нерыночных обществах, накопленное антропологами после войны, огромное знание о Японии, накопленное учеными США - а это все было и о нас. Мы даже забыли Сталина, его определение капиталистической и социалистической экономики стали считать пустым идеологическим штампом. А он, пожалуй, лучше ученых марксистов понимал наше хозяйство именно потому, что дотошно изучал Священное Писание и христианскую теологию - духовную основу нерыночного хозяйства. И его определение - это просто формула, которой описал два несводимых типа хозяйства Аристотель. Формула, которая нисколько не утратила смысла и сегодня.

* На мой взгляд, честное признание в том, что мы в 1985-91 гг. проиграли бой (даже его не заметили) и сдали важные позиции из-за того, что были плохо вооружены знанием, просто не готовы, - нисколько не порочит нынешних коммунистов. А вот говорить, что я, мол, всегда был умным, да меня подставили - значит потерять значительную часть избирателей.

* Вообще, я считаю, что КПРФ много теряет оттого, что избегает хотя бы сформулировать вопросы о главных дефектах социалистического проекта в СССР. Сейчас, конечно, дать исчерпывающий ответ на эти вопросы еще невозможно, но не следует их замалчивать. Люди-то их себе задают. И придумывают ответы, в основном неправильные - подсказанные "демократами". Эти ответы проникают даже в документы КПРФ, в выступления ее лидеров. И мы опять на ниточках, за которые дергают невидимые "архитекторы". Взять хотя бы миф о неконкурентоспособности советской экономики. Не выдержали, мол, соревнования с Западом, вот и рухнул СССР.

* Другая крайность - сводить причину поражения к предательству верхушки КПСС. Но ведь надо тогда ответить на вопрос: какая червоточина имелась в организме советского строя, что он породил элиту, которая в значительной своей части перешла на сторону врага? Что интуитивно понял Сталин, когда предупреждал о будущем обострении классовой борьбы в СССР? Ведь если мы эту червоточину не выявим и порождающих ее причин не искореним, то и КПРФ, приди она к власти, нам может устроить то же, что горбачевская рать. Какие против этого гарантии? Честное лицо Лукьянова?

* Первый же подход к этим вопросам с научной меркой показывает, что проблема очень сложна. Сама российская цивилизация предстает как великолепное, изумительное творение ее земли и народов, а также смежных культур Запада и Востока. И в то же время творение исключительно хрупкое. Как ремонтировать разбитое, когда удастся отвести руки разрушителей? Встают совершенно новые вопросы, и обдумывать их надо было бы, пока КПРФ не у власти. Когда партия у власти, ее уже влечет нарастающий ком проблем, и она только расходует накопленный ранее теоретический капитал. Это мы видели и в КПСС. А кроме того, функционеры правящей партии очень быстро становятся глухи к голосу критики и голосу науки, это уж закон природы. Так что надо бы не терять драгоценного времени бытия в оппозиции.

* Я знаю, что многие люди, сознательно стоящие за социалистический строй, скептически относятся к выборам и не ожидают принципиальных перемен от победы КПРФ. Говорят о ее сдвиге к социал-демократии, о печальном опыте коммунистов Польши и Венгрии, которые, получив абсолютное большинство голосов, продолжают неолиберальную политику. Рядовые коммунисты, услышав такие доводы, сильно расстраиваются - им нелегко ответить.

* Я же считаю, что, не впадая в розовые мечты, мы в то же время не имеем никаких оснований для пессимизма. И не потому, что "других коммунистов у нас нет", а потому, что КПРФ может вырасти и уже вырастает как очень здоровый организм. Последние пять лет уже сформировали на местах упорных, цепких и молчаливых борцов. Их не проведешь на мякине и не подкупишь. Выборы этих людей в органы власти очень сильно изменят ситуацию, и надо все делать ради этого. А если эти люди еще и наладят гибкие механизмы давления на столичную элиту партии, то и соглашательская деятельность горбачевского охвостья будет блокирована.

* ("Правда". Октябрь 1995 г.)

*


Есть ли мост через пропасть?

* Актуальным для нас стало сейчас понятие "социал-демократия". Возникают партии с таким названием, кто-то, напротив, обвиняет КПРФ в сдвиге к социал-демократии. Что это такое? Можно, конечно, и здесь не заботиться о смысле, а принять какие-то условные определения. Ведь назвал же Жириновский свою партию либерально-демократической, хотя весь его пафос противоречит этим словам. Кто-то скажет: не все ли равно, назови хоть горшком. А я стою на своем: разрыв смысла и слова губителен. Имя партии Жириновского - как компьютерный вирус, в нем - программа саморазрушения.

* Поставим один такой вопрос из области смыслов: в чем разница между социал-демократами и коммунистами? Между ними - тротуар, мост или пропасть? Могли ли мы мягко перейти к любимой Аганбегяном "шведской модели"? Есть ли у нас плавный политический спектр - от Анпилова до Гайдара, или в нем разрывы, ямы? Только выяснив это имеет смысл говорить о словах и о политике.

* Маркс, указав Европе на призрак коммунизма , видел его не просто принципиальное, но трансцендентное, "потустороннее" отличие от социализма. Вступление в коммунизм - завершение огромного цикла цивилизации, в известном смысле конец "этого" света, "возврат" человечества к коммуне. То есть, к жизни в общине , в семье людей, где преодолено отчуждение, порожденное собственностью. Социализм же - всего лишь экономическая формация, где разумно, с большой долей солидарности устроена совместная жизнь людей. Но не как в семье. "Каждому по труду" - принцип не семьи, а весьма справедливого общества (кстати, главная его справедливость в том, что "от каждого по способности" - даже этого наши истматчики не поняли).

* Рациональный Запад за призраком не погнался, а ограничил себя социал-демократией . Ее великий лозунг: "движение - все, цель - ничто!". Уже здесь - духовная несовместимость с коммунизмом. А подспудно - несовместимость религиозная, из которой вытекает разное понимание времени. Время коммунистов - цикличное, мессианское. Оно устремлено к некоему идеалу (светлому будущему, Царству свободы - названия могут быть разными, но главное, что есть ожидание идеала как избавления, как возвращения, подобно второму пришествию у христиан). Время социал-демократов линейное, рациональное: "цель - ничто". Здесь - мир Ньютона, бесконечный и холодный. Можно сказать, что социал-демократов толкает в спину прошлое, а коммунистов притягивает будущее.

* Социал-демократия чище всего там, где человек прошел через горнило Реформации. Она очистила мир от святости, от "призраков" и надежды на спасение души через братство людей. Человек стал одиноким индивидуумом. Постепенно он дорос до рационального построения более справедливого общества - добился социальных благ и прав. А личные права и свободы рождались вместе с ним, как "естественные".

* Подумайте, откуда взялся сам термин социал-демократия . Демократия на Западе означала превращение общинного человека в индивидуумов, каждый из которых имел равное право голоса ("один человек - один голос"). Власть устанавливалась снизу, этими голосами. Но индивидуум не имел никаких социальных прав. Он имел право опустить в урну свой бюллетень, лечь и умереть с голоду. Социал -демократия - движение к обществу, в котором индивидуум наделяется и социальными правами.

* История для социал-демократии - не движение к идеалу, а уход от дикости, от жестокости родовых травм цивилизации капитализма - но без отрицания самой этой цивилизации. Это - постепенная гуманизация, окультуривание капитализма без его отказа от самого себя. А в чем же его суть? В том, что человек - товар на рынке и имеет цену, в зависимости от спроса и предложения. А значит, не имеет ценности (святости), не есть носитель искры Божьей. Если это перевести в плоскость социальную, то человек сам по себе не имеет права на жизнь, это право ему дает или не дает рынок.

* Это ясно сказал заведующий первой в истории кафедрой политэкономии Мальтус: "Человек, пришедший в занятый уже мир, если общество не в состоянии воспользоваться его трудом, не имеет ни малейшего права требовать какого бы то ни было пропитания, и в действительности он лишний на земле. Природа повелевает ему удалиться, и не замедлит сама привести в исполнение свой приговор".

* Становление рыночной экономики происходило параллельно с колонизацией "диких" народов. Необходимым культурным условием для нее был расизм. Отцы политэкономии А.Смит и Рикардо говорили именно о "расе рабочих", а первая функция рынка - через зарплату регулировать численность этой расы. Все формулировки теории рынка были предельно жестокими: рынок должен был убивать лишних, как бездушный механизм. Это могла принять лишь культура с подспудной верой в то, что "раса рабочих" - отверженные. Но когда я указываю на этот простой факт: классовый конфликт изначально возник как расовый, Косолапов возмущается. Он переносит культурные нормы России на совершенно иную реальность.

* Историки указывают на важный факт: в первой трети ХIX века характер деградации английских трудящихся, особенно в малых городах, был совершенно аналогичен тому, что претерпели африканские племена: пьянство и проституция, расточительство, потеря самоуважения и способности к предвидению (даже в покупках), апатия. Выдающийся негритянский социолог из США Ч.Томпсон, изучавший связь между расовыми и социальными отношениями, писал: "В Англии, где промышленная революция протекала быстрее, чем в остальной Европе, социальный хаос, порожденный драконовской перестройкой экономики, превратил обнищавших детей в пушечное мясо, которым позже стали африканские негры. Рациональные аргументы, которыми в тот момент оправдывали такое обращение с детьми, были абсолютно теми же, которыми впоследствии оправдывали обращение с рабами".

* Хлебнув дикого капитализма, рабочие стали объединяться и выгрызать у капитала социальные права и гарантии. Шведская модель выросла из голода и одиночества начала нашего века. Не устану рекомендовать прочесть роман Кнута Гамсуна "Голод". В зажиточном Осло молодой писатель был одной ногой в могиле от голода - уже и волосы выпали. Ему не только никто не подумал помочь - он сам не мог заставить себя украсть булку или пирожок, хотя это было не трудно. Святость частной собственности и отсутствие права на жизнь были вбиты ему в подсознание так же, как святость его личных прав гражданина.

* Как же социал-демократы "окультурили" этот расово-классовый конфликт? Доказав, что выгоднее не оскорблять рабочих, а обращаться с ними вежливо, как с равными. Так же теперь обращаются в США с неграми. Но социал-демократы были частью этого процесса: отказавшись от "призрака коммунизма", они приняли расизм империалистов. Вот слова лидера Второго Интернационала, идеолога социал-демократов Бернштейна: "Народы, враждебные цивилизации и неспособные подняться на высшие уровни культуры, не имеют никакого права рассчитывать на наши симпатии, когда они восстают против цивилизации. Мы не перестанем критиковать некоторые методы, посредством которых закабаляют дикарей, но не ставим под сомнение и не возражаем против их подчинения и против господства над ними прав цивилизации... Свобода какой либо незначительной нации вне Европы или в центральной Европе не может быть поставлена на одну доску с развитием больших и цивилизованных народов Европы".

* В то самое время, когда установку социал-демократов формулировал Бернштейн, установка русских большевиков по тому же вопросу была совершенно иной. В политическом ли интересе дело? Нет, в разных культурных (а под ними - религиозных) основаниях социал-демократии и большевизма. Россия не имела колоний, в России не было "расы" рабочих, в русской культуре не было места Мальтусу - иным был и смысл коммунистов (большевиков).

* Русский коммунизм исходит из совершенно другого представления о человеке, поэтому между ним и социал-демократией - не тротуар и даже не мостик, а духовная пропасть. Но именно духовная, а не политическая. Коммунисты могут вести дела, "как социал-демократы" - приходится приспосабливаться. Ленин, провозгласив НЭП, не стал социал-демократом. Но думать , как они, коммунисты не могут. Если же станут так думать в условиях, когда не изменилось господствующее в России представление о человеке, то будут не социал-демократами, а просто ничем - будут обманывать идущих за ними людей. Имя же нацепить можно любое. Так же как вор, пропивающий украденное народное богатство, не становится буржуа, ренегат коммунизма не становится социал-демократом только оттого, что он ренегат. Ему еще надо проникнуть в сокровенное знание. Социал-демократами у нас реально может стать очень небольшая часть действительно "обращенных" интеллигентов, но эта часть пока что вполне довольствуется Гайдаром и Явлинским. Она еще во власти либеральной утопии.

* ("Правда". Декабрь 1995 г.)

*


Опять вопросы вождям

* Четыре года я ставлю в статьях вопросы КПРФ. Я их не выдумываю - их задают люди на всех встречах, особенно во время выборов. КПРФ, как сфинкс, на вопросы не отвечает. Наконец, я понял неприличие моего поведения и стал писать, не беспокоя вождей. Но тут меня включили в координационный совет Народно-патриотического союза России и дали мандат за подписью Г.А.Зюганова с почетным номером 7. Теперь уже я обязан высказаться о тех тезисах КПРФ, от которых зависит политика НПСР.

* Секретарь ЦК КПРФ Н.Биндюков изложил на недавнем Пленуме ЦК предложения программной комиссии и группы ученых-экспертов по уточнению Программы КПРФ. В частности, он сказал: "Предлагается со всей определенностью заявить о том.., что процесс становления буржуазного государства был завершен кровавым октябрем 1993 г.". Раз "со всей определенностью", значит, сами считают этот тезис важным.

* Замечу сразу, что он входит в неразрешимое противоречие с другим тезисом КПРФ: "политический и социально-экономический курс, проводимый президентом и правительством, полностью обанкротился". Как же обанкротился, если удалось добиться главного - завершить становление принципиально нового, "своего" государства? Или Ельцин с Чубайсом строили коммунизм, да у них все вышло не так, как они хотели? Как можно по одному и тому же вопросу делать несовместимые утверждения? Или мы не должны принимать их всерьез? Но вернемся к главному утверждению - что завершен процесс становления буржуазного государства.

* Я надеюсь, что тов. Н.Биндюков искренне не понимает, насколько фундаментальное значение для судьбы КПРФ и всей оппозиции имело бы это положение, будь оно принято съездом КПРФ. На мой взгляд, это положение, неверное по самой своей сути, оказало бы к тому же крайне плохое воздействие и на политическую практику. Изложу сначала суть.

* Очевидно, что советскому жизнеустройству и государству (что не одно и то же) нанесен тяжелейший удар. Допустим даже, что советское государство уничтожено, что, впрочем, вовсе не факт - имеется много признаков того, что оно во многом еще дееспособно, хотя и работает неявно и вопреки политическому режиму. Однако сделаем это необходимое для тезиса Н.Биндюкова допущение.

* Значит ли это, что вслед за уничтожением советского государства произошло и даже завершилось становление государства иного типа? Совершенно не значит. Завершено или нет такое становление - вопрос, ответить на который можно только изучив состояние всех необходимых для государственности институтов.

* Я утверждаю, что становление нового государства не только не завершено, но и весь этот процесс забуксовал очень далеко от финиша. Более того, многие из рыхлых структур новой государственности начали распадаться (а во многих случаях уничтожаться самим режимом ради предотвращения срочных угроз).

* Начнем с главного, предельного признака государства - системы легитимного насилия. Теоретики государственности недаром ввели этот термин - "легитимное", а не просто "законное". Легитимна только та власть, которая в общественном сознании превратилась в авторитет. То есть когда использование этой властью насилия оправдано не просто законом (под дулом пистолета любой парламент наштампует каких угодно законов), а и господствующими в данном обществе представлениями о правде. Когда внутренний голос человека скажет: "Эта власть - от Бога", или что-то в этом роде.

* Произошло ли это в России? Ни в коей мере, и даже напротив. Все эксперименты режима по легитимации нового типа насилия показали, что общественное сознание их отвергает. Попытки идти напролом (весь 1993 год) лишь ускоряли "развод" народа с тем государством, которое пытался построить режим Ельцина. Несоветский тип насилия легитимным не стал. Ну, переодели часть милиции в иностранные картузы - и сами милиционеры их стесняются. Средний же человек сразу добреет, увидев милиционера в форме с русским силуэтом. Кадры милиции в массе своей подчеркнуто ведут себя так, будто они сохраняют культурный тип советской милиции, а не полиции буржуазного государства.

* Вважен уже тот символический факт, что в обращении между одетыми в форму людьми политический режим не осмеливается устранить слово "товарищ". Когда Ельцин посещает даже Таманскую дивизию, он вынужден проглатывать обращение "товарищ президент". И это - не мелочь. Вспомните переход от царской полиции и армии к советской милиции и Красной армии. Вот там можно было говорить, что произошло становление нового государства (по этому признаку).

* Другое дело, что политический режим тайно способствует формированию иных институтов насилия - охранных служб, преступных групп, наемных убийц и пр. Повторяет путь латиноамериканских диктатур. Но это вовсе не признак становления государства. Это - признак криминализации власти, которая не смогла достичь легитимации. Не всякое насилие есть признак государственности, а появление организованного преступного насилия как раз и говорит о том, что становление нового государства не состоялось и вряд ли состоится.

* Мы даже видим редкое в истории явление: власть демонстративно пресекает попытки восстановить государство. Вспомните, как на глазах всей страны третировали перед телекамерами должностных лиц, которых сама их служба заставляла быть государственниками - министра Куликова, генпрокурора Скуратова. Это - акты, противоестественные для любого государства. Таков же смысл постоянного и планомерного очернения в глаза общества депутатов Думы - вовсе не как оппозиции, а именно как важнейшего института государства (а уж тем более государства буржуазного, которое немыслимо без сильного парламента).

* Второй признак государства - идеология. Для буржуазного государства это признак абсолютно необходимый, ибо в прежних, сословных государствах обходились религией. И религия, и идеология в интересующем нас плане есть тот свод представлений о мире, человеке, обществе и власти, который принимается большинством граждан и убеждает их в том, что данная власть - праведна. Это и есть легитимация власти, без которой нельзя говорить о становлении государства.

* Политический режим, установившийся в 1993 г., принципиально не имеет и не может иметь идеологии, сколько бы ни корпел на даче Сатаров. Претендуя быть строителем гражданского общества и рыночной экономики, он всей своей практикой и даже риторикой отвергает самые фундаментальные принципы этого типа жизнеустройства. Не буду здесь тратить место на доказательства того, что режим Ельцина не имеет абсолютно ничего общего с открытым обществом и правовым государством (достаточно посмотреть на положение с информацией, например, с доступностью телевидения для основных партий). И речь не о деформациях, а именно о сути режима и всей философии его социальной базы.

* На чем же такой режим может строить свою идеологию? Только на обмане. Этого не достаточно. Сегодня любой ученый, независимо от ориентации, знает, что нынешний политический режим уже не может рассчитывать на легитимацию и обладание идеологией. Обман рассеивается, и режим может держаться только на страхе (перед гражданской войной, голодом, местью обворованных людей, репрессиями преступных банд - у каждой группы свои страхи). Ничего общего со становлением государства эта ситуация не имеет. Поразительно, что именно КПРФ - единственная крупная партия - своим авторитетом пытается легитимировать режим Ельцина как якобы состоявшееся государство. Добавка "буржуазное" ничего по сути не меняет (она - как ругательство, призванное подбодрить коммунистов).

* Третий признак наличия государства, начиная от Урарту - обладание финансовой системой, обеспечивающей безопасность страны и ее воспроизводство во всех главных ипостасях. Это - независимо от экономической системы и социального строя. Налоги в любом виде (хотя бы и как беличьи шкурки) стекаются, как кровь по венозной системе, в казну; монарх - "сердце государства" - чеканит монету и пускает ее в обращение, как кровь через артерии. И это должен быть стабильный процесс.

* Что мы видим в России? Власть обкрадывает и страну, и предприятия, и граждан. Украденные средства исчезают в каких-то черных дырах, значительная их часть оседает за рубежом. Соки высасываются из всех систем, которые необходимы для существования любого государства, вплоть до их полной гибели. Даже из Армии! То есть, этот политический режим не только не обеспечивает воспроизводства страны и населения, но и самого себя. Весь этот созданный усилиями Ельцина и его чубайсов механизм есть нечто, никак не могущее быть названо государством. Из этого "нечто" государство и не может вырасти, пусть даже со страданиями для народа. Все, что есть у нас государственного, вынуждено действовать почти в подполье, вопреки режиму. А секретарь ЦК КПРФ нас убеждает, что не только идет процесс становления государства, но и что этот процесс уже завершен чуть ли не четыре года назад. Меня это просто изумляет, честно скажу.

* Возможно, назвать это "нечто" государством соблазнил факт социальной стабильности в России. Рассуждают так: раз люди друг другу горло не перегрызают, а трупы на улице почти не валяются, значит, есть государство. Это объяснение не годится. Во-первых, люди по природе своей не волки. Они способны к самоорганизации и сохранению жизнеустройства и без государства. Особенно если еще не подорваны устои культуры и морали.

* Это мы и наблюдаем в России. Большинство граждан уже поняли или хотя бы почувствовали, что в Москве возник странный режим власти, который государством не является. Он не просто не обладает благодатью. Он - как упырь, который под видом человека (бывает, даже близкого) приходит сосать у людей кровь. Веками воспитанное государственное чувство не обмануло русских и другие народы России - от Москвы отшатнулись. Закрылись, насколько можно, расстоянием, суверенитетами, сепаратизмом, лицемерием. А сами живут, покуда можно, без государства и вопреки оккупантам Кремля. Это тяжело, мы слабеем, но пока что запаса прочности нашей культуры хватает. И поразительно, насколько чище воздух общения людей уже в часе езды на электричке от Москвы. Произошел развод народа с режимом-оборотнем. А КПРФ уговаривает признать его за государство.

* Во-вторых, выживать помогают ушедшие в тень структуры и навыки советского государства. Не буду рассказывать об их образе действия, разоблачать их перед опричниками режима. Но неужели эксперты КПРФ не знают об этом? Ведь если бы режим Ельцина мог в полную силу действовать согласно своим идеалам, жизнь в России была бы уничтожена.

* Зачем нужна эта поддержка режима? Я выше предположил, что эксперты КПРФ не ведают, что делают. А если это не так? Тогда единственной разумной целью я нахожу потребность в обосновании той мысли, которая в разных вариациях высказывается рядом руководителей оппозиции: бороться в режимом Ельцина не следует. Этот режим якобы уже создал легитимное государство, его надо подправлять усилиями конструктивной оппозиции.

* Я считаю это ошибкой исторического масштаба. Именно сейчас, пока не произошло становления нового государства под властью Ельцина-Чубайса (а оно может стать только как криминальное государство), задача оппозиции - сдвинуть процесс к превращению хаоса в новый, приемлемый для жизни государственный порядок. Это еще можно сделать без войны, бескровно. Если же признать возникновение государства Ельцина свершившимся фактом, то он и свершится. И это будет гибельно и для России, и для народа - надежд на патриотическое перерождение бригады Ельцина уже нет никаких. Если в рядах оппозиции эту пока что теоретическую ошибку не удастся исправить, я могу лишь уповать на то, что появятся иные силы, которые "пойдут другим путем".

* Теперь о второй части тезиса - о том, что государство, становление которого якобы произошло, есть государство буржуазное . На мой взгляд, ошибочность этого утверждения даже намного очевиднее, чем первая ошибка.

* Вообще, вся классовая фразеология, которую использует левая оппозиция, настолько вульгарна и поверхностна, что просто кричать хочется. Нельзя так безответственно относиться к слову - оно выстрелит в нас из пушки пострашнее, чем История. Ведь язык - главное средство власти. Слово движет народами.

* Вот, Н.Биндюков предлагает записать в Программу тезис о "насильственной капитализации страны". Кто изобрел это словечко - капитализация? Что такое "капитал"? Это базовое производительное богатство - основные фонды хозяйства. При соединении капитала с трудом производятся материальные блага. Капитализм - это строй, где капитал находится в частной собственности. При социализме капитал становится общественной собственностью. Но ведь не исчезает! Ведь были у нас до Горбачева капитало вложения!

* Что же такое капитализация? Это создание капитала. Буржуазия смогла создавать капиталы благодаря гениальному изобретению - акционерным обществам. Они собирали малые денежные средства и превращали их в капитал. У нас почти весь капитал создавался в виде общенародной собственности. Вплоть до 1988 г. шла быстрая капитализация страны. А сегодня через "акционирование" (сознательно ложный термин) созданный капитал растаскивают. В России идет быстрая "декапитализация" - распыление, разрушение и вывоз капитала. Зачем же в Программу вставлять новоизобретенное слово, которое искажает суть процесса и будет служить для людей блуждающим огоньком?

* Кстати, нередко в документах КПРФ говорится, что происходит "колонизация" России. Но ведь это несовместимо с "капитализацией" в понимании Биндюкова! Захватывая колонии, Запад первым делом уничтожал в них ростки капитализма и создавал совершенно особый тип хозяйства - колониальную экономику . Что никакой колонизации России не происходит, что идет гораздо более разрушительный процесс - особая тема. Но поговорим о якобы буржуазном характере режима Ельцина.

* Вспомним азы. Что такое буржуазия? Считать, что это те, кто овладел собственностью (богатые) - заблуждение. Оно простительно детям, которые употребляют название "буржуй" как ругательное слово. Посудите сами. Имеется множество способов захватить собственность. Несметные богатства захватывали орды Тамерлана или отряды Кортеса в Мексике. Никакой буржуазии от этого не возникло. Шайки феодалов и прочих разбойников грабили купцов на дорогах, но в буржуа при этом не превращались. Евреи-ростовщики брали с рыцарей и королей громадный процент и накопили богатства, из которых потом возник финансовый капитал. Но это был капитал авантюрный, капитал париев, отверженных. Финансисты не образовали буржуазии, они прилепились к ней как приблудное дитя.

* Буржуазия как класс возникла вместе с "духом капитализма". Буржуа (то есть горожане ) - это те, кто трудились, как муравьи, над превращением денег в капитал, с помощью которого они организовывали производство . Основой буржуазии были небогатые протестанты-пуритане, которые отказывали себе во всех излишествах, много учились, трудились с утра до ночи и вкладывали каждую добытую копейку в производство (как говорил Салтыков-Щедрин, "не без кровопивства" - эксплуатации рабочих). И так - много поколений, пока система не стала работать стабильно и не появился слой профессиональных управляющих.

* Нам сослужила дурную службу пропаганда, представлявшая буржуев ворами и обманщиками. Конечно, такие попадались, как попадаются среди священников пьяницы и жулики. Но это же не выражает сущности класса. Известно, что воры как социальная группа и как культурный тип буржуазией стать не могут. Об этом и Салтыков-Щедрин много писал - о наших ублюдках крепостного права, Колупаевых да Разуваевых, которые рядились в буржуа - но буржуа не были.

* Сегодня у нас появился слой "новых русских" - ублюдков номенклатурного права, новых Колупаевых и Разуваевых, которые, как и те, прошлого века, "чудом избежали каторги". Их вожделенная мечта - чтобы их признали как класс, как буржуазию. Такое признание сразу закрывает вопрос о происхождении их собственности, узаконивает ее. Воры, которые при любом правовом политическом режиме должны быть судимы (хотя бы мягко, символически), вдруг в документе КПРФ возводятся в ранг законного и признанного социального класса. Почему? Зачем?

* Могут ли эти Колупаевы, получившие от Чубайса украденный у нас капитал, претендовать на звание буржуазии? В целом, как социальное явление - нет, не могут. В личном плане среди них, конечно, есть хорошие хозяева, которые спасли и наладили производство - честь им и хвала. Но их-то как раз "государство" Ельцина душит. Да речь у нас не о личностях, а именно о классе.

* Класса буржуазии не возникло, новые собственники угробили производство, многие из них ограбили свои же "собственные" заводы, распродали сырье и даже оборудование. Почти никто из них не превращает денег в капитал, а наоборот - обращает капитал в деньги и вывозит их за рубеж. Или тратит в России на безумную роскошь и капризы. Отдыхавший на Канарских островах "новый русский" проникся симпатией к переводчику, который помогал ему всего три дня, и на прощанье подарил ему 10 тысяч долларов - почти 60 миллионов рублей. Это по-русски - по-купечески или по-княжески. Но несовместимо с этикой буржуа. Большевик ближе к капиталисту, чем этот рубаха-парень.

* Посмотрим на новых собственников не с такой противной стороны. Является ли буржуазным их отношения с рабочими? Ни в коей мере. Вот, не платят рабочим зарплату - для буржуа такое противоестественно. Не заплатить за купленный товар (каким является для буржуа рабочая сила) - немыслимое дело. У нас же это сплошь и рядом. Потому, что нашим "хозяевам" заводов совершенно чуждо мышление буржуа. Как же они могут превратить свой режим в "буржуазное" государство?

* Другое столь же обычное явление: новые хозяева, вопреки всем рыночным законам и даже вопреки приказам Ельцина, не только не отшвырнули все социальные службы заводов (жилье, детсады, пионерлагеря и пр.), а даже увеличили расходы по их содержанию - ввиду краха государства. Сегодня на одно только жилье многие акционерные общества тратят больше, чем весь их годовой доход (некоторые предприятия в 2-3 раза больше своего дохода) - проедают основной капитал. "Хозяева" знают, что люди не в состоянии платить за жилье, но у них не поднимается рука отказать им в помощи, да и побаиваются. Опять-таки, это несовместимо с принципами буржуазии и ее государства. Это - откат к уродливому феодализму: мужик на барщине бесплатно спину гнет, зато барин о нем порадеет.

* Не будем пытаться определить, что за социальный строй у нас возник и может ли он существовать долгое время (на деле строя еще нет, пока что мы живем в состоянии социального хаоса с элементами разных порядков - от советского до рабовладельческого и даже первобытно-общинного). Одно ясно: попытка "по плану" создать у нас капитализм провалилась. Буржуазии не возникло, а потому не сложилось и буржуазного государства.

* Вспомним, что либералам, разрушившим царскую Россию в феврале 1917 г., не удалось создать новую, буржуазную государственность даже несмотря на то, что в России уже имелась более или менее развитая буржуазия. Тогда государство разваливалось на глазах, и уже в октябре большевики просто "подобрали" власть. Сегодня такого распада еще нет только потому, что целы многие структуры советского государства. Хотя бы ракетные войска стратегического назначения. Без них Олбрайт совсем иначе заговорила бы с Россией.

* Таково мое мнение по сути сделанного Н.Биндюковым заявления. Теперь о том, что оно будет означать на практике - если КПРФ от него не откажется. Скажу о моих личных чувствах. Учитывая, что значительную часть КПРФ составляют люди моего возраста и старше, могу предположить, что я в моих чувствах буду не одинок.

* Что меня заставляет расходовать оставшийся мне в жизни запас сил и времени на работу в оппозиции? Чувство, что я не уберег то, что мне было поручено - достойное жизнеустройство нашего народа и независимость Родины. Всему этому нанесен страшный удар. Но удар этот еще не смертелен, врага можно остановить. И мы ведем тяжелые бои в отступлении, цепляясь за каждый рубеж и ожидая подкреплений. Я уверен, эти подкрепления придут, надо только продержаться. Исход борьбы еще не решен. Становления государства, в котором моему народу не будет места, еще не произошло. И пока я в это верю (а я в этом уверен хладнокровно), мои усилия имеют смысл.

* Если же мне докажут, что вся война проиграна и советский строй убит, ничего похожего мы не восстановим, а должны будем вести "нормальную классовую борьбу в буржуазном государстве", я уйду. Приму все будущие проклятья внуков и правнуков - и уйду. Пусть уж молодые ведут свою классовую борьбу - сначала за лучшие условия продажи своей рабочей силы, а потом и до политических требований когда-нибудь дойдут. Но это будет уже другая эпоха, за которую я не отвечаю. Свою войну, как мне объявила КПРФ, я проиграл.

* Вот какие чувства породит новая программа КПРФ, если в ней будет записан вывод Н.Биндюкова и его экспертов. Я им, конечно, не верю. Но если они на съезде возьмут верх, они нанесут оппозиции большой ущерб. Бывает, что политическая партия, чтобы мобилизовать людей, искажает суть вещей, вселяет надежды. Но выдвигать неверный тезис, который к тому же разоружает, деморализует большую часть партии и ее союзников - это уникальный шаг. Не надо его делать!

* ("Советская Россия". Март 1997 г.)

]]>
admin@kob.in.ua (Administrator) Опять вопросы вождям Wed, 08 Jun 2011 10:45:01 +0000
Глава 8. Размышляя о советском строе http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-8-razmyishlyaya-o-sovetskom-stroe.html http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-8-razmyishlyaya-o-sovetskom-stroe.html Когда человек живет в сильной независимой стране, он не замечает этого счастья, как обычно не замечает счастья дышать, видеть солнце, траву, близких людей. Осознание это счастья приходит лишь вместе с осознанием его утраты - когда его страну раздавят и обглодают. Когда из телецентра, построенного на его земле и на его деньги, предатели Родины будут ежечасно над ним глумиться, захлебываясь от радости при каждом новой ране России.

 Октябрьские праздники окрашены сегодня печалью. Русские люди, как древние славяне, погрузились в болото и дышат через тростинку, надеясь, что беду пронесет. Русские студенты - "неподкупное сердце и светлые лица" - выходят на улицы с мычаньем некормленной скотины, под лозунгом "Хочу есть!".

 С Великой войны, когда затянулась рана гражданского братоубийства, праздник Октября стал праздником страны. Люди моего поколения всю жизнь так его и праздновали - вплоть до 1990 г., когда "демократы" в первый раз организовали "альтернативную" демонстрацию, обнародовали свой план раскола народа. И с тех пор в этом празднике нарастает чувство противостояния и чувство утраты.

 Я понимаю, что не всем это чувство понятно, а многим и смешно. Кому-то ближе идеологические блага - гражданские свободы, права человека. А счастье - это чувство чуть ли не животное. И кошка счастлива - на солнышке, с котятами, когда есть дом.

 Что ж, быть может, Россию удастся свернуть на этот путь - понятие счастья будет заменено "уровнем жизни", а потом еще один шаг - "уровнем потребления". Честь заменит налоговая декларация, вместо ума и совести будет компетентность. Когда Сталина спросили, какое самое главное качество в руководителе страны, он ответил: "очень сильно любить свой народ". Такого не скажет сегодня ни один политик. Понятие любви и чести из политики уже устранили.

* Но с переделкой нашей души процесс застопорился. Видать, архитекторы, прорабы и каменщики готовят какие-то новые инструменты. Готовясь к их следующему удару, мы наконец-то поднимаемся над идеологией, начинаем чувствовать Историю, прозревать будущее. Думать не о свободе выезда, а о свободе воли, об ответственности не перед мэрами и префектами, а перед внуками и правнуками. И на этом уровне счастье оказывается категорией вечной, категорией Бытия. И человек меряет прожитое именно этой, полной мерой, а не килограммами потребления и литрами "свобод".

* Как же в канун праздника Октября люди оценивают свою советскую жизнь в категории счастья? "Демократы" наконец-то решились задать людям такой вопрос. 56 проц. считают, что до перестройки было "больше счастья", 22 проц. видят "больше счастья" в наши дни. Доля последних велика среди тех, кому уже трудно сравнивать - молодым людям в возрасте до 24 лет, и резко снижается среди зрелых людей - после сорока. Среди тех, кто уже думает прежде всего о детях и об их будущем. И это - после десяти лет промывания мозгов, когда каждая черточка советской жизни была очернена и осмеяна.

* В чем же был главный источник счастья, который открыла (или расчистила) Октябрьская революция? Скажу о двух сторонах одного чувства: в том, что мы жили в ладах с исторической памятью и с верой в будущее. И то, и другое - огромная духовная роскошь, которая нечасто достается людям, как и большая любовь. А тут - почти весь огромный народ прожил в этой роскоши полвека.

* Что значит - жить в ладах с исторической памятью народа? Для меня это значит чувствовать, что ты своим образом жизни не оскорбляешь души твоих предков, которые вроде бы все время смотрят на тебя. Конечно, здесь речь о главном, в мелочах каждое поколение живет по-новому. Успокоили ли мы, в нашей советской жизни, опасения и предчувствия наших отцов и дедов? Думаю, да - пока не попались, по нашей умственной и душевной лени, в паутину перестройки.

* Сегодня становится понятной тоска и страх за будущее, которыми полны страницы Гоголя, Достоевского, Салтыкова-Щедрина. Они чувствовали, а потом и воочию видели, что на Россию надвигается сила, желающая ее сломать и растереть в пыль. И эта сила имеет мощную пятую колонну в самой русской жизни - в Смердякове и Ставрогине, в Головлеве и Колупаевых. Одна мысль о том, что русским предстоит стать народом "второго сорта", доводила героев Достоевского до самоубийства. Он описывал реальные случаи - но это была и его мысль.

* Казалось, все эти предчувствия сбылись в феврале 1917 года. Либерально-демократические "бесы" разрушили армию и буквально разогнали империю - точь в точь как нынешние "межрегионалы и беловежцы". Октябрь был ответом. Думаю, потому народ и отшатнулся от белых, что почувствовал - не они соберут Россию, а красные. А за белыми - хотели того или нет идеалисты-прапорщики - вползали мародеры всего Запада с Японией в придачу.

* Именно советская, а не капиталистическая индустриализация соединила народ и создала державу, которую никто не мог ни победить, ни обгладывать. В 1918 г. открыт ЦАГИ - колыбель нашей авиации, и Институт радия, из которого начал расти наш ядерный щит. В Т-34 и в "Катюше", в Жукове и Гагарине - именно советский дух. Соединение счастья со свободой и ответственностью за весь народ, за всех братьев-земляков нашей страны. Мы жили по правде и имели силу - и все страхи отступили. Эту жизнь мы и вспоминаем 7 ноября.

* Напрасно сетуют на это и огорчаются те, кто придумал себе сегодня "белый" идеал - антисоветской пропаганде поверил, а к "демократам" не пристал, претит. Капитализм расколол и разложил Россию, довел ее до революции. И дело не в пудах чугуна и не в верстах железных дорог, а в оскорблении духа, в "столыпинских галстуках" и терроризме Азефа, тайных внешних долгах и грязных лапах Распутина с Симановичем. Этого не закроешь Саввой Морозовым. Если бы это продолжалось, то, как и предвидел В.Розанов, "Россию обглодали бы до косточки, и она лежала бы в грязи, всеми плюнутая и покинутая".

* Почему же смогли в советское время расцвести и ум Королева, и воля Жукова, и красота Улановой - и вместе создать ту силу, которая нас оберегала? Думаю, потому, что каждая мать знала: ее ребенок всегда будет сыт и согрет, всегда о нем позаботится врач и учитель, и ему, если будет способным и прилежным, откроются все пути. Пусть это был идеал, но мы к нему продвинулись дальше всех. И каждый мог спокойно выйти из дому и не увидеть ночующего на улице старика. Это - счастье, которое все мы получили от советского строя.

* Мы все больше и больше прикасались к искусству, в нашей жизни было все больше красоты - в наш дом вошли Пушкин и музыка. Наши песни были спокойны и мелодичны, наш смех был незлобив, а дети, насмотревшись наших мультфильмов, верили, что мир добр. Мы не боялись людей и доверчиво ставили свою палатку и над уральской рекой, и на литовском озере, и в горах Чечни. Никто не видел друг в друге мироеда и угнетателя, и труд каждого из нас чудесным образом увеличивал потребность страны в рабочих руках. А живя без страха, мы были восприимчивы - и к стихам, и к музыке. И все это было нам по карману.

* Но, нежась в лучах улыбки Гагарина, под защитой Королева и Курчатова, все мы расслабились и не заметили, что та вековая, подспудная, горяче-холодная война, о которой нас предупреждали отцы и деды, вовсе не кончилась. Просто изменилось оружие и тактика - а обычным оружием бряцали для отвода глаз. В ухо нам вливали яд, и многие сошли с ума. Мы же, в розовых очках, готовились отпраздновать мир в холодной войне, обнявшись с добродушными янки. И не знали, что на Мальте тайком подписывают нашу капитуляцию. Мы сдали страну и сдали советскую власть. Каждому придется отвечать перед тенями своих предков, а пока что мы лишились благодати и принимаем кары земные.

* В ЦАГИ, в уникальной Большой аэродинамической трубе, где "обдували" все советские самолеты, сегодня сушат на продажу пиломатериалы. Ученые, преемники Курчатова, от безысходности уходят из жизни. По городам и селам наносятся ракетно-бомбовые удары, а убийцы патрулируют русские города под командой иностранных наемников. На наших глазах политические клики решают, не поднять ли планку - от чеченской войны перейти к русско-украинской. Молодой предприниматель в истерике: старик, который копался в мусоре, обернулся, и он узнал в нем своего любимого преподавателя университета. Множество людей продали бы, а то и бесплатно отдали бы себя в рабство, обещай им хозяин кормить их и их детей.

* Но те, кто до этого еще не дошел, в дни Октябрьских праздников имеют право лишь на минутное воспоминание об утраченном счастье. Уже немного времени осталось, чтобы решить: как предотвратить то столкновение, что уже маячит впереди. С кем он будет, если оно окажется неминуемым. И что он может сделать, чтобы пролилось как можно меньше невинной крови.

* ("Правда", "Советская Россия". Ноябрь 1996 г.)

*


Снова простой вопрос вождям

* Отстранить от власти возникший на волне патологической перестройки антисоветский режим "атакой сходу", на первых же выборах, не удалось. Велика еще инерция антикоммунизма, не исчерпаны иллюзии ("кредит доверия"), жизнь еще не приперла основную массу людей так, чтобы они задумались о главном и перестали верить паяцам с ТВ. Все это - реальность, которую не могла бы устранить никакая самая гениальная пропаганда.

* Но надо признать, что и пропаганда левой оппозиции была далека не то что от уровня гениальности - от того минимума, который вполне был достижим при кадровом состоянии партий и движений. И дело не в мелких неудачах и упущениях, а в том, что ораторы оппозиции "плавали" именно при ответе на самые простые, фундаментальные вопросы. А значит, повисали в воздухе и все вторичные, политические и злободневные утверждения. Даже такие, казалось бы, безотказные, как критика нынешнего режима. Удивляться приходится: реальность страшна и античеловечна, она - явно дело рук режима Ельцина, уже никто из них и не кивает на советский строй, а для убедительной критики эту реальность использовать не смогли.

* Думаю, это потому, что в погоне за "чужими" голосами (надеюсь, что не из-за более веских причин) левая оппозиция по сути пообещала в случае прихода к власти следовать тем же курсом, только "делать все лучше", чем Ельцин с Черномырдиным. То есть, свела причины кризиса к негодному исполнению, а не к сути всего проекта нашей неолиберальной мафии.

* Что значит, что идеалом КПРФ является "смешанная экономика"? А разве Чубайс против? И он за такую же. А какая у нас сейчас? Смешанная с очень большим госсектором. Чего же еще надо? Менять шило на мыло? Тогда коммунисты говорят: будь мы у власти, мы наладили бы смешанную экономику гораздо лучше, чем Чубайс. Почему? Тут уж люди начинают сомневаться, и не без оснований.

* А что значит "равноправие всех форм собственности"? Не говоря о том, что это трудно увязать с самой идеей коммунизма, это и понять трудно. Что это означает в реальной практике? Что если государство дает дотацию своему предприятию, оно обязано дать такую же дотацию и частному? Но это же чушь. Государство перераспределяет ресурсы внутри всего своего сектора, чего частник не делает. Вообще, государство регулирует экономику, контролируя конфликт между секторами с разной формой собственности, исходя из социально-политической стратегии, а вовсе не из идеи "равноправия". Пришла Тэтчер и устроила приватизацию, вот тебе и все равноправие.

* В какой-то мере эти неувязки вызваны необъяснимым методологическим дефектом программных документов КПРФ - смешением идеалов (ориентиров, далекой цели, почти утопии) и реальных политических решений в конкретных исторических условиях. В идеале частная собственность и неразрывно связанная с ней эксплуатация человека не может же быть желанной для коммунистов. Но сегодня, когда существенная часть народа ее хочет и Запад, держа у нас когти на сонной артерии, щелкает зубами, коммунисты у власти вынуждены частную собственность признавать и охранять. Но ведь компромисс и идеал - вещи совершенно разные.

* Говорю, что этот дефект необъясним потому, что уже с 1990 г., когда начал нарастать кризис, специалисты предупреждали руководителей КПСС, а потом КПРФ: надо перейти на совершенно новый тип программных документов. Идеалы и все то, что партия считает желательным в принципе , должны быть четко отделены от того, что достижимо на обозримую перспективу, что приемлемо и что неприемлемо. В реальных условиях порой приходится делать вещи, внешне противоречащие идеалам - идти зигзагом, а не напролом. Но названы-то идеалы должны быть обязательно. И дело в складе мышления всех кадров, а не только руководства.

* В чем же корень этого смущения коммунистов, прежде всего, партийной интеллигенции? В том, что они в важнейших вопросах подпали под влияние, если выражаться вульгарно, буржуазной пропаганды. Были контужены в главной стратегической кампании холодной войны - создании искаженного образа советского проекта. Началось с того, что "КПРФ - партия Жукова и Гагарина". Стыдливо выбросив Ленина и Сталина, "сдали" и то, что они символизировали: Октябрь и индустриализацию. На этой траектории дошли до того, что Петр Романов стал идеализировать Столыпина. Приехали! О Столыпине и его культе в среде читающей "Огонек" интеллигенции надо говорить отдельно. Остановимся на индустриализации и советской промышленной политике.

* Бесполезно пытаться бочком-бочком обойти этот вопрос. Советский социализм, видимо, убит, причем злодейски. Последняя возможность мирно восстановить его основные черты утрачена с этими выборами. Еще один срок ельцинской команды у власти создаст слишком много "необратимостей". Может быть, в идейном плане выгоднее "наплевать и забыть"? Нет, если честно не выплатить долги убитому, его тень схватит нас за горло. Тем более это важно для КПРФ, ведь пока что единственный ее капитал - образ советского прошлого. За нее голосуют потому, что она - его наследник и душеприказчик. Она пока что питается наследством ВКП(б) и КПСС.

* В документах КПРФ и других движений дается такая схема: в 60-70-е годы плановая система показала свою неспособность ответить на вызов времени, оказалась менее эффективной, чем рыночная, и СССР проиграл состязание с развитыми капиталистическими странами. Разразился кризис, приведший к краху советского социализма. Предательство верхушки и т.д. - отягчающие болезнь обстоятельства. Но теперь, взяв все лучшее из советского проекта, мы пойдем к обновленному социализму, где будем жить богаче, чем в СССР.

* Некоторые авторы, например, Б.Курашвили, пишут даже более резко: "Вторая половина истории советского социализма была процессом нарастающего маразма... Послесталинское развитие, завершившееся бюрократическим маразмом социализма и его крахом" и т.п. То есть, в этом вопросе многие авторитетные коммунисты приняли, как очевидный факт, выводы, сделанные Горбачевым, Яковлевым и более мелкими "демократами". Отсюда - все последующие неувязки, туманности и даже невозможность критиковать противника: он же демонтировал то, что и так потерпело крах - хозяйство, которое было в маразме. Ах, сделали это слишком грубо, кого-то зашибло? Извините, не было опыта. Но ведь кто-то должен был сделать эту грязную работу. Разве это не логичное оправдание Гайдару?

* Сейчас, когда схлынул перестроечный угар и мы реально видим, что означает демонтаж "маразматического социализма", можно более разумно вернуться к вопросу.

* Я лично думаю, что надо честно сказать людям: так хорошо жить, как во время послесталинского советского социализма, большинство наших граждан не будет очень долго и, возможно, никогда. Советский социализм в целом был уникальной, чудесным образом достигнутой точкой во всем пространстве социально-экономических ситуаций. Сейчас даже трудно объяснить, как нас занесло в эту точку - настолько маловероятно в нее было попасть. Сегодня, видя, насколько слаб, податлив и греховен человек, как легко его соблазнить бусами и побрякушками, мы должны преклониться перед русским народом первой половины ХХ века. Он самоотверженно, на своих костях построил доброе, спокойное, экономное и щедрое общество. Хозяйство в нем было, в меру своего развития, необычайно, необъяснимо эффективным. Множество сил объединилось, чтобы нас с этой точки столкнуть, и это удалось. Сойдя, мы сразу оказались в глубокой трясине, и нас засасывает все глубже и глубже - по всем показателям, и материальным, и духовным. И даже нет гарантии, что мы вообще выберемся на какую-либо твердую кочку. Ничего же иного, подобного советскому укладу нам не светит. Возможно, для нас другой такой точки и нет.

* Это - мое утверждение, к которому я пришел от общего для нашей интеллигенции критического отношения вследствие интенсивного изучения, в течение девяти лет, множества фактических данных и их философского, экономического и даже богословского толкования - как в России, так и на Западе. Как ни странно, примерно тех же взглядов, что и я, придерживаются люди, которые ничего не читают - ни "Правды", ни "Московского комсомольца". Особенно люди из сел и малых городов России. Эти взгляды у них выработала обыденная трудовая, тяжелая жизнь.

* Прошу прощения за занудливость, но опять вопрос методологии. Ко многим левым идеологам я обращался с вопросом: по каким критериям вы обнаружили кризис, а тем более крах советского социализма? Мне отвечали даже с возмущением: да ты что, слепой, сам не видишь? Я честно признавал, что не вижу и прошу объяснить внятно, нормальным языком. Мне говорили: но ведь крах налицо, Запад нас победил. Да, но ведь это разные вещи. Бывает, что красавцу-парню, здоровяку, какой-то хилый сифилитик воткнет под лопатку нож, и парень падает замертво. Можно ли сказать: его организм потерпел крах, видимо, был в маразме? Сказать-то можно, но это будет глупость. Из этого еще не следует, что наш строй был здоровяком, но следует, что факт убийства ничего не говорит о здоровье убитого.

* Казалось бы, вопрос об эффективности советской экономики сейчас абсолютно ясен после того, как мы повидали в России экономику Гайдара-Черномырдина. Поначалу еще можно было подозревать их в каких-то злодейских замыслах, но сегодня-то видно, что лучше они в принципе сделать на могут. Дальше у них будет только хуже. Разрушение плановой системы, вопреки предсказаниям Аганбегяна, быстро и необратимо убивает науку и технологию. РФ утрачивает облик цивилизованной страны, а значит, понятие экономической эффективности вообще теряет смысл. Огромные массы людей уже просто заняты поиском пропитания - образно говоря, заняты собирательством съедобных кореньев.

* Можно утверждать, что ликвидация плановой системы в СССР, кем бы она ни была проведена, привела бы именно к этому результату - немного хуже, немного лучше в мелочах. Поэтому когда КПРФ говорит: "плохо провели реформы, не было стратегии", это не убеждает. Тем более, что при этом не говорится, в чем же главная ошибка этих реформаторов-костоправов, какую артерию они перерезали экономике страны (предположим даже, что ненароком).

* Что поражает (а людей педантичных даже возмущает) в документах КПРФ, так это упорное нежелание привести хотя бы простейший, обобщенный показатель эффективности экономики - темп роста валового национального продукта (ВНП). В конце концов, все остальное вытекает из этого показателя. Растет он - значит, растет материальное благосостояние, больше можно выделять средств на спорт, культуру, науку (духовные блага). А значит, растет и качество жизни и товаров. А у кого пышнее пироги или лучше видеомагнитофоны - это к эффективности экономической системы не имеет отношения абсолютно никакого. Это определяется конкретными климатически и исторически данными условиями. Ну можно же эту простую вещь усвоить и не поддакивать наивной даме Пияшевой.

* Когда Горбачев призвал сломать плановую систему, а Рыжков начал это делать на практике, наш ВНП прирастал на 3,5 процента в год. Тогда кричали: это же недопустимо мало, какой кризис! И мы, 280 миллионов идиотов, аплодировали. Кстати, уже в 1990 г. в докладе об экономическом положении СССР ЦРУ подтвердило эти данные. Никакого кризиса в СССР не было. А главное, до Горбачева намного быстрее, чем на Западе, росли капиталовложения - залог будущего надежного благополучия. Благодаря тем вложениям мы еще и сегодня не протянули ноги.

* Но дело не в этих процентах - они не отражают сути. Чтобы оценить эффективность, надо учесть изъятие ВНП - ту часть, которая теряется для воспроизводства хозяйственного организма. Иными словами, надо измерять прирост той части ВНП, которая возвращается в дело - в воссоздание и улучшение земли, заводов, человека. Той части, которая "работает". Главное ежегодное изъятие ВНП - расходы на оборону. И эффективность экономической системы определяется тем, каков ежегодный прирост ВНП, остающегося после этого изъятия.

* Эту простую вещь я давно прочел в книге видного американского экономиста, советника президента Картера - он рассуждал о непонятно высокой эффективности советской экономики и предлагал в пропаганде вопрос экономики обходить, а раздувать проблему прав человека. А недавно мне прислал свою работу с четкими и наглядными расчетами читатель из г. Долгопрудный Н.И.Павлов. Полезно было бы в КПРФ ее внимательно изучить (а может, даже в Давосе изложить). Здесь я использую лишь пару цифр из этой работы.

* Восстановив свое хозяйство после войны к 1951 г., СССР вышел на стабильный экономический режим вплоть до 1985 г. Эти 35 лет и возьмем для сравнения, хоть бы с США. Известно, что за эти годы ВНП США прирастал в среднем на 3,19 процента в год. Военные расходы составляли 5 процентов ВНП. Чтобы обеспечивать такой темп роста при данном уровне изъятия ВНП на военные нужды, оставляемая для хозяйства и потребления часть ВНП должна была прирастать на 8,62 процента в год. Вот реальный ежегодный рост экономики США за период 1951-1985 гг. (Этот показатель очень близок у двух других самых динамичных экономик Запада - ФРГ и Японии, где он составляет 8,71 и 8,57 процента. Видимо, это - потолок рыночной системы).

* В СССР за это время изъятие ВНП на оборону составляло в среднем около 15 процентов. Это значит, что даже если бы общий прирост ВНП был бы нулевым, для покрытия такого изъятия "хозяйство" СССР должно было бы расти на 17,7 процента в год. Это нетрудно видеть, составив простейшее уравнение: чтобы к концу года наверстать изъятие, остающиеся 85 процентов должны напрячься очень сильно.

* Реально же общий ВНП рос в СССР в темпе 5 процентов в год. Это значит, что прирост "хозяйства" поддерживался на уровне 23,5 процентов! Против 8,6 у США! Вот действительные возможности нашей плановой экономики. Где здесь следы кризиса и тем более маразма?

* Стыдно нам не видеть и того, что именно когда прирост ВНП "упал" до 3,5 процента ("застой"), а военные расходы из-за афганской войны выросли, по словам самого Горбачева, до 18 процентов ВНП, хозяйство вынуждено было прибавить оборотов. При таких военных расходах прирост в 3,5 процента достигается лишь при росте хозяйства на 25,5 процентов в год.

* Скажите, люди добрые, имею я право при наличии таких очевидных и общеизвестных данных потребовать у КПРФ объяснить, на каком основании она заявляет, будто плановая экономика завела хозяйство в тупик?

* ("Советская Россия". Август 1996 г.)

* Комментарий сентября 1996 г. Эта статья вызвала отклики, которые позволяют, по-моему, сделать печальные выводы.

* Упрощенный расчет реального темпа роста хозяйства СССР я привел не от хорошей жизни. Последние десять лет показали нечувствительность нашей читающей публики к качественным рассуждениям и преувеличенное, как у новообращенных дикарей, доверие к цифре. Это - огромный шаг назад от культуры рассуждения начала и даже середины века. Цифрой, даже самой нелепой и ложной, отключают способность человека мыслить, и это прекрасно учли наши противники. Скажет Солженицын: Сталин расстрелял сорок миллионов человек. Все: ах, долой советскую власть! Бред абсолютный - но поди разуверь, когда "есть количественные данные". Скажет Аганбегян: в колхозы нагнали в три раза больше тракторов, чем нужно - и все аплодируют ликвидации тракторной промышленности. Что же делать в этом положении? Приходится использовать цифру, стараясь объяснить ее истинный смысл.

* В связи со статьей открылась грустная вещь. Ко мне подошло несколько знакомых с высшим образованием и спрашивают: о каком ты там уравнении писал? Как его составить? И почему, даже если общий валовой продукт не увеличивается, "хозяйство" все равно должно расти? Грустно, потому что это - задача для пятого класса, а люди не могут к ней подойти, отучились думать. Смотрите: на 1 января мы имеем сумму ресурсов, равную ВНП. Из них мы сразу изымаем 15 проц. на оборону, остается 0,85 ВНП. Каков должен быть коэфициент роста х , чтобы к 31 декабря мы опять имели ту же сумму ресурсов ВНП? Составляем уравнение: 0,85 ВНП х = ВНП; х = 1 : 0,85 = 1,18. Значит, хозяйство должно вырасти на 18 проц. - потому что каждый год мы его "сбрасываем" вниз изъятием большой доли ресурсов на оборону. Приходится быстро бежать, только чтобы оставаться на месте. При советской системе, разоружись мы так, как сейчас, мы бы за пять лет превратили всю страну в город-сад.

* Но главное - утрата чувства "качественного" и поворот к простой цифре. Стремление сравнивать валовые, обобщенные показатели без учета принципиальной разницы их составляющих ведет к невозможности увидеть качественную несоизмеримость объектов и явлений. И тогда даже не надо быть Аганбегяном - и правдивая цифра лжет. Вот, мы сравниваем экономическую гонку без учета нагрузки оборонных расходов. СССР начал отставать на одном круге - значит, ломай всю его хозяйственную систему. Если же мы учтем нагрузку, то увидим как бы трех бегунов в несравнимых условиях: один (скажем, ФРГ или Япония) в легких тапочках, другой (США) в кроссовках, а СССР - в валенках, а поверх них кандалы. И если бегун в кандалах целую эпоху опережал своих соперников, значит, его сердце и мускулы работают великолепно. Это я и старался показать расчетом - цифрой, которая лжет меньше, чем просто показатель "секундомера".

* Разумеется, было бы глупо утверждать, что бежать в кандалах и валенках хорошо. Почему мы в них бежали - совсем другой вопрос. Но когда Горбачев пообещал снять с нас вериги, нельзя было быть такими легковерными. Качественно, а если умно подойти, то и по некоторым цифрам было видно, что уже с начала 80-х годов "бригада перестройки" начала, под видом перепиливания кандалов, подрезать нам сухожилия. А уж после 1985 г. "друзья" навалились всей оравой, схватили за руки, зажали глотку и, целуя нас и лаская, просто зарезали.

* Но вернемся к тому, как искажается наше сознание, когда мы оперируем валовыми цифрами, не учитывая "изъятия". (Кстати, помню, в 70-е годы эту проблему поднимали французские экономисты. Они говорили, что нельзя сравнивать показатели разных стран - делить их друг на друга - прежде чем из них будут вычтены некоторые "неделимости". Но мировые аганбегяны на этих авторов, видно, прикрикнули, и эта идея заглохла).

* Кажется, простая вещь - мощность двигателя. Из физики знаем: это работа, произведенная в единицу времени. А на деле ничего эта величина не говорит, если мы не знаем, какую часть мощности двигатель вынужден тратить на себя - чтобы двигать себя самое, поршни, шестерни. Поэтому вводят иной показатель - мощность "на валу", то есть выданная двигателем для полезной работы (движения колес, винта и т.д.). Обычно мы этой проблемы не замечаем, т.к. сравниваем двигатели одного типа да и одного поколения: у "жигулей" 70 л.с., а у "вольво" 200 - ух ты! А если разные двигатели, то без учета "неделимости" никак не обойтись. До паровой машины Уатта было уже два поколения машин. Вторая, машина Ньюкомена, уже использовалась довольно широко, но почти всю мощность тратила сама на себя. Уатт произвел техническую революцию, потому что его машина при той же мощности давала "на вал" гораздо больше. Эти машины были несоизмеримы в этом отношении.

* Возьмем простой пример из нашей жизни - уравниловку, которой нам в перестройку все мозги продолбили. Типичная жалоба инженера-демократа: "Бедный я, бедный. Получаю всего вдвое больше, чем неграмотная уборщица баба Маня. Когда кончится эта проклятая уравниловка!". Спросишь: а насколько же тебе надо больше? "Ну хоть втрое, как в Штатах". Да, у нас инженер получал 100 руб., а баба Маня 50 (округленно, условно). А "за бугром" их баба Мэри - 100 пиастров, а сэр инженер 300. Где же больше уравниловка? Инженер уверен, что у нас. А на деле из этих цифр без выявления "неделимостей" вообще ничего сказать нельзя. Вот одна "неделимость" - та "витальная корзина", тот физиологический минимум, который объективно необходим человеку в данном обществе, чтобы выжить и сохранить свой облик человека. Это - тот ноль, выше которого только и начинается благосостояние, а на уровне нуля есть лишь состояние, без "блага". И сравнивать доходы инженера и бабы Мани нужно после вычитания этой "неделимости".

* Что же получается при таком расчете? Эта "неделимость" составляла в СССР около 40 руб. И благосостояние бабы Мани было 10 руб в месяц, а у инженера 100 - 40 = 60 руб, т.е. в шесть раз больше, чем у уборщицы. "За бугром" благосостояние уборщицы при физиологическом минимуме в 40 пиастров поднималось до 60 пиастров, а у инженера - до 260. Это в 4,3 раза больше. То есть, несмотря на больший разрыв в валовом доходе, распределение благосостояния было "за бугром" более уравнительным. (Кстати, суть нашей уравниловки вообще была в ином - в том, что каждый с гарантией имел скромный минимум).

* Вот общий закон: если в сравниваемых величинах скрыты "неделимости", то при приближении одной из величин к размеру этой "неделимости" валовой показатель лжет совершенно неприемлемо. Если бы баба Маня у нас получала всего 41 руб, а инженер 100, то его благосостояние было бы уже в 60 раз выше, чем у нее. Вот тебе и уравниловка. В перестройке, да и сейчас, идеологическая машина реформаторов сознательно пичкает нас лживыми показателями, и большинство людей им верит, а оппозиция даже поддакивает.

* Вот, стали широко использовать изобретенный в США "децильный показатель": соотношение доходов самых богатых 10 процентов населения к доходам самой бедной десятой доли. В США он составляет 6, а в России якобы уже 10. "Демократы" льют крокодиловы слезы: ах, как обеднели русские мужички! Оппозиция негодует: ввергли в бедность русский народ! И вроде все мы должны признать это соотношение как факт. Но ведь это - ложь, ибо у нас большинство населения вплотную подошло к нулю - физиологическому минимуму (а значительная часть населения опустилась ниже и быстро теряет здоровье).

* Учтите "неделимость" - этот самый физиологический минимум, и вы увидите, что децильный показатель, лживый и для США (но не так безбожно), в ельцинской России совершенно непригоден. Как реально обстоит дело?

* Разберем простой случай. Я остановился на шоссе спросить у старухи нужный поворот, а она мне говорит: "Сынок, купи, пожалуйста, яблоки. Кровопийцы пенсию не выплачивают, и я уже неделю хлеба купить не могу". Пенсия, которую положили этой труженице кровопийцы, поддержанные цветом русской интеллигенции, даже не покрывает официально объявленный физиологический минимум - 300 тыс. руб. в месяц. Допустим, продажей яблок она до этого минимума дотягивает. Купив из пяти тысяч руб., отданных мною за ведро яблок, хлеба и соли, она, возможно, выкроила себе что-то на "благосостояние", на каприз. Например, поставить свечку в церкви и помолиться за здоровье Ельцина ("Он обещал пенсию выплатить, да видишь, заболел, а тут Чубайс и уселся на его место"). Так и примем: сверх "неделимости" она имеет 1 тыс. руб. (предположим даже, что пенсию платят во-время).

* Рядом с домом пенсионерки - бывший сельмаг, при дележе собственности "приватизированный" инструктором РК ВЛКСМ. Он и сидит там, в изобилии брынцаловской водки и импортных продуктов. Это - мелкая сошка, с доходом 10 млн. руб. в месяц. Каков же децильный показатель при сравнении этих двух типичных, вовсе не крайних, фигур демократических реформ?

* Формально, делим 10 млн. на 300 тыс. пенсии, получаем, округленно, 33. Ах, какие болезненные реформы! А в действительности надо делить то, что остается у обоих за вычетом "неделимости". Делим 10 млн. минус 300 тыс. на ту тысячу, что зашибла предприимчивая старуха на своем яблочном бизнесе. "Реальный децильный показатель" равен 9 700. Девять тысяч семьсот, а не 33! А если бы яблони померзли, и избытка над "неделимостью" у пенсионерки не было, то этот показатель был бы равен бесконечности. На деле, в России возникла несоизмеримость между частями общества - социальная аномалия, которая по сути своей преступна и добром кончиться в принципе не может. И те, кто использует лживый цифровой показатель - будь то прислужник кровопийц или сам Анпилов, маскируют эту аномалию.

* Быть может, кто-то мне напишет, что и эти расчеты - упрощенные и примитивные. Упрощенные - да, но не примитивные. Суть как раз в том, что выявление неоднородности величин, их структуры сразу показывает качественные различия и затрудняет обман. А вот если сделать эти расчеты не для газеты, не такие упрощенные, то реальность оказывается еще более страшной. Но давайте сделаем хотя бы упрощенный шаг и оторвемся в нашем мышлении от аганбегянов с буничами.

*


70 лет искривлений

* В книге Б.П.Курашвили "Историческая логика сталинизма" дана трактовка советской истории. Под ней - прекрасно выполненное, новаторское изложение фактов и событий. Но я здесь хочу сказать именно о трактовке - в логике истмата. Эта логика задана убеждением, что существуют "объективные законы общественного развития". И эти законы благодатны, "стрела времени" летит к лучшему, прогресс неумолим. Это - символ веры современного общества. Ее проповедовал Маркс, ее подтвердил Эйнштейн: "Бог не играет в кости" и "Бог не злонамерен".

* Согласно этой вере, все, что соответствует закону, хорошо, а все, что не укладывается - это искривление, от этого все беды. Так видится Б.П.Курашвили и советская история. Революция произошла "не вполне по объективным законам" - страна была крестьянская. Но что же это за закон, если все пролетарские революции происходят не в странах с развитым пролетариатом, а в крестьянских (Россия, Китай, Вьетнам, Куба)? Не только вся рота идет не в ногу, но даже ни одного прапорщика нет, что шел бы в ногу.

* Наломали из-за неполного соответствия дров на первом этапе, а затем "в закономерное течение революционного процесса мощно вмешался внешний фактор. Общество было искусственно возвращено в подобие первой фазы революции, ибо других способов форсированного развития не было видно... Сложилась теоретически аномальная, противоестественная, но исторически оказавшаяся неизбежной модель нового общественного строя - авторитарно-мобилизационный социализм с тоталитарными извращениями". Это - формула сталинизма у Курашвили. С ее обоснованием я не согласен.

* Как может быть противоестественным то, что исторически оказалось неизбежным? Кому все-таки надо верить: кабинетным умам, сделавшим 150 лет назад неверную теоретическую догадку, или реальной жизни? Почему внешний фактор, тем более мощный, представлен досадной помехой "закономерному течению"? Выходит, "правильный закон" не учитывает внешние факторы? Но тогда цена ему грош. Почему выбор пути индустриализации, который единственный давал возможность спасения, назван "искусственным"? Любое решение, как плод переработки информации и выбора, есть нечто искусственное, а не природное. Значит, здесь это слово несет отрицательный смысл и означает, что Сталин своим выбором нарушил "объективный закон". Что же это за закон такой, который нам предписывает гибель? Чуть от гибели уклонился - нарушитель.

* Что же до послесталинского периода, тут оценка Б.П.Курашвили уничтожающая: "Авторитарно-бюрократический социализм - это незакономерное, исторически случайное, "приблудное" дитя советского общества. Тягчайший грех этой уродливой модели..." и т.д. Ну как же можно было не убить этого ублюдка - вот на какую мысль наталкивает эта оценка читателя.

* Вернемся к началу. Военный коммунизм - это "авторитарно-утопический социализм. В целом, увы, несостоятельный". Как же так? Это полностью переворачивает наше знание. Смысл военного коммунизма - насильственное изъятие излишков хлеба у крестьян и его уравнительное, внерыночное распределение среди горожан для спасения их от голодной смерти. Всем - жестокий минимум, а Тимирязеву - дополнительную селедку и три полена дров. Что здесь утопического? Это любовь и жестокость матери, которая делит кусок хлеба так, чтобы никто из способных выжить детей не умер - а безнадежному вообще не дает, только целует. Почему же он "увы, несостоятельный"? На каких весах взвешен смысл спасения миллионов горожан и похлебки для Красной армии? А в войну карточная система - тоже "увы, несостоятельна"?

* НЭП - "запоздало гениальный". Здесь упрек: запоздали, копуши, на пару месяцев. А я думаю, надо поражаться скорости и гибкости ответа на изменение положения. Посмотрите сегодня: со всеми их компьютерами и экспертами годами не способны ни понять, ни изменить курс событий - ни правящий режим, ни оппозиция. А ведь и НЭП, и ГОЭЛРО разрабатывали в условиях тотальной войны, не освежаясь в Дагомысе и Давосе.

* Особое место в этой схеме истории занимает проблема кровопролития. Истмат дает простой ответ: "революция - грандиозное кровопускание, которое классово-антагонистическое общество... учиняет над собой ради перехода на очередную ступень развития". Мне кажется, реальная история никак этого не подтверждает, даже напротив. Вспомним все кровопролития, связанные с революциями. Не будем вдаваться в Инквизицию и Реформацию. Они прямо относятся к делу, но нам мало известны. Вот Кромвель: из-за какого классового антагонизма его "железнобокие" пуритане пускали кровь в Англии и Ирландии? Вот террор якобинцев. Разве он вызван антагонизмом между буржуазией и аристократией, буржуазией и крестьянством? Ведь классы-антагонисты лишь буржуазия и пролетариат, но их-то конфликт никогда не приводил к большой крови. А Китай? Кровь в основном пускали друг другу два крыла революции - Гоминдан и коммунисты. Оба, разойдясь, обеспечили, по-разному, очень быстрое социальное и экономическое развитие. Какая здесь "очередная стадия"? Вся концепция гражданской войны, которую дает истмат, на мой взгляд, неверна в принципе и никогда не была подтверждена. Совершенно не подходит она и к России - вспомним хоть "Тихий Дон", хоть "Россию, кровью умытую" Артема Веселого.

* Не место здесь развивать мои взгляды, скажу лишь, что гражданская война всегда связана с кризисом модернизации. Это - столкновение, спровоцированное агрессией гражданского общества в традиционное. Причем воевать-то могут и две реставрационные силы традиционного общества, а "провокатор" ускользает - как это и произошло в России . Но этого через очки истмата не видно.

* Вообще, в истмате стремление дать "объективную" трактовку истории обращается просто в добавление ложечки дегтя всюду, где раньше был один мед. Но это - не переход на новый уровень понимания, а просто уступка "веяниям", которая симметрична славословию. Отсечение "не-истматовского" знания искажает оценки даже простых явлений. Вот, по словам Б.П.Курашвили, в революции "энергия возмущения была роковой, демонической силой". Но почему же демонической, если "в белом венчике из роз впереди - Исус Христос"? Может быть, силой карающей, но праведной? В рамках истмата просто чуть отступил - и уже как бы стал объективным.

* Между тем, ответ дали и мыслители-художники, и антропологи. Речь идет о мщении за обиды. Потому так потрясли Толстого "столыпинские галстуки", что он ясно видел: это - семена громадного насилия, ибо без мести крестьян такое пройти не может. Столыпинские казни - зло против Бога, и проповедью ненасилия ответа не предотвратить.

* Потом антропологи изучали смысл мести в самых разных культурах. Оказалось, что в той или иной (хотя бы символической) форме месть необходима для сохранения общества. Месть "уничтожает преступление", успокаивает душу убитого и смывает вину убийцы. Потому-то вплоть до возникновения гражданского общества не существовало преступности как социального явления. Каждый разбойник лично восставал против Бога - проливал кровь того, кто был создан по его образу и подобию. И бросал вызов монарху - проливал кровь его подданного, его любимого сына. И монарх от своего имени и имени Бога мстил пойманному разбойнику. Его пытали, колесовали - а в конце казни целовали в уста.

* В буржуазном обществе преступник лишь преступал право и наносил ущерб гражданскому обществу. Наказание нового типа (тюрьма) было бесстрастным, и его единственным смыслом было предупреждение новых преступлений. Никакой мести! Известна формула: если бы после преступления предполагалось исчезновение общества, преступление было бы ненаказуемым. Но у нас-то другое дело. Наша революция была движением глубоко религиозным, ее "зеркалом" был Лев Толстой. Как можно понять сталинизм и 37-й год, если даже месть крестьян за крепостничество считать "демонической"? И как можно предвидеть будущее?

* Если принять, что есть "объективные законы", то историческое исследование сводится просто к расставлению новых оценок, когда в общественном мнении в закон вводятся поправки. Вот, диктатура пролетариата 1917-1920 гг. была бы хороша, но "увы, пренебрегала демократическими процедурами, правами человека". Как это "увы", если в этом - суть любой диктатуры? Нельзя же "губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича", как мечтала одна невеста. Сам же Б.П.Курашвили признает: "Тогда иное было практически невозможно". Но если так, то именно о наивных попытках соблюсти права человека следовало бы сказать "увы".

* Вера в какие-то "закономерные нормы" и лимиты создает иллюзию простоты различения объективно необходимого и избыточного (последнее объявляется плодом волюнтаризма, тоталитаризма, пороков и т.п.). Вот, бедствия гражданской войны Б.П.Курашвили объясняет, в частности, "чрезмерностью и неразумной разрушительностью натиска революционных сил". Даже если так, это вряд ли можно считать объяснением, ибо вопрос в том, чем вызвана "чрезмерность и неразумность", какова их природа. Но важны и сами понятия.

* Какие основания говорить о чрезмерности ? Во время противостояния обе стороны находились на пределе сил, и ни на какую чрезмерность просто не было ресурсов. Потому-то и было много жертв - сил хватало только на то, чтобы нажать на спусковой крючок. Когда Шкуро был под Тулой, красные и белые были как два дистрофика: ни один не имеет сил защититься, но противник не может и ударить. Так же, как немцы стояли под Москвой в декабре 1941-го: на некоторых направлениях между ними и Кремлем не было ни одного боеспособного батальона, а сделать шаг у них не было сил.

* Вообще, говорить о мерах и чрезмерностях тотальной войны из благополучного далека - рискованное дело. Это все равно, что на сытый желудок рассуждать, стал бы ты есть человечье мясо, доведись до смертельного голода. Вопрос некорректный и запретный.

* Ко мне на одной встрече с читателями подошел молодой человек и поделился тяжелыми мыслями. А с ним поделился его дед, они его мучили. Он был командир красных партизан в Сибири. Судьба им улыбнулась, и они сумели врасплох захватить в плен отряд белых офицеров, который их преследовал. Партизаны, оголодавшие и без боеприпасов, не могли гнать их с собой через тайгу. Отпустить - через несколько часов эти же офицеры их уничтожат. И офицеров утопили в Байкале. Это - крайний случай "чрезмерности и неразумности", но не деда-партизана, а самой социальной технологии, каковой является гражданская война. Затолкали Россию в этот коридор - глотайте.

* В том же ключе и оценка всего советского социализма (после ликвидации многоукладности): "Да, социализм был примитивным, недемократичным, негуманным, общественная собственность приобрела форму государственно-бюрократической". Исходя из каких "объективных нормативов" даны эти оценки? Как мог примитивный проект породить Стаханова, Королева и Жукова? По каким меркам определена "негуманность"? Ведь нет же гуманности внеисторической. Гуманизм христианства на Западе был "снят" Реформацией, гуманизм Просвещения - империализмом, обесценившим человеческую жизнь. Россия, сопротивляясь, испытывала вестернизацию и в этом смысле. Но послевоенный советский период был именно периодом нового гуманизма, отрывом от Запада. Что, конкретно, надо было сделать, чтобы советскому строю заслужить оценку "гуманный"? Выпустить из тюрем всех преступников?

* "Неуд" поставлен советскому строю фактически по всем критериям: "Вторая половина истории советского социализма была процессом нарастающего маразма". Иными словами, смерть его была закономерна: маразм - состояние, вывести из которого медицина бессильна. Вот обоснование: "В 50-е годы страна... ликвидировала атомную монополию и военную недосягаемость США, обеспечила тем самым безопасность СССР и социалистической системы. Значит, авторитарно-мобилизационная модель социализма полностью исчерпала себя, утратила историческое оправдание. Но по инерции продолжала существовать. Необходимость ее глубокого преобразования, всесторонней демократизации общественной жизни упорно не осознавалась политическим руководством".

* Не могу согласиться. Холодная война была именно войной на уничтожение и, как показала реальность, безопасность СССР вовсе еще не была обеспечена. В этих условиях проблема глубокой перестройки всей модели жизнеустройства настолько сложна, что даже сегодня никто не берется сказать, как бы это надо было сделать. Хрущев сделал шаг - явно навредил в большой степени. Косыгин начал реформы в экономике - сразу обнаружились опасности. Пришел Горбачев - угробил социализм. И в то же время никак нельзя сказать, что система не менялась. Менялась, и очень быстро. И именно в сторону "демобилизации" и демократизации - сравните, скажем, 1948 г. и 1978. Проблема как раз в том, что никаких ориентиров для надежной и безопасной демократизации нашего "мобилизационного социализма" истмат не дал и дать не мог.

* СССР был сложнейшим и хрупким идеократическим обществом - одним из видов традиционного общества. Брежнев и Суслов не знали, как его "демократизовать", и это не удивительно. К их чести надо сказать, что они хотя бы понимали опасность и действовали очень осторожно. Они не верили истмату, для которого общество - разновидность машины, и в ней легко заменять целые блоки и агрегаты, надо только знать два-три "закона". "Материалист", хотя бы и исторический, поостережется даже разобрать телевизор, если не знает его устройства, а общество перестраивать - эка невидаль.

* Истмат, выставив "неправильному" советскому строю те плохие оценки, которые подытожил Б.П.Курашвили, идейно подготовил перестройку, оправдал уничтожение "приблудного дитяти". Сегодня мы пожинаем первые плоды.

* Давая свое понимание сталинизма, Б.П.Курашвили стремится непредвзято определить его роль в истории, его причины и степень неизбежности, его заслуги перед народом и травмы, которые он нанес. Автор тщательно вычистил из книги конъюнктурный антисталинизм. Он, однако, явно опасается обвинений в сталинизме и открещивается от того, что обозначил как "вульгарный сталинизм". Жаль, что он не раскрыл смысла этого ярлыка, потому что это обвинение очень распространенное, широкое и неопределимое - одно из важнейших в общественной мысли как в России, так и на Западе, особенно в среде левых.

* Мне-то кажется, что это обвинение - идеологическая пустышка, вроде "русского фашизма" и антисемитизма. Чаще всего "вульгарные сталинисты" думают так же, как Б.П.Курашвили, но, вынужденные идти против течения не в академической среде, а "на улице", они просто вызывающе заостряют, огрубляют свои формулировки.

* Толкование фактов, данное Б.П.Курашвили в свете истмата, логично. Именно в самой логике у меня с ним расхождения. Мы как бы видим одну и ту же историю в разном свете. И сталинизм - жгучий, прокаленный предмет истории - позволяет яснее понять, в чем же различие разных подходов. Различие, из-за которого столько копий ломается в среде оппозиции, столько непонимания и даже вражды возникает. Покажу расхождение на ряде "точек".

* Истмат, предполагая существование неких "правильных" этапов развития, формаций, законов и соответствий, незаметно загоняет историка в евроцентризм . Запад подсознательно воспринимается почти как условность, как воображаемая Атлантида, где сбылись законы истмата. Все остальное (Восток) - более или менее "неправильно" и даже вряд ли имеет самостоятельную, не соотнесенную с Западом ценность.

* Читаем: "Рождение социализма в России было в известном смысле одним из исторических зигзагов... Причем, бывает, зигзаги органично включаются в исторический процесс, получают свое оправдание в его широком контексте. Советский социализм стал решающей силой коалиции, сокрушившей фашизм и тем предотвратившей мрачный перелом в развитии человеческой цивилизации. Таким оказался высший смысл советского социализма". Здесь советский проект видится не как шаг в траектории России-цивилизации, он - зигзаг относительно "линейки Запада", и его "оправдание", его "высший смысл" выводится не из судьбы России, а из полезности для Запада (спас его от фашизма).

* Именно в "неправильности" революции в России видит автор корни сталинизма: "Главные корни уходят в фундаментальные особенности Октября и мирового развития в первой половине ХХ века. Социалистическая революция в капиталистически недостаточно развитой стране была отягощена первородным грехом волюнтаризма". С таким видением "корней" сталинизма я не могу согласиться - они гораздо глубже. Продуктом ближнего предреволюционного времени я бы назвал именно "ленинскую гвардию" - модернизаторов России, отщепившихся от ее цивилизационного "тела". "Европейски образованные", они были, по выражению Горького, "мужикоборцами", не знавшими крестьянской России, чуждыми ей и даже враждебными. Совершенно иное дело - Сталин и "почвенные" большевики. Они представляли собой особое и глубинное течение в большевизме, порожденное буквально всей историей России. В сталинизме дышит именно тысячелетняя история, с космическим чувством Евразии, с имперским инстинктом Чингис-хана, со шрамами от хазар и тевтонов, с интригами Смуты, с Иваном Грозным и Петром, с Кутузовым и Скобелевым.

* Все это как будто сжалось в три десятилетия, но это ни в коем случае не продукт этих коротких лет. А как отбросить духовную семинарию? Я думаю, роль этой подготовки Сталина еще совершенно не оценена. Б.П.Курашвили вскользь отмечает наличие у Сталина апокалиптического чувства и связывает это с изучением Евангелия. Думаю, Евангелие лишь оформило это чувство, вытекающее из мессианского восприятия времени у крестьянства. Но еще более важно, по-моему, глубокое проникновение в Ветхий Завет, которое просвечивает в политической практике Сталина. Он как будто насквозь видел своих противников - все их маневры описаны в Пятикнижии.

* Вот мой главный тезис. Россия была цивилизацией, сохранившей основные черты т.н. традиционного общества, которое пережило все бури нескольких волн модернизации. Сталинизм явился выразителем огромной внутренней энергии этого общества. Причина необычной силы и успехов Сталина как руководителя в том, что он глубоко понимал и чувствовал сущность и мощь традиционного общества России - и дал им возможность претвориться в жизнь. Вместо того, чтобы подавлять и искоренять их, как поступали западники и до, и после него.

* Но этого мало. Цивилизации, "атакуемые Западом", нередко порождают мощные охранительные движения и великих людей. Назову хоть такие разные явления, как Инквизиция и иезуиты в Испании, Лев Толстой и анархизм в России. Иное дело люди, которые, воплощая чувство принимающей удар цивилизации, понимают, что сохранить себя она может только через прорыв. Только обнявшись с врагом, хотя бы и в рукопашной схватке - так, чтобы перетекла в тебя его сила. Это - смертельный риск и требует огромного напряжения сил. До недавнего времени история знала два успешных прорыва такого рода: революция Мэйдзи в Японии и сталинизм. (Китай - иное дело, он может "впускать" Запад большими порциями, он защищен людской и временной несоизмеримостью, его не переварить).

* Японии было легче: почти целый век она "высасывала" Запад в мирных объятьях, а после войны - как "побежденный друг", союзник против России. Сталинизм - это проект ускоренной модернизации разрушенной страны в условиях милитаризации и войны. То, что этот проект в целом был выполнен, с точки зрения "нормальных" законов невероятно. Только соотнося условия, цель и результат, можно оценивать все частные свойства сталинизма.

* Б.П.Курашвили выводит природу сталинизма ("мобилизационный социализм") из жестких условий войны (подготовка - сама война - восстановление). Я же считаю, что это - лишь фон, внешние условия, в которых выявилась природа сталинизма. А природа эта задана - как задается набором генов вырастающий в конкретных внешних условиях организм - генетической матрицей российской цивилизации, которая сложилась к XV-XVI веку. Корни же еще глубже. Сталинизм порожден типом человека (и типом общества), который сформировался в Евразии за 2 тысячи лет, в том числе и всеми прошумевшими здесь войнами. Этот тип четко выявлен и описан уже Марко Поло в XIII веке ("неторговый народ").

* Так по-разному видя природу, корни сталинизма, мы по-разному видим и его частные проявления. Б.П.Курашвили пишет о культе Сталина: "Культ первого руководителя - это средство управления. Да, "всего лишь" средство управления, притом довольно сильное, а временами решающее". То есть, культ Сталина представлен как чисто инструментальное средство, как бы "сконструированное" хитрым Сталиным и "принятое" доверчивым народом из-за его низкого культурного уровня. На мой взгляд, это неверно.

* Культ Сталина невозможно было ни сконструировать, ни навязать. Его можно было понять и использовать как драгоценную жертву - а можно было испоганить и прожрать. Сталин был в основном на высоте, но даже не это главное, речь о самом явлении. Культ был порождением глубокого религиозного чувства, которое всегда было присуще нашей цивилизации (что прямо не связано с конфессиями). Это чувство - один из цементов, соединявших людей в народ через создание авторитетов, символов. Обычно уже в виде предания (как в фигуре Петра Великого). Но в моменты особого напряжения, при ощущении войны это чувство "работало" в режиме реального времени в виде "культа командира" - и оно буквально создавало этого командира, обязывало его соответствовать. В культе Сталина, как и Жукова, невозможно различить причину и следствие - самого командира и его культ. Разве это - всего лишь средство управления? Это все равно, что считать средством управления религию.

* Взрыв энергии традиционного общества, вызванный революцией, сталинизм направил в русло развития, модернизации, прорыва - а мог уйти в махновщину. Но этот взрыв не мог быть лишь благостным, надеяться на это - детские иллюзии. Фанатизм и репрессии, самоистязание общества - оборотная сторона медали. Б.П.Курашвили с большим тактом говорит об "инструментальной стороне" репрессий, об их неотвратимости в том коридоре, по которому пошел весь проект, но сожалеет, что при этом возникла "сталинщина" - чрезмерность репрессий. Но в этом деле меру установить невозможно. Трагедией, волны которой мы переживаем и будем переживать еще неоднократно, было само это явление в целом. Если джинн выпущен из бутылки, трудно назвать "позволительное" число сшибленных голов. Лучше бы нам сегодня не меру искать, а природу явлений выяснять.

* Б.П.Курашвили пишет, что фоном репрессий был "элемент массового психоза, патологического психоза". Но это - просто негодование из гражданского общества. То, что для него патология, для общества религиозного есть "страстное состояние", особый тип экстаза. Это и было одним из актов сталинизма, и отказаться от него, назвав "сталинщиной", невозможно. Такие стадии мы наблюдаем во всех мощных религиозных движениях. Вот, близкое по времени и самое рациональное - протестантизм, который по сути был новой религией, давшей основу современной западной цивилизации. Экстаз на заре этой религии вылился в сожжение в Западной Европе одного миллиона "ведьм". Можно это назвать "протестантщиной" и осудить как искажение, деформацию, преступление?

* Неплодотворно "закрывать" вопрос - одни стороны сталинизма оправдывая, другие клеймя. Главное - не промотать жертвенную кровь, пролитую во спасение многих и многих поколений России. Наша историческая беда и вина в том, что кровь, уже пролитая, не была уважена и перестала служить скрепляющим общество символом. Она была именно опошлена политиканством - сначала Хрущева, потом перестройки, всеми ее Разгонами и "Мемориалами". Поэтому, кстати, и замаячила некоторая опасность повторения.

* Я понимаю, что все это звучит странно для уха, привыкшего к истмату. Хотя главные черты современного (гражданского) и традиционного общества хорошо изучены, и я говорю прописные истины. Б.П.Курашвили исходит из веры в существование "правильных" норм. Он говорит, например: "смертная казнь в принципе недопустима", как будто двадцать тысяч лет люди были глупцами и просто не имели этого "верного понимания". Это очень затрудняет трактовку многих явлений сталинизма - приходится изощряться, додумывать за Сталина, спускаться в его подсознание. Я как-то писал о том, что депортация чеченцев в 1944 г. как тип солидарного наказания целого народа соответствовала мышлению и культуре того времени и места, а потому на уровне народа была более бережной репрессией, нежели демократический расстрел всех виновных индивидуумов (при этом спор шел не о вине или невиновности чеченцев, а именно лишь о типе репрессий). Б.П.Курашвили замечает, что эти соображения разумны, но они означают, что "Сталин возрождал дух варварства". То есть, опять - оценка из гражданского общества. Да, все, кто не Запад - варвары. Они уже перестали обижаться на это ругательство, но ругательства не прибавляют понимания.

* Я думаю, что главная трагедия России, поднявшейся через сталинизм, была не столько в тех жертвах, которые повлек этот способ сплочения (хотя, повторяю, эти жертвы - трагедия), а в том, что из него очень трудно выйти. По самой своей природе сталинизм не указывает механизма "демобилизации". Сам Сталин об этом думал, в этом смысл его работ о языкознании и об экономических проблемах социализма. Но даже прямо поставить вопросы было в рамках сталинизма невозможно. Хрущев, не будучи на высоте задачи, не обладая мудростью, начал просто рвать, ломать всю конструкцию сталинизма. Но, учитывая сложность проблемы, я не могу согласиться с Б.П.Курашвили, который пишет: "Послесталинское развитие, завершившееся бюрократическим маразмом социализма и его крахом, не было закономерным, было исторически случайным". В том коридоре, который выбрала верхушка КПСС после смерти Сталина, наш печальный результат становился год от году вероятнее. Демобилизация сталинизма шла быстро, но при этом неизбежно временно ослабевала система, и в нужный момент нам нанесли удар. Но оба слова - и "закономерный", и "случайный" к этому результату, по-моему, неприложимы.

* Насколько сложна проблема выхода из проекта, подобного сталинизму, показывает и опыт Китая, где из маоизма пришлось выходить через искусственное создание хаоса - культурную революцию. Но этот катастрофический переход успел начать сам Мао Цзедун. А продолжил Дэн Сяо Пин, оба патриоты с державным мышлением. У нас же хунвэйбинов организовали Горбачев и Ельцин - чтобы те под видом бюрократической надстройки ломали основание державы.

* Очень важна сегодня для всего мирового левого движения и особенно для нашей оппозиции проблема "сталинизм и троцкизм". Ей посвящен большой раздел книги. Главные выводы я не разделяю, хотя в рамках истмата они, видимо, логичны.

* Б.П.Курашвили не обнаруживает между сталинизмом и троцкизмом пропасти в главных, сущностных установках. Он видит, скорее, количественные различия. "Троцкизм - леворадикальное, временами ультралевое, экстремистское течение в коммунистическом движении; сталинизм - левоумеренное, лишь временами леворадикальное течение... В значительно большей степени, чем сталинизм, троцкизм подменяет теорию догматическим теоретизированием" и т.д. Думаю, дело совершенно не в этом. Между Сталиным и Троцким не просто пропасть, а конфликт абсолютно непримиримый, хотя в чем-то и могут быть похожи "технологии". Сталин от Троцкого дальше, чем от Корнилова, и это очень хорошо понимают троцкисты. В чем же пропасть?

* Если Сталин, на мой взгляд, есть воплощение духа традиционного общества России, преодолевшего, с жертвами и потерями, все подводные камни марксизма, то Троцкий есть гений евроцентризма. Идеал Сталина - воссоздание Российской Империи в облике СССР как крепости нашей цивилизации ("строительство социализма в одной стране"). Идеал Троцкого - революция мирового пролетариата, один из вариантов "Нового мирового порядка", с непременным разрушением нашей цивилизации. Для Сталина Россия самоценна, для Троцкого - лишь плацдарм революции, горючий материал, сгораемая ступень ракеты. Переключение на "строительство России", отказ от предоставления ее как материала для мировой революции совершенно правильно рассматривалось Троцким как измена, как "сталинский термидор".

* Скажу кстати, что сравнения русской революции с Великой французской, к которым так охотно прибегал Троцкий, а теперь Б.П.Курашвили и другие авторы, сильно хромают. А часто и порождают ложные ожидания. Мне не кажется, что Сталина можно уподоблять вождям контрреволюционного термидора или Наполеону, а Ельцина - Бурбону. Все у нас шло иначе. Уж если сравнивать, то Сталин - вождь победившей Вандеи, крестьянского восстания против феодалов и якобинцев одновременно. Но - с идеей прорыва в будущее, а не простого возвращения общинных земель.

* Считая различия между сталинизмом и троцкизмом не слишком глубокими, Б.П.Курашвили делает оптимистический и очень важный для нас сегодня вывод о возможности союза коммунистов и троцкистов в нынешней борьбе. Даже больше, чем о возможности. Он считает, что сегодня сталинисты и троцкисты уже совместно выступают в борьбе за восстановление социализма. А "критическими ударами они обмениваются по инерции". И - поэтический образ: "Для "демократов" - могильщиков социализма и заодно убийц Отечества Троцкий не стал союзником... Будь Сталин, Троцкий и Бухарин живы, они определенно составили бы тройственный коммунистический блок".

* Не могу согласиться. Поведение и "демократов", и троцкистов не подкрепляет этого оптимизма. Я считаю, что сознательные "демократы" типа А.Н.Яковлева, Ю.Афанасьева и Г.Попова генетически являются продолжением Троцкого. Неважно, что они ломают Россию под другим знаменем, что теперь Россия - не костер для революции ради Запада, а сырьевое пространство для Запада. Этот поворот менее существенен, чем отношение к самой российской цивилизации и Западу. Присущая троцкизму ненависть к "неправильной" России и уверенность, что "европейски просвещенный" авангард имеет право и обязан ее сломать - сохранились в "демократах".

* Эти главные черты я вижу и в современных троцкистах, хотя флаг у них красный. Их мечта сегодня - чтобы скорее доломали остатки неправильного советского строя, после чего возникший наконец в России пролетариат начнет революцию, теперь уж в точности по законам истмата. Конечно, сам Троцкий за их губительные утопии не отвечает, но где гарантия, что сегодня он не был бы с троцкистами? Они ведь довольно верно следуют духу его учения. Поэтому если и можно надеяться на союз, он не будет более глубоким, чем союз между Сталиным и Троцким в 1917-1924 гг. А если учесть тяжесть его разрыва, то заключать такой союз сегодня надо было бы очень осторожно. Да вряд ли троцкисты его и ищут - они очень неплохо устроились в мировом левом движении и университетской элите.

* ("Советская Россия". Октябрь 1996 г.)

*

*


Компартия разрешена? Приступим к критике коммунизма!

* Наши интеллигенты-либералы, непривычные к долгим и "некультурным" дракам, поспешили заявить, что призрак коммунизма больше не бродит по Европе . Наполеон, хоть и плохо знал Россию, понял, что пропал, увидев "побежденную" Москву. Впрочем, не будем "говорить за всю Европу", пусть она наслаждается своей демократией и строит Великую Европейскую Стену, которая защитит ее от марокканцев, турок и румынов. Поговорим о своем, как теперь выражаются, "пространстве".

* Очевидно, что "призраку коммунизма" здесь здорово накостыляли. Он как после попойки - проснулся в луже, глаз подбит, ноги не держат, кошелька нет. С кем пил, не помнит. Вроде, люди приличные, один даже юрист, диплом МГУ показывал. Но как ни сладко плакать пьяными слезами о том, как тебя надули, а надо и на себя оборотиться. Как говорят, подумать, как дошел до жизни такой . Еще вчера задавать этот вопрос было бестактно - когда судят или бьют брата, не время вспоминать его недостатки. Но если о них забыть вообще, то братца рано или поздно забьют до смерти.

* Сегодня уже нельзя уклоняться от серьезного. Возникают новые партии под красным знаменем. Без понимания причин сокрушительного поражения коммунизма они в лучшем случае не устранят эти причины и позволят противнику после некоторой передышки нанести второй, уже смертельный удар. В худшем же случае они быстро превратятся в псевдокоммунистов , в марионеточные партии, которые будут выполнять очень важную роль по прикрытию антинационального режима. Ведь ясно, что уже сейчас идет лихорадочная работа по внедрению в эти партии новых горбачевых и яковлевых. Способ избежать этого указал Достоевский. В своих размышлениях и обращениях к людям надо доходить до конечных вопросов . Только так можно достичь той ясности мысли, при которой никакой "Огонек" не заморочит тебе голову.

* Работа осложняется тем, что в сознание самих коммунистов была внедрена (не с подачи ли тех же яковлевых?) идея, что "было слишком много критики коммунизма". Хватит, мол, наслушались. На деле же действительной критики не было вообще - ведь ругань не в счет. Это само по себе столь удивительно, что следовало обратить на это внимание. Ведь не глупые же люди работали над разрушением СССР. Почему они так тщательно обходили фундаментальные причины нашего краха? Берегли для следующего раза - или боялись помочь нашему самоочищению?

* Ведь все страшные обвинения, брошенные коммунизму - туфта, чуть ли не игра в поддавки. Ах, коррупция! Маршал-коммунист купил старый холодильник за 28 руб., какой ужас. Да что вы, - кричит другой критик - это идет еще от Ленина - уже Буденный в голодный год ел баранину, прямо шашкой отрубал. Ах, брежневские репрессии! Сажали в год по пять диссидентов, а иных даже в лечебницу. Плохо, конечно (хотя, думаю, честный психиатр и сегодня должен был бы помочь многим из тех борцов за правду). Но ведь ясно, что не из-за этой ерунды народ если и не поддержал свержение коммунистического режима, то во всяком случае проявил к его судьбе полное равнодушие. Народ ужаснулся сталинским репрессиям? Да ничего подобного. Вон сегодня самая сентиментальная часть народа, наша гуманитарная интеллигенция взахлеб требует расстреливать "нехорошие" демонстрации - можем ли мы продолжать верить, будто интеллигентам претят репрессии ? И утешать себя тем, что "народ обманули" - значит вести себя именно так, как запланировали обманщики. Да уже тот факт, что можно обмануть народ, 70 лет живший в условиях "коммунистической" идеологии, говорит о глубинных дефектах этой идеологии. Одной хитрости ее врагов было бы мало - хотя был и обман, и хитрость, и многое чего еще.

* Даже обвинение в неэффективности плановой экономики, в которое поверили почти все, подсунуто как приманка. Оно не выдерживает проверки, и надежд на то, что народ долго будет в него верить, умные идеологи не питают. В реальных условиях СССР (а не США или Англии) плановая экономика вплоть до 70-х годов была наиболее разумным способом ведения хозяйства, и ее демонтаж уже нанес нам такой ущерб, который никогда не перекроет гипотетическая эффективность рынка.

* Разумеется, надо все эти идеологические пузыри прокалывать, добиваться ясности и в "промежуточных" вопросах, но это не устранит главных слабостей того проекта, который возник в кровавых травмах при Сталине и дегенерировал при Брежневе, породив ту самую номенклатурную элиту, которая и нанесла удар (заодно ограбив страну - в качестве гонорара за блестящую работу).

* Наш анализ коммунизма и его будущей траектории важен для всех. Мир стал таков, что мы или будем жить вместе, или умрем вместе. Коммунисты должны найти свой язык для диалога с западной мыслью. Такого диалога и такого языка не было. Даже западные коммунисты говорили с нами на языке Суслова и глубоко заблуждались во всем, что касается СССР - хвалили то, чего не было или что не следовало бы хвалить, и не видели тех ценностей, которые мы действительно создали. Поэтому они оказались на мели. Но главное в том, что сейчас решается вопрос необратимого выбора пути всей человеческой цивилизации. Сильно огрубляя, я бы сказал, что перед миром два пути: или сосуществование разновидностей коммунизма - или тоталитарный и единообразный фашизм.

* Так почему же рухнул брежневский коммунизм? Ведь не было ни репрессий, ни голода, ни жутких несправедливостей. Как говорится,"жизнь улучшалась" - въезжали в новые квартиры, имели телевизор, ездили отдыхать на юг, мечтали о машине, а то и имели ее. Почему же люди с энтузиазмом поверили Горбачевe и бросились ломать свой дом? Почему молодой инженер, бросив свое КБ, со счастливыми глазами продает у метро сигареты - то, чем в его вожделенной цивилизации занимается неграмотный беспризорник? Почему люди без тени сожаления отказались от системы бесплатного обеспечения жильем - ведь их ждет бездомность. Это явление в истории уникально. Мы же должны это понять.

* Уже первые подходы к проблеме показывают, что анализ будет сложным. Для него не годится методология упрощенного истмата с его понятиями "объективных предпосылок" и "социальных интересов". Мы уже девять лет видим, как массы людей действуют против своих интересов, и нередко идут на смерть, ссылаясь на абсурдные причины. Явные и скрытые конфликты, приведшие к слому целой цивилизации, какой была Россия-СССР - это очень неравновесная, самоорганизующаяся система. Истмат не имел языка для описания таких систем. Но надо начать. Знаю, что многое из сказанного покажется странным. Но таковы и процессы. Слой простых причин изучен. Мы должны углубляться в область непривычного.

* Я думаю, первая причина ( из нескольких одинаково важных ) нашего поражения в том, что в СССР все хуже удовлетворялась одна из основных потребностей не только человека, но и животных - потребность в неопределенности , в приключении. Как биологический вид, человек возник и развился в поиске и охоте. Даже крыса уходит от полной кормушки и лезет в неизвестный и опасный лабиринт. Это стремление заложено в нас биологически, как инстинкт, и было важным фактором эволюции человека. Поэтому любой социальный порядок, не позволяющий ответить на зов этого инстинкта, будет рано или поздно отвергнут. У старших поколений с этим не было проблем - и смертельного риска, и приключений судьба им предоставила сверх меры. А что оставалось, начиная с 60-х годов, всей массе молодежи, которая на своей шкуре не испытала ни войны, ни разрухи? БАМ, водка и преступность? Этого было мало. Риск и борьба были при трениях и столкновениях именно с бюрократией, с государством, что и создавало его образ врага.

* Нас в перестройке увели от этого вопроса, предложив внешне похожую тему политической свободы. Но речь не о ней, эта свобода - та же кормушка. Ее сколько угодно на Западе - а дети из хороших семей идут в нарокоманы или кончают с собой. Кстати, и нехватка в СССР политических свобод - тоже ложная проблема, а значит, ложное обвинение. Были бы эти свободы - а принципиально лучше бы не стало. А если говорить начистоту, то для тех, кто нуждался в свободе , ее в СССР было гораздо больше, чем на Западе. Наш режим устанавливал вроде бы "жесткие" правила игры, но правила внешние . А в душу совершенно не лез, у него для этого и средств технических не было.

* На Западе же человек бредет как в духовных кандалах. Будь ты хоть консерватор, хоть левый террорист (эти несущественные различия допускаются), твои мозги промыты до основания. Это прекрасно знают те, кому приходилось преподавать в советском и в западном университете. Я однажды в студенческом клубе рассказал то, что подслушал в Москве в очереди около винного магазина - шесть совершенно разных концептуальных объяснений вроде бы простого явления: ежегодного рытья канавы на одном и том же месте около магазина. Западные демократы не могли поверить, что где-то в мире существует такая раскованность мысли и столь развитые общественные дебаты. И это не шутка, ибо всем явлениям на Западе дается одно, разработанное на каких-то "фабриках мысли", толкование - а затем правые и левые начинают ругаться. Они расходятся по вопросу "кто виноват", но не подвергают сомнению саму модель объяснения.

* А стабилен режим Запада потому, что все его жизнеустройство основано как "война всех против всех" - конкуренция. Всех людей столкнули между собой, как на ринге, и государство, как полицейский, лишь следит за соблюдением правил войны. Треть населения ввергнута в бедность и в буквальном смысле борется за существование - никаких иных приключений ей уже не надо. А остальным предложен рискованный лабиринт предпринимательства. Причем он доступен всем и поглощает страсть всех, кто в него входит, вовсе не только крупных дельцов. Старушка, имеющая десяток акций, потеет от возбуждения, когда узнает по телевизору о панике на бирже. Живущий в каморке и сдающий свою квартиру "домовладелец" волнуется, что жилец съедет, не заплатив за телефон. Разбитые в уличной толчее очки потрясают бюджет среднего человека.

* А если ты сын слишком уж богатых родителей и все обычные проблемы решены - садишься после ночного клуба в свой мощный "форд" и проезжаешь при полностью выжатом акселераторе 1 км по левой стороне автострады. Тоже возникают трудности, особенно для неловких встречных водителей и их семей (профсоюзы на Западе хоронить не помогают). И при всем при этом Запад создал целую индустрию таких развлечений, в которых человек сопереживает приключение. Одно из таких захватывающих шоу - политика. Другое - виды спорта, возрождающие гладиаторство, от женских драк на ринге до автогонок с обязательными катастрофами. И побезобиднее - множество телеконкурсов с умопомрачительными выигрышами. Миллионы людей переживают: угадает парень букву или нет? Ведь выигрыш 200 тыс. долларов!

* На фоне этих драм и постоянных побед и поражений жизнь советского человека с его гарантированным благосостоянием ( даже если бы оно было велико! ) превращается в бесцельное существование. Тошно жить, если очки стоят три рубля. Чтобы не было скучно, тебя уже нужно как минимум пырнуть ножом. Но в этой игре у нормального человека не бывает побед, одни поражения - и такая игра не привлекает и проблемы не решает. Среднему человеку жить при развитом советском социализме стало скучно . И никакого выхода из этой скуки наш проект не предлагал. Более того, он прямо утверждал, что дальше будет еще скучнее. И тут речь идет не об ошибке Суслова или даже Ленина. Тот социализм, что строили большевики, был эффективен как проект людей, испытавших беду . Это могла быть беда обездоленных и оскорбленных социальных слоев, беда нации, ощущающей угрозу колонизации, беда разрушенной войной страны. Но проект не отвечал запросам общества благополучного - общества, уже пережившего и забывшего беду.

* Здесь - вечная проблема человеческого существования, и ответ найти на нее непросто. Но если ответ не найдем - регулярно будем создавать себе развлечения вроде перестройки, затем катастрофы, затем борьбы, а потом общенародного энтузиазма в "восстановлении и развитии народного хозяйства".

* Чтобы разобраться в этой проблеме, полезно посмотреть, кто особенно огорчается и особенно радуется краху социализма (речь идет, разумеется, о группах, а не отдельных личностях). Огорчаются прежде всего те, кто в СССР ушел от скуки надежной жизни в какого-то рода творчество - но творчество, не нарушающее стабильности нашего традиционного общества и его режима.

* Таких доступных видов творчества и связанных с ним переживаний и приключений - множество. И доступ к ним имело подавляющее большинство граждан, но только теоретически. Важнейшее творческое дело - воспитание своих детей. Вроде бы оно всем доступно, но это не так. Любое творчество - труд, и многие родители от него отказываются, сводят все к питанию. И все же, думаю, именно те, кто вложил большой труд в воспитание детей, особенно страдают сегодня. Им не было скучно, а для их творчества были предоставлены условия. Для него не были необходимы ни многопартийность, ни сорок сортов колбасы в магазине. Когда Евтушенко утверждал, что от вида западного гастронома кто-то упал в обморок, он имел в виду не нормальную советскую семью, а кого-то из своих знакомых.

* Поощрял советский строй и рост личного внутреннего достояния. Вот кружки, курсы, бесплатные университеты, книги и пластинки по рублю - расти и твори (добавлялось: "на пользу обществу", но добавление это безобидное). Помню, в 1953 г. пошли мы целой группой приятелей и записались в клуб юных автомобилистов. Учили нас демобилизованные фронтовики, ездили мы на полуторках вплоть до Крыма, варили на кострах картошку и беседовали. А захотел бы, пошел в конно-спортивную школу. На Западе никто не верит, что такое бывает. Ты победи своих приятелей в конкурентной борьбе - и будешь ездить верхом в загородном клубе.

* Так в чем же ошибка нашего социализма? Оставим для другого раза столкновение - сначала подспудное, а потом явное - с творческой интеллигенцией. Это - совершенно особое явление. Поговорим об основной массе населения - людях с естественным, обыденным мышлением. Ошибка социализма в том, что он принял как догму убеждение, будто все люди мечтают сделать творческое усилие и будут рады просто предоставлению такой возможности. Эта догма неверна дважды. Во-первых, не все мечтают о творчестве, у многих эти мечты подавлены в детстве - родителями, садиком, школой. Во-вторых, значительная часть тех, кто мечтал, испытали неудачу при первой попытке и не смогли преодолеть психологический барьер, чтобы продолжить.

* Не далась заседлать себя лошадь, обругал конюх - и подросток плюнул и ушел, не использовал возможность, которая на Западе стоит огромных денег. Тут режим и не виноват, оказание помощи в преодолении таких барьеров - дело тонкое, а общей культуры еще не хватало. А стихийных стимулов (вроде конкуренции) не было. Так и получилось, что основная масса людей не воспользовалась тем, что реально давал социализм. Не то чтобы ее оттеснили - ее "не загнали" теми угрозами, которые на Западе заставляют человека напрягаться.

* Я не верю, что стимулирование угрозой - единственный механизм, заставляющий делать усилия. Более того, этот механизм неизбежно травмирует душу и обедняет жизнь самого успешного человека. И я ни в коем случае не зову его внедрять или имитировать - это было бы полным крахом. Но надо признать как провал всего проекта советского социализма то, что он оказался неспособным создать иной, не разъединяющий людей механизм их вовлечения в напряженное творчество. А значит, сделал глубоко неудовлетворенными массу людей. Так в получившей достаток семье с низкой культурой молодые люди начинают много есть и спать до обеда - они теряют радость жизни, начинают мрачнеть и озлобляться.

* Именно они и составили широкую "социальную базу" для разрушения СССР, поддержали небольшую озлобленную часть общества (которая страдала от своих неудач или от недополучения благ). Можно не считать их мотивы уважительными, но ведь речь идет также о страдающей части общества. О ней надо думать хотя бы для того, чтобы она не стала обществу мстить. Ведь действительно, советский строй не дал этой категории людей хотя бы того утешения, которое предусмотрительно дает Запад - потребительства. Как можно было запирать таких людей в стране, где нет сорока сортов колбасы! Ведь это же социально взрывоопасный материал. Или его специально у нас накапливали, чтобы взорвать СССР?

* Другой крупный контингент, который радуется крушению режима - молодежь, и по вполне естественным причинам. Для нее скука губительна даже биологически. Если она длится слишком долго, то даже творчество воспитывать детей становится недоступным - детей нет. Возникает заколдованный круг. Парадоксально, но скоро мы будем наблюдать духовный рост и вспышку творческой активности молодежи, направленную на восстановление социализма , то есть, порожденную опять-таки крушением советского режима.

* Конечно, наш социализм мог бы продлить свое существование, если бы более четко следовал рецептам Великого Инквизитора из легенды Достоевского. Если бы позволил людям в свободное от работы время грешить (под контролем и с регулярной исповедью) и облегчил распевание детских рок-песенок. Если бы резко увеличил производство кондитерских изделий, наладил выпуск баночного пива с надписью "завод им. Бадаева" не на русском, а на английском языке, и т.д. Ни Хрущев, ни Брежнев на это не решились, большого греха избежали. Но проблема-то осталась. Надо понять, что хотели сказать взбушевавшиеся толпы подростков (кажется, в Сыктывкаре), когда кричали: "Шоколада! Шоколада!". Ведь желание "немного праздника в будний день" - это тоже естественное желание человека, особенно молодого. Правом на образование его заменишь не для всех.

* Пока что эту проблему решают "демократы". Они оставят страну в таком состоянии, что нескольким поколениям будет не до песенок и не до шоколада. Подтяни ремень и работай. Но проблема после предыдущего опыта стала фундаментальной. Если на нее не дать ответа, очень многие не захотят подтягивать ремень, а выйдут на большую дорогу. И ведь это - только первая проблема.

* (Не опубликовано "Правдой" и "Советской Россией". Январь 1993 - май 1997 г.)

*


Обездоленные в СССР

* Одной из главных слабостей оппозиции режиму "демократов" является размытость образа будущего, к которому она поведет, придя к власти. Я даже не говорю об антисоветской части оппозиции, которая поддержала уничтожение социализма, но недовольна исполнением. Эта часть сегодня вообще помалкивает о своих идеалах - она мечтает о великой и единой капиталистической России, хотя всем очевидно, что таковой в природе существовать не может.

* Поговорим о нас - тех, кто идет под красным флагом. Преодолеть режим Чубайса можно лишь в том случае, если ему будет противопоставлен иной социальный проект. Не в деталях, конечно, а в его главных чертах. Люди не могут бороться против чего-то, не имея положительного образа.

* В феврале 1917 г. в России пришел к власти режим, который не предложил обществу никакого проекта. Большевики же выдвинули понятный и желанный людям проект - и образ жизнеустройства, и тип власти. И либералов просто смыло. Даже белые привлекли на свою сторону значительные силы потому, что в их планах была определенность: реставрация единой России, земля - помещикам, фабрики - буржуям. Проект для многих привлекательный, хотя в принципе недостижимый из-за его внутренних противоречий (Россию разорвал именно капитализм).

* В СССР начиная с 60-х годов социализм начал утрачивать образ будущего и терять поддержку. Уже Хрушев стал перенимать критерии идеального жизнеустройства у Запада ("догнать и перегнать по потреблению..."), и среднего человека повлекло к выводу, что к этому идеалу путь Запада более надежен. Значит, надо на этот путь "вернуться". Проект Гайдара и Чубайса лег на подготовленную почву. Он ясен и осязаем, он имеет наглядную витрину. Людям предлагается конкурировать за жизненные призы. Все знают, что призы достанутся немногим, остальные потерпят крах. Но авось повезет - это так соблазнительно. Ведь каждый склонен преувеличивать свои личные возможности, особенно молодежь.

* Сегодня оппозиция исходит из того, что люди, уже потерпевшие крах, откажутся от поддержки проекта Чубайса просто от возмущения. Но это не так. Да и сама критика Чубайса оппозицией непринципиальна, она направлена на дефекты и злоупотребления в исполнении программы, а не на ее суть. Попробуйте выбрать ключевые слова из экономической программы оппозиции - и из речей Ельцина, Черномырдина, Явлинского. По структуре эти наборы очень близки. "Равноправие всех форм собственности, смешанная социально ориентированная экономика и т.д.". В чем же непримиримость идеалов? Четко видна лишь разница в отношении к приватизации земли, но и здесь доводы туманны: "Если землю приватизировать, то ее у колхозов скупят". Ну и что? Купят и засеют, будем мы с хлебом. Надо же объяснить, что тут не так.

* Многие уповают на магические слова "обновленный социализм". Таким будет строй жизни, когда победит КПРФ. Из документов КПРФ я лично выявить существенные черты этого строя не смог. Между советским строем и другими видами социализмов (шведский, австрийский и т.д.) существуют водоразделы и пропасти. Похоже, идеологи оппозиции их просто не видят. В чем обновление? В том, что будут частные банки и заводы? А все остальное так же, только лучше?

* Вообще, равнодушие к сути советского строя (даже после его трагического краха) поражает. На съезде КПРФ были выступления, сопровождаемые аплодисментами: там-то восстановлен советский строй. В чем же это выразилось? Вот в чем: Городская Дума переименована в Городской Совет. Это не смешно, а трагично. Это не просто утрата знания об обществе, в котором мы живем (эту утрату осознал уже Андропов), а утрата даже минимума исторической памяти. Мы уже не помним, как возникали советы и в чем была суть двоевластия после февраля 1917 г., не помним смысл лозунга "Вся власть советам!", не говоря уж о смысле апрельских тезисов Ленина. Мы не помним даже смысла слова "ратуша". А ведь это и есть "Городской Совет". Что же, и в Германии XV века была советская власть? Разве в словах дело!

* Понятие обновленного социализма мы должны строить . И надо низко поклониться "Советской России" за то, что она позволяет делать это на ее страницах. Задача стоит так: выявить дефекты советского социального проекта и найти способ заменить его "дефектные блоки", не повредив главную суть. Не сломав всю цивилизационную траекторию, по которой шел этот проект. Ибо в главных своих чертах она была найдена русским духовным чувством поразительно верно. Лучшей у нас не будет.

* Продолжу мысль, которую начал в прошлой статье. Главные дефекты любого социального проекта в том, что он не удовлетворяет какие-то фундаментальные потребности значительных частей общества. Если обездоленных людей много и они сильны, проект под их давлением изменяется или, при достижении критического уровня, терпит крах. Давайте разберемся, кто и чем был обездолен в советском проекте. И не будем сразу расставлять оценки: мол, эта потребность разумна и достойна, а та - каприз, а вон та - порок. Сначала надо хладнокровно описать реальность.

* Откуда вырос советский проект и какие потребности он считал фундаментальными? Он вырос прежде всего из мироощущения крестьянской России. Отсюда исходили представления о том, что необходимо человеку, что желательно, а что - лишнее, суета сует. В ходе революции и разрухи этот проект стал суровым и зауженным. Носители "ненужных" потребностей были перебиты, уехали за рубеж или перевоспитались самой реальностью. На какое-то время в обществе возникло "единство в потребностях".

* По мере того как жизнь входила в мирную колею и становилась все более и более городской, узкий набор "признанных" потребностей стал ограничивать, а потом и угнетать все более и более разнообразные части общества. Для них Запад стал идеальной, сказочной землей, где именно их ущемленные потребности уважаются и даже ценятся. О тех потребностях, которые хорошо удовлетворял советский строй, в этот момент никто не думал. Когда ногу жмет ботинок, не думают о том, как хорошо греет пальто.

* Чем же отличается крестьянская жизнь от "городской"? Тем, что она религиозна. А значит, земные потребности просты и естественны, зато они дополнены интенсивным "потреблением" духовных образов. Речь идет не о церкви, а о космическом чувстве, способности видеть высший смысл во всех проявлениях Природы и человеческих отношений. Пахота, сев, уборка урожая, строительство дома и принятие пищи, рождение и смерть - все имеет у крестьянина литургическое значение. Его жизнь полна этим смыслом. Его потребности велики, но они удовлетворяются внешне малыми средствами.

* Жизнь в большом городе лишает человека множества естественных средств удовлетворения его потребностей. И в то же время создает постоянный стресс из-за того, что городская организация пространства и времени противоречит его природным ритмам. Этот стресс давит, компенсировать его - реальная жизненная потребность человека.

* Вот пример. Транспортный стресс вызывает выделение нервных гормонов, порождающих особый, не связанный с голодом аппетит. Приехав с работы, человек хочет чего-то пожевать. Не нормально поесть, а именно пожевать чего-нибудь аппетитного (т.н. "синдром кафетерия"). Кажется, мелочь, а на деле - потребность, ее удовлетворение должно быть предусмотрено жизнеустройством. Если же это считается капризом, возникает масса реально обездоленных. Мать, которая говорит сыну, целый час пробывшему в городском транспорте: "Не жуй бутерброд, сядь и съешь тарелку щей", - просто не знает, что ему нужен именно бутерброд, красивый и без питательной ценности. Таких "бутербродов" (в широком смысле слова) советский строй не производил, он предлагал тарелку хороших щей.

* И подобных явлений, неведомых крестьянину (и непонятных нашим старшим поколениям), в городе множество. Как мы их можем обобщить? Можно сказать, что кроме природных, биологических потребностей, для удовлетворения которых существуют вещи , человек нуждается в потреблении образов . Эти потребности не менее фундаментальны.

* Сложность в том, что разделить трудно. Многие вещи, вроде бы предназначенные для какой-то "полезной" цели, на самом деле дороги нам как образы, знаки, отражающие человеческие отношения. Старая чашка, модное платье, мотоцикл - все это образы, несводимые к материальным функциям, но они воплощены в вещах. В жизни крестьян потребность в образах в огромной степени удовлетворяется как бы сама собой - связью с природой и людьми, типом труда. В городе эта потребность покрывается производством огромного количества вещей-знаков, "ненужных" вещей.

* В советское время престарелые идеологи клеймили вдруг вспыхнувший в нашем скромном человеке "вещизм". Стоявшую за ним потребность подавляли средствами государства - и она в конце концов вырвалась из-под гнета уже в уродливой форме. Наша оппозиция сегодня пошла тем же путем: Россию, мол, отличает высокая духовность, а Запад бездуховен. Это неверно, а на практике - тупик. Речь просто идет о том, что духовность может быть разной по сути и выражаться совершенно разными образами и знаками. Мы считаем, например, что любовь к деньгам - бездуховность. А для протестантов-пуритан деньги были знаком избранности, добывание их было бескорыстным и аскетическим служением Богу. Речь шла о духовности высокого накала. Обзывать их просто корыстолюбцами - значит не понять сути Запада, а значит, не суметь ему противостоять в его походе против нашего, иного типа духовности.

* Огромную силу и устойчивость буржуазному обществу придало как раз то, что оно нашло универсальную (для его людей!) знаковую систему - деньги. Деньги стали таким знаком, который был способен заменить любой образ, представить любой тип отношений. Все - покупается! За деньги можно получить любую вещь-знак, удовлетворить любую потребность. В целом, общество стало безрелигиозным, но наполнилось огромным числом фетишей , (вещей-образов). Отношения людей приобрели форму отношений вещей и были ими замаскированы.

* Поскольку речь шла прежде всего об образах, стало возможным наращивать их потребление с относительно малым увеличением материальной основы - пойти по пути создания "виртуальной (несуществующей) реальности". Важнейшей частью жизни стали витрины - вид вещей, которые потреблялись уже только как образы, без покупки их носителей. На Западе подавляющее большинство посетителей крупных универмагов просто ходит, разглядывая витрины, не собираясь ничего покупать. Кстати, пока Запад к этому не пришел, целых полтораста лет начальной индустриализации рабочие массы создавали себе "виртуальную реальность" сами - беспробудно пили.

* Следующим шагом стала современная реклама: образ создавался прямо в пространстве, в эфире. Суть рекламы - вовсе не в информации о реальных товарах, которые человек должен купить. Главное - создание изобилия образов, они и есть "бутерброды". Только кажется, что это - отражение изобилия вещей и возможностей. Реклама - иллюзия, часть той вымышленной ("виртуальной") реальности, в которой живет человек Запада.

* В перспективе этот путь ведет к опустошению человека, к утрате им связи с миром и другим человеком, к нарушению хода его естественной эволюции. Запад как "пространство фетишей" породил уже особого человека. Маркс сказал о нем: "животное хочет того, в чем нуждается, человек нуждается в том, чего хочет". На этом пути Запад зашел в тупик. Но временно он ответил на новые потребности человека и "погасил" их изобилием суррогатов. Та культура, которая была создана для производства дешевых и легко потребляемых образов, "овладела массами". Буржуазный порядок завоевал культурную гегемонию , которая и придала ему устойчивость.

* Как же ответил на потребности нового, городского общества советский проект? На мой взгляд, самым неправильным образом. Большая часть потребности в образах была объявлена ненужной, а то и порочной. Это четко проявилось уже в 50-е годы, в кампании борьбы со "стилягами". Они возникли в самом зажиточном слое, что позволило объявить их просто исчадием номенклатурной касты. А речь шла о симптоме грядущего массового социального явления. Никак не ответив на жизненные, хотя и неосознанные, потребности целых поколений молодежи, родившейся и воспитанной в условиях крупного города, советский строй буквально создал своего могильщика - массы обездоленных.

* В 1989 г. 74% опрошенных интеллигентов сказали, что их убедят в успехе перестройки "прилавки, полные продуктов" (так же ответили 52% опрошенных в среднем). Конечно, надо разоблачать эту подмену вещи миражом. Но ведь в том ответе выражена именно потребность в образе, в витрине. Это ответили люди, которые в целом благополучно питались, на столе у них было и мясо, и масло. Им нужны были "витамины". И сегодня многие из них, уже реально недоедая, не хотят возвращаться в прошлое с его голодом на образы .

* Предпосылки для этой узости советского проекта кроются и в крестьянском мышлении партии большевиков, и в тяжелых четырех десятилетиях, когда человека питали духовные, почти религиозные образы - долга, Родины. Когда я пришел в университет, там даже некоторые преподаватели еще ходили в перешитых гимнастерках и сатиновых шароварах. У них не было потребности в джинсах, но через пять-то лет она возникла. Выход из этого состояния провели плохо. Не была определена сама проблема и ее критические состояния. В конце заговорили о "проблеме досуга", но это не совсем то, да и дальше разговоров дело не пошло. Важной отдушиной был спорт, что-то нащупывали интуитивно (стали делать первые сериалы; уже огромный успех "Семнадцати мгновений весны" должен был насторожить). Видимо, ошибочной была и ориентация на промышленное развитие в крупных городах (мегаполисах). Опора советского строя - село и малые города, их и надо было укреплять и развивать.

* Но предпосылки предпосылками, а прямой причиной я считаю воздействие материализма, из которого все мысли Маркса о товарном фетишизме были, по сути, выкинуты. Остались только грубые выводы - об эксплуатации. Хотя, надо признать, Маркс не вполне разработал тему, понять его сложно. Но он хоть видел проблему, предупреждал о ней. Наша беда была не в том, что проблему плохо решали - ее игнорировали, а страдающих людей считали симулянтами и подвергали презрению. Так возникла и двойная мораль (сама-то номенклатура образы потребляла), и озлобление.

* Но ведь на Марксе не кончилась мысль. Огромную работу проделал Антонио Грамши, создавший целую теорию культурной гегемонии, показал ее роль в укреплении или разрушении общества. С помощью полученного им знания разрушили СССР, а теперь укрепляют режим Ельцина-Чубайса - и работают квалифицированно. Мы же, не желая ничего слышать о том, что сделано в социальной философии после Маркса даже марксистами, беспомощны. Мы не можем ни объяснить крах советского проекта, ни защитить людей от "зомбирования", ни ясно выразить суть обновленного социализма.

* Посмотрите, какая разница. Талантливый философ-коммунист в тюрьме, истратив последние силы, создает для своих единомышленников блестящую современную теорию, объясняя городское общество. Виднейшие философы и идеологи буржуазии по крупицам собрали все записки и тетради Грамши. Ежегодно ему посвящается больше десятка диссертаций в США, регулярно собираются научные конференции. Его теория положена в основу современной рекламы и, видимо, концепции телевидения. Но те, для кого он ее создавал - коммунисты - не желают о ней даже слышать. Печально.

* В целом, проблема непроста. Нельзя скатываться на производство таких образов, что превращают человека в дебила, эксплуатировать секс, насилие, дешевый политический театр, как это делает Запад. Об этом предупреждал уже Достоевский. Но нельзя и экономить на этом. Ясно, что никакая страна не может создать изобилие и достаточное разнообразие образов. Но, понимая проблему, можно обеспечить их импорт так, чтобы он не разрушал нашу цивилизацию - мировой запас огромен.

* В будущем, если мы выживем, задача резко облегчается тем, что старый советский проект - мобилизационный социализм - сломан. Не придется решать сложную проблему мягкого выхода из него - нас вырвали с кровью. Значит, придется не ломать, а воссоздавать советский строй в новом виде - зная уже о потребности людей не только в белках и углеводах, но и в витаминах.

* (Не опубликовано. Апрель 1997 г.)

]]>
admin@kob.in.ua (Administrator) Опять вопросы вождям Wed, 08 Jun 2011 10:43:09 +0000
Глава 7. Истмат и поражение советского проекта http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-7-istmat-i-porazhenie-sovetskogo-proekta.html http://kob.in.ua/opyat-voprosyi-vozhdyam/glava-7-istmat-i-porazhenie-sovetskogo-proekta.html Я стал недавно писать об истмате - а подводил к этому всеми моими статьями за четыре года - по двум сугубо практическим причинам. Первая причина: для меня совершенно ясно, и этот мой вывод многократно продуман и проверен, что пока мы мыслим в понятиях "вульгарного истмата", мы не сможем правильно понять то, что с нами произошло - мы так и не будем "знать общество в котором живем". Вторая причина: мы не сможем в мышлении такого истмата сознательно найти выход из кризиса с меньшими потерями (его придется искать наощупь, стихийно, на ошибках).

Не упустить шанс

Трудно найти в истории другую великую идею, которая сыграла бы столь противоречивую роль в судьбе народа, как коммунистическая идея в России. С ней нация была спасена и собрана в кулак для ответа на самый страшный вызов истории - вызов отставания и вызов войны. С ней же нации наносились тяжелые травмы и ее же порождение завело сегодня Россию в смертельную яму. И опять история дает коммунистам шанс сослужить важную службу своим народам и всему человечеству, но, похоже, они этот шанс упускают.

 В первый раз знамя коммунизма, поднятое в России, помогло спасти многообразие цивилизаций и культур, переломить гибельную для планеты экспансию "мирового порядка" Запада. После 1917 г. встала на ноги Азия, а после Победы рухнула и вся колониальная система. Даже оккупированной Японию спастись от вестернизации помогла победа китайских коммунистов.

* Почему же на сто лет коммунизм дал такой мощный импульс? Почему в 1917 крошечная партия большевиков смогла, как ясновидец, дать верные ориентиры и слова, чтобы организовать бурлящий людской океан на спасение страны - и неизбежные при этом жертвы окупились? Ведь не было у них ни телевидения, ни мощного аппарата. И вовсе их слова не были самыми яростными - куда им до эсеров и анархистов.

* Думаю, потому, что Ленин, вслед за Марксом, строил политику на прочном, стоящем огромного труда основании - самом продвинутом для того момента научном осмыслении мира и человека. Как ни странно это звучит, но не было бы СССР, если бы Ленин не написал "Материализм и эмпириокритицизм". Если бы не обдумывали большевики суть кризиса физической картины мира и гносеологические идеи Маха. Если бы Энгельс не включил, в отличие от всех других течений, теоретическую борьбу как исходный элемент всей системы борьбы трудящихся.

* Маркс совершил огромный шаг вперед в осмыслении западного капитализма, дополнив модель Адама Смита тем, что внесла нового в картину мира наука его времени: термодинамикой Карно и Клаузиуса и эволюционизмом Дарвина. Огромный прорыв от механицизма ньютоновской картины, на которой строил политэкономию Адам Смит. Ленин прочувствовал углубление кризиса индустриализма через пессимизм идеи о тепловой смерти Вселенной и идеализм Маха - и потому, переходя на почву крестьянской России, смог преодолеть марксизм, самую развитую теорию индустриализма. Хотя и было это марксисту Ленину очень трудно, он шел к Чаянову. Его включение крестьянина в модель коммунизма было не отступлением к аграрной цивилизации, как у народников, а первой брешью в постиндустриализм. На том вытянули и индустриализацию, и войну, хотя впоследствии Либерман да Аганбегян с Заславской сумели нам эту брешь замуровать.

* Запад на этом пути тоже потерпел поражение: Кейнс преодолевал индустриализм для западного раскрестьяненного общества, дал ему базу для достижения социального мира, но Фридман и фон Хайек под лозунгами свободы и монетаризма мобилизовали собственника (в каждом западном человеке) и организовали мощное контрнаступление тэтчеризма и рейганомики. С неизбежной приправой в виде бомбардировок Ирака, войны в Югославии и появлением мирового жандарма.

* Неолиберализм - это откат к механицизму Ньютона, к фундаментализму архаичного капитализма, который сегодня отрицает все то научное знание о мире и человеке, которое разум накопил за 200 лет. Это - страусиное разрешение того кризиса Запада, который порожден именно революционными изменениями в научной картине мира. Ведь в известном смысле мы опять вернулись к геоцентризму - тому представлению о Вселенной, которое было до Коперника. Люди почувствовали, что жизнь - уникальное явление, ее, похоже, нет в других мирах, и она может быть уничтожена самим человеком. Земля опять в центре Вселенной. Коммунисты оказались к этому не готовы - так же, как социал-демократы и либералы.

* Почему же я сказал, что история дала коммунистам второй шанс? Потому, что их отстранили от власти, от того положения, в котором "сила есть - ума не надо". Они сегодня, как и большевики после 1905 года, могут учиться и думать, хотя и не в тюрьмах. А почему я думаю, что этот шанс упускают? Потому, что ни учиться, ни думать не хотят. А хотят бороться - но не за письменным столом и в аудитории (теоретическая борьба), и не в рабочей курилке или забастовочном комитете (экономическая борьба) - а за столами президиумов (политическая суета). Тасуют замусоленную колоду слов и понятий, лишь сдобрив эту колоду соборностью да геополитикой - но это сети дырявые, души человеков уловить не могут.

* Долго не требовалась коммунистам философская мысль - "Сталин думал за нас", все заменяла сила государства СССР. На этой силе паразитировала и гирлянда европейских компартий (да, похоже, и все европейские левые, включая социал-демократов). Тихонько копал ходы крот антикоммунизма, прокопал до кабинета генсека, уселся в кресло, раздулся до невероятных размеров пиджака президента СССР - а компартии всего мира только моргали. Но теперь-то пора начать думать и не очень-то надеяться на множество маленьких генсеков. Сколько-то месяцев еще осталось.

* И первый вопрос - об идеологии. Ведь из 17 млн. членов КПСС мало кто возвращается под это знамя. Ибо никто им не сказал внятно: что такое коммунистическая идея сегодня, в момент кризиса, что она будет означать завтра в двух разных случаях - если Россия выживет как страна, и если ее удастся размолоть и превратить в колонию. Все это - совершенно разные ситуации. И вот вожди начали спешно сочинять идеологии, иной раз даже нанимают для этого бойких писак за небольшой гонорар - выдай мне идеологию к следующему вторнику. И не только написать "Материализм и эмпириокритицизм" не могут, это естественно, но уже и прочитать ничего подобного не хотят. Конечно, и у либералов не лучше, но им-то теперь думать не надо, у них генералы Ерин и Грачев есть.

* Идеологии возникают только на фундаменте нового, более реалистичного видения нынешнего мира и нынешнего человека. Маркс и Ленин дали нам мощный метод для такого анализа - а мы его выплюнули и занялись сочинительством. Почему же так сильна идеология, которая улавливает новую картину мира? Потому, что главный аргумент лозунгов и призывов прост: "так устроен мир!". И человек верит именно тем лозунгам, которые отвечают его интуитивному представлению о том, как устроен мир, что достижимо и что хорошо в этом мире.

* И выходит, что сегодня настоящий марксист это тот, кто "преодолевает" марксизм. Зерно будет жить, только если умрет.

* Наши же марксисты-ортодоксы пытаются законсервировать зерно, не дать ему умереть и превратиться в колос. Они возвращаются к терминологии классовой борьбы - благо эксплуататоры вроде бы появились. Они делают то же, что неолибералы, только став на сторону труда против капитала - ходят по кругу классической политэкономии. Но эта политэкономия, даже развитая Марксом, прекрасно объясняя важные черты западного капитализма, искажала суть и русского, и тем более советского хозяйства - не для этой системы она была создана. Чаянов писал: "Экономическая теория современного капиталистического общества представляет собой сложную систему неразрывно связанных между собой категорий (цена, капитал, заработная плата, процент на капитал, земельная рента), которые взаимно детерминируются и находятся в функциональной зависимости друг от друга. И если какое либо звено из этой системы выпадает, то рушится все здание, ибо в отсутствие хотя бы одной из таких экономических категорий все прочие теряют присущий им смысл и содержание и не поддаются более даже количественному определению". Чаянов это знал как ученый, а "совок" это осознает здравым смыслом - и не верит нынешним марксистам.

* Сегодня сама картина мира изменилась - мир оказался замкнут и мал. Человек явно не успевает, как надеялся, вынести электростанции в космос и качать оттуда даровую энергию, а океан и атмосфера уже не вмещают загрязнения. Марксизм же исходил из представлении о неисчерпаемости Природы. Взяв у Карно идею цикла тепловой машины и построив свою теорию циклов воспроизводства, Маркс, как и Карно, не включил в свою модель топку и трубу - ту часть политэкономической "машины", где сжигается топливо и образуется дым и копоть. Тогда это не требовалось. Но сейчас без этой части вся модель абсолютно непригодна. Ну кого же может сегодня увлечь явно негодная модель? Но вместо того, чтобы сделать новый шаг, освоить Вернадского и Чаянова, привести идеологию в соответствие с уже осознанной реальностью физического мира, коммунисты откатываются к середине XIX века. Это - тот марксизм, от которого открещивался сам Маркс.

* Рушится сам "закон стоимости" - ключевая абстракция Маркса. А ведь именно взывая к этой вбитой в наши головы догме и увлекли народ сладкоголосые сирены рыночной утопии. Ведь как рассуждал советский человек? Рынок - это закон эквивалентного обмена, по стоимости, без обмана. Ну, пусть приватизируют мой завод, наймусь я к капиталисту, хоть бы и иностранному - так он честно отдаст мне заработанное. А сейчас у меня отбирает государство, номенклатура ненасытная, всякие повороты рек на мои кровные устраивает. Но ведь этот эквивалентный обмен, это "деньги-товар-деньги" было мифом уже во времена Маркса! Отношения на рынке между метрополией и колонией уже тогда были резко неэквивалентными - и этот дисбаланс поддерживался канонерками да массовыми расстрелами. Но ведь без колоний, а теперь без "третьего мира" Запад в принципе не может существовать. Запад и возник как фурункул на человечестве, как прекрасный тропический цветок-паразит. И ведь эта неэквивалентность исключительно быстро растет. "Третий мир" выдает на гора все больше сырья, сельхозпродуктов, а теперь и удобрений, химикатов, машин - а нищает. Соотношение доходов 20 проц. самой богатой части населения Земли к 20 проц. самой бедной было 30:1 в 1960 г., 45:1 в 1980 и 59:1 в 1989. Цены на рижском рынке диктует наша скромная мафия, а цены в мире - политическая мафия "семерки". И все решает сила. Чехи работают получше испанцев, а цену рабочей силы, когда они "открылись" Западу, им установили почти в 5 раз меньше. Полякам в среднем положили 0,85 долл. в час, а в Тунисе, которому до Польши еще развиваться и развиваться, 2,54 доллара. А о наших высококлассных рабочих и говорить не приходится. Где здесь закон стоимости?

* Да есть ли этот закон, если сегодня 2/3 стоимости товара - это сырье и энергия. Но они же не производятся, а извлекаются. Их стоимость - это лишь труд на извлечение (да затраты на подкуп элиты, хоть арабской, хоть российской). Теория стоимости, не учитывающая реальную ценность ресурсов (например, нефти) для человечества, кое как могла приниматься, пока казалось, что кладовые земли неисчерпаемы. Но сейчас-то все изменилось, и когда Россия сбросила железный занавес, к ней не купец идет, а пес-рыцарь в кафтане купца. Неужели опыт Мексики и Бразилии ничему не учит? Потому-то там и шарахнулись от марксизма к маоизму.

* Игнорирует закон стоимости и ключевую для нас проблему "взаимодействия с будущим" - с поколениями, которые еще не могут участвовать ни в рыночном обмене, ни в выборах, ни в приватизации. Рыночные механизмы в принципе отрицают обмен любыми стоимостями с будущими поколениями, поскольку они, не имея возможности присутствовать на рынке, не обладают свойствами покупателя и не могут гарантировать эквивалентность обмена. Но ведь это - отказ от российского понятия "народ", подрыв важной основы нашей цивилизации.

* Да и рыночный обмен с современниками марксизм искажает сегодня в неприемлемой степени. Он идеализирует акт обмена, учитывая лишь движение потребительных стоимостей (товаров). А что происходит с "антитоварами" (по выражению М.К.Берестенко)? С отрицательными стоимостями, которые всегда, как тень товара, образуются в ходе производства? Если бы действовал закон эквивалентного обмена стоимостями, то продавец "антитовара" должен был бы выплачивать покупателю эквивалент его "антистоимости". Вот тогда категории прибыли и цены отражали бы реальность. Но на деле-то этого нет! Антитовар или навязывается, без всякого возмещения ущерба, всему человечеству (например, "парниковый эффект"), или навязывается слабым - вроде захоронения отходов в Лесото или России. Но марксистская политэкономия этого не учитывает - и совершенно чудовищным образом завышает эффективность экономики капитализма. А наш бедный инженер, напичканный обрывками марксизма, этим завышенным оценкам поверил и сам полез в петлю. Но хоть сегодня-то надо в этом разобраться!

* Наконец, надо же трезво оценивать культурные ограничения каждой теории. Марксизм вскормлен культурой западного общества, фоном которой был и остается евроцентризм . Это - убежденность в том, что Запад есть единственная "правильная" цивилизация, а все остальные просто отстали. Приложение к России любой идеологии и политики, проникнутой евроцентризмом - будь то марксизм в начале века или либерализм сегодня, означает страшные травмы и разрушения. То, что марксизм в его трактовке истории, человека и общества отражал основные постулаты и мифы евроцентризма - почти не требует доказательства (но это отдельная большая тема). Это - упрек не Марксу, а марксистам. Уважающий и почитающий Маркса африканский философ и ученый Самир Амин отмечает: "Несмотря на предосторожности Маркса, марксизм также подвергся влиянию господствующей культуры и оказался в фарватере евроцентризма. Евроцентристская интерпретация марксизма, сводящая на нет его универсалистский размах, не только возможна, но даже, пожалуй, доминирует. Эта евроцентристская версия выходит наружу в известном тезисе об "азиатском способе производства" и о "двух путях": открытом европейском пути, приводящем к капитализму, и блокированном азиатском пути".

* Можно ли, взяв марксизм за один из культурных корней, развить российскую социальную философию коммунизма? Конечно - для этого вся наша история создала мощную базу. И этого от нас и ожидало все мировое освободительное движение, когда началась перестройка. Не получилось. Так давайте этим заниматься сегодня, когда не отягощены коммунисты властью. И в этом - не предательство марксизма-ленинизма, а именно выполнение главного завета великих мыслителей и тружеников.

* ("Правда". Июнь 1994 г.)

*


Заговор масонов или "эффект бабочки"?

* Чтобы осмыслить происходящее, мы, не отдавая себе отчета, используем те "инструменты мышления", которыми нас снабдили за годы жизни. Это - образы, понятия, термины, логические приемы. Нас обучали познавать и объяснять мир родители, окружающие, а потом школа, пресса, искусство. Кое-кто вырывался из общего потока, мыслил парадоксально, казался гением, но большинство следовало установленным, привычным правилам.

* Сейчас у нас господствует способ мышления, перенесенный из науки и вбитый в наши головы школой. На обочину оттеснено мышление художественное, поэтическое, а религиозная мысль встречается совсем редко, даже у отцов Церкви - дело ведь не в том, чтобы ввернуть пару церковно-славянских оборотов. Но инструменты научного мышления, в отличие от поэтического и религиозного, сравнительно недолговечны, они должны обновляться с каждым крупным изменением (кризисом) научной картины мира. После Коперника и Галилея человек, продолжавший считать, будто Солнце вращается вокруг Земли, а она окружена хрустальными сферами, переставал понимать и то, что происходит в политике и экономике. Потому что и в политике, и в экономике перешли (сами того не замечая) на понятия, перенесенные из законов Ньютона.

* Начиная с XVIII века авторами крупнейших социальных идей, увлекших массы, становились люди, которые улавливали изменение картины мира и переводили их на язык обыденной жизни. Это казалось чудом - у людей "открывались глаза". В этом был источник силы Маркса, а потом Ленина. Я знаю, что многих читателей раздражает, что я с таким упорством стараюсь обратить внимание на тот факт, что Ленин заставил партию вникнуть в кризис научной картины мира, который произошел в начале ХХ века. Понимаю, что в водовороте страшных событий последних лет рассуждения о способе мышления казались отвлеченными. И мы попали в очень трудное положение. В последние 30 лет происходит новая перестройка картины мира и возникли новые "инструменты мышления". Основная масса тех, кто поддерживает оппозицию, этих инструментов не освоила. А их противники, в среднем более молодые и имеющие у себя на службе большие научные силы - да, освоили. Поэтому в войне за умы тех, кому меньше сорока, они выигрывают - вопреки той страшной жизненной реальности, которую создали. Наши слова не убеждают молодых, ибо мы опираемся на образы той картины мира, которая уже стерта в их умах.

* Конечно, это преимущество демократов временное, но сегодня время очень много значит. Если глядеть в суть конфликта, то как раз демократы следуют идеологии, совершенно враждебной новой картине мира, они пошли на огромный обман. Но дело-то в том, что он им удается, ибо "инструменты" глухи к морали, а инструментами они владеют. И даже не то чтобы обман им удавался - мы не можем выразить правду в доходящих до сознания словах.

* Изложить я хочу один частный вопрос, но решился сделать такое длинное вступление, чтобы видно было, какая за этим вопросом общая проблема. Вопрос в том, что причины слома советского строя люди объясняют себе двумя несовместимыми способами или их комбинацией - и все это не убеждает. И тогда человек резонно желает поставить на этом крест, принять существующий порядок и пытаться как-то в нем барахтаться, не слушая оппозицию.

* Вот два "крайних" объяснения поражения СССР. Первое: объективные причины, несоответствие производительных сил и производственных отношений, кризис и т.д. (это "теория объективных законов общественного развития") Второе: заговор империалистов и предательство верхушки КПСС (это "теория заговора"). Комбинация этих факторов дает: советский строй был тяжело болен, а предательство верхушки привело его к гибели.

* Эта промежуточная формула выглядит правдоподобнее крайних, и она чаще всего употребляется. Я думаю, пора признать, что все три тезиса загоняют нашу мысль в тупик. Это хуже, чем просто неверное объяснение. Что стоит за крайними тезисами? То представление об обществе, что вытекало из представления о мире как ньютоновской машины (механицизм). Этот взгляд господствовал до начала ХХ века (до кризиса в физике), но по инерции он влияет на наше мышление до сих пор. Из него вышло само понятие "объективных законов", сходных с законами Природы.

* То, что такие законы существуют - вера, которую очень трудно рассеять. Никаких доказательств их существования нет. И уже когда эта вера внедрялась в общественную мысль, были ученые, которые взывали к разуму. В экономике их называли "реалистами". Они говорили, что в экономике нет никаких "объективных законов", самое большее, тенденции. В реальной жизни эти тенденции проявляются по-разному в зависимости от множества обстоятельств. Приводили такую аналогию. Камень падает вертикально вниз согласно закону Ньютона. Слабые воздействия вроде дуновения ветерка (флуктуации) не в силах заметно повлиять на скорость и направление движения камня. А возьмите сухой лист. Он, конечно, тоже падает - но вовсе не согласно закону. Падать - его тенденция. В реальной жизни при малейшем дуновении лист кружится, а то и уносится ввысь. В жизни общества все эти дуновения не менее важны, чем законы.

* Люди моего поколения помнят, как в начале 60-х годов всех поразила изобретенная в волейболе подача "сухой лист". Мяч подавали так, чтобы он совсем не крутился. Не испытывая стабилизирующего (как у пули) эффекта вращения, мяч падал, как сухой лист. Предвидеть его траекторию и хорошо принять было очень трудно. Даже такое тяжелое тело как мяч плясало в воздухе из-за малейших, непредсказуемых колебаний давления.

* Что же вытекает из идеи "объективных законов"? Уверенность в стабильности, в равновесности общественных систем. Чтобы вывести эту машину из равновесия, нужны крупные общественные силы, "предпосылки" (классовые интересы, назревание противоречий и т.п.). И если уж произошло такое колоссальное крушение, как гибель СССР, то уж, значит, "объективные противоречия" были непреодолимы.

* И люди, даже здравомыслящие, этому верят, хотя на каждом шагу в реальной жизни видят отрицание этой веры. Вот здоровяка-парня кусает тифозная вошь, и он умирает. Какие были для этого предпосылки в его организме? Только его смертная природа. Вот деревянный дом сгорел от окурка. Ищут "предпосылки" - свойство дерева гореть. Но это ошибка. Здесь виноваты именно не законы, а "флуктуации" - вошь, окурок.

* "Теория заговора" в конечном счете исходит из того же видения общества: чтобы сломать или повернуть "машину", должна быть создана тайная сила, захватившая все рычаги. Где-то принимается решение, оно по секретным каналам доводится до исполнителей, приводятся в движение все колеса невидимого механизма - и вот вам национальная катастрофа. При таком видении общества "тайные силы" (масоны, евреи, ЦРУ, КГБ - каждый выбирает по своему усмотрению) внушают страх, ибо они по своим масштабам и мощи должны быть сравнимы с той общественной системой, которую желают сломать.

* Политики и идеологи нынешнего режима активно вбивают нам в головы обе эти версии, подсовывая желательное им объяснение событий. Для интеллигенции, чьи мозги промыты истматом, - песенка об "объективных законах" и издевательство над теми, кто верит в "заговор". Вылезает Шахрай, так трактует беловежский сговор: "Не смешите меня! Не могут три человека развалить великую державу". Дескать, рухнула под грузом объективных противоречий. Еще раньше придурок из Межрегиональной группы пророчил: "Все империи рухали , и СССР должен рухнуть". Мол, объективная закономерность.

* А для тех, кто верит в заговор, создают образ всесильной "мировой закулисы". Когда такой человек смотрит телевизор, видит его дикторов, могущественных банкиров, Ясина да Лившица, у него опускаются руки - "все схвачено".

* Обе теории устарели и объясняют реальность плохо ("теория заговора" - все же получше). За последние полвека наука преодолела механицизм и обратила внимание на неравновесные состояния, на нестабильность, на процессы слома стабильного порядка (переход из порядка в хаос и рождение нового порядка). Для осмысления таких периодов в жизни общества старые мыслительные инструменты не годятся совершенно. В эти периоды возникает много неустойчивых равновесий - это перекрестки, "расщепление путей". В этот момент решают не объективные законы, а малые, но во-время совершенные воздействия. На тот или иной путь развития событий, с которого потом не свернуть, может толкнуть ничтожная личность ничтожным усилием. В науку даже вошла метафора "эффект бабочки". Бабочка, взмахнув крылышком в нужный момент в нужном месте, может вызвать ураган.

* Да мы и без метафоры знаем: глупый турист в горах крикнул от избытка чувств - и с гор сходит лавина, сметая поселок. Пласт снега, подтаяв, был в неустойчивом равновесии. Уже завтра, осев чуть больше, он прошел бы эту точку, равновесие вновь стабилизировалось.

* Великими политиками, революционерами становились те люди, которые интуитивно, но верно определяли эти точки "расщепления" и направляли события по нужному коридору ("сегодня рано, послезавтра поздно"). Сейчас интуиция дополняется научным знанием, планомерными разработками. Но главное, тем, что большое число людей уже мыслит с помощью новых понятий-инструментов. Эти люди как бы видят все процессы иными глазами, им просто видно, что происходит и где зреет эта "точка расщепления", на которую надо воздействовать.

* Почему в эти периоды общественных кризисов (возникновение хаоса) теория "объективных законов" делает людей буквально слепыми, очевидно. Эти люди уповают на свои законы и безразлично относятся к ходу событий, а когда рассерчают, беспорядочно тыкают кулаком или дубиной - не там, где надо, и не тогда, когда надо.

* Но и "теория заговора" делает людей беспомощными. Какой заговор, это нормальная работа сереньких, усталых, не обладающих никакой тайной силой людей. Они просто включены в организацию и владеют технологией. И не столько важна спутниковая связь или телевидение (хотя и они важны), как технология мышления. Потому что средства воздействия, которыми располагают "заговорщики", действуют только на людей, не владеющих этой технологией. Так многотысячные армии ацтеков склонялись перед сотней конкистадоров, потому что те были верхом, а индейцы не знали лошадей. Они принимали испанцев за богов, кентавров, против которых нельзя воевать. Уже потом они провели эксперимент и убедились в своей ошибке: погрузив труп убитого испанца в воду, они обнаружили, что он "нормально" гниет. Значит, не боги! Можно воевать! Но было уже поздно.

* Конечно, сегодня новые технические средства позволяют небольшим организованным группам оказывать на равновесие большое воздействие. В мире, например, с помощью компьютерных сетей совершаются финансовые махинации, которые не только способны разорить крупный банк, но даже целую страну. Так утопили мексиканское песо и экономику огромной страны. Чтобы не дать процессу пойти по худшему пути, Клинтон молниеносно, не дожидаясь Конгресса, вопреки закону дал Мексике кредит в 25 млрд. долл. - остановил ураган, поднятый "бабочкой" кучки банкиров-спекулянтов. В этот момент он не ссылался ни на объективные предпосылки, ни на козни масонов - он знал, как действуют махинаторы и как возникает хаос.

* Дестабилизация всех равновесий в организме СССР проводилась терпеливо и планомерно в течение полувека (холодная война). И наш организм продемонстрировал поразительную устойчивость - нас буквально облепили вшами и вирусами, а прикончить никак не могут. Когда к власти пришла бригада, открыто и сознательно перешедшая на службу противнику, она блокировала почти все противодействия, которые могли бы восстанавливать стабильность. Это прекрасно видно на всей истории разжигания войны в Карабахе. Но и тут не было никакого "заговора", была нормальная, почти открытая работа. Люди просто "не видели", у них были на глазах шоры из устаревших понятий.

* Вся перестройка была проведена в основном "крылышками бабочек" - с помощью ложных идей и провокаций. СССР оказался особенно хрупок и легко скатывался в хаос именно потому, что большую роль в нашей жизни играла интеллигенция с ее духовностью и впечатлительностью. Под воздействием идей и провокаций она шарахалась, как обезумевший табун. Дуновения идейного ветерка пробегали по всей ее массе, как нервный импульс. Так стая сельдей вся враз поворачивает, бросаясь за "лидером" - она получает сигнал через вибрацию воды.

* Провокации, которые заставили шарахаться "активный слой" в СССР, могут показаться блестящими. Горбачев, как Иван Карамазов убийство отца, организовал ГКЧП. А Ельцин столкнул неустойчивое равновесие в следующий коридор (а может, Горбачев и сам хотел уйти, как жертва). Но успех этих сравнительно простых махинаций был прежде всего обязан несоответствию нашего мышления. Ну как такой умный и честный человек, как премьер Павлов, мог не увидеть ловушки в ГКЧП? Ну как Макашов мог пойти бить стекла в мэрии?

* Конечно, есть силы, интуитивно совершающие действия, которые если и не восстанавливают равновесия, хотя бы "не пускают" процесс по наихудшему пути. Они "ремонтируют" нас, нейтрализуют вирусы. И смотрите, какой эффект они оказывают! Невзоров своими "600 секунд" во многом блокировал сильную идеологическую машину режима - на несколько самых тяжелых лет. Двухминутная песня Татьяны Петровой служит целому залу прививкой против духовной заразы.

* Жизнь заставляет осваивать новые инструменты мысли, не верить спектаклям, чувствовать подвох. Долг интеллигента, который преодолел хаос в своей душе, помочь окружающим перейти на новый уровень рациональности.

* ("Советская Россия". Октябрь 1996 г.)

*

*


Час сомнений (Опять о бабочке и законах развития)

* Целую бурю критических откликов вызвала серия статей, где я выражаю сомнение в существовании "объективных законов общественного развития" - говорю о неспособности истмата объяснить кризис в России. Можно было бы сказать критикам: вы верите в эти законы - на здоровье, не будем спорить. Но вопрос важный, и попытаюсь наладить разговор. Ибо вера в законы, которые, на мой взгляд, не дают ориентира для действий, нас парализует. В одном письме прямо говорится: "Я верю в закон отрицания отрицания, и потому спокойна: социализм восстановится".

* Понимаю, что протяну мостик не ко всем читателям: многим трудно отказаться от веры и освоить новые способы мышления. Но другие к этому готовы, и надо не только греющие душу разговоры вести. На одной ругани Чубайса далеко не уедешь.

* Обращаю внимание авторов писем: почти все впадают в такое противоречие. Они меня хвалят за "хорошие" статьи, только не велят "нападать на истмат". Но ведь все мои статьи - это одна большая статья, я тяну одну и ту же ниточку и понемногу подвожу к такому общему взгляду на историю, который именно преодолевает истмат. Ни одна моя статья не должна нравиться моим критикам! Если нравятся, значит, они истмата не то что не знают - не чувствуют. Они просто придумали себе удобную скорлупу.

* Второй мой вывод из писем печален. Тот упрощенный истмат, который нам капали в мышление, создал плотный фильтр - через него проникает мало современного знания о мире, человеке и обществе. А то, что проникает, уминается в привычную схему и как бы перестает быть знанием - так, эрудиция. Например, людям не верится, что идеологии вырастают из картины мира. Что тот, кто видел мир через законы Ньютона, был идеологически подготовлен и к конституционной монархии, и к теории рыночной экономики Адама Смита. А тот, кто не верил Ньютону, воспринимал эти идеологии как бред. Что третий закон Ньютона совершенно преобразил представление о взаимоотношении власти и гражданина: раньше власть была "наверху", а гражданин пассивно принимал ее "силу", а теперь обе стороны стали активными партнерами по взаимодействию ("сила равна противодействию"). Вещь из учебника, а у нас многим неизвестна.

* Я подозреваю даже, что очень многие считают, будто наука - явление объективное и чуть ли не вечное, между тем как она возникла недавно, всего четыре века назад, и уже начинает "преодолеваться". Сама идея, что Природа подчиняется "законам", очень необычна и с огромным трудом воспринималась вне Запада с его идущим от Рима культом закона. В Средние века петуха, несшего яйца (в Европе и такое бывает), торжественно судили и отправляли на костер как "преступившего Закон Природы" - а в Китае его бы придушили тихонько, как что-то неприличное. Но идея "законов Природы" подтверждена огромным числом наблюдений и экспериментов, и ее можно принять как надежно установленную.

* Иное дело человеческое общество. Многие читатели просто считают его "частью Природы". Если речь идет о популяции биологического вида "человек", то здесь, конечно, действуют законы Природы, но ведь речь не об этом. Мы говорим об истории как отношениях между людьми, не сводимых к биологии. Человек создал искусственный мир - культуру. Его жизнь в этом мире определяется не только физиологией и даже не только материальными интересами, но и идеалами.

* Материализм в истории (истмат) - важная для анализа модель, абстракция, в которой история представлена как борьба за интересы. Как любой абстракцией, ею надо пользоваться осторожно, только для анализа и только в пределах ее применимости. Но эту элементарную вещь, о которой твердил и Маркс, начисто забыли. Конструкции истмата ("законы") стали лихо применять для синтеза - объяснения реальной жизни и даже предсказания. Это - как раз нарушение норм научного мышления. Результаты просто фатальны - "мы не знаем общества, в котором живем".

* Обычно в тех же письмах, где критикуют мой "ревизионизм", дается простое объяснение краха СССР. В нем две материалистических причины: эксплуатация рабочих номенклатурой и уравниловка. И авторам писем достаточность этих причин кажется абсолютно очевидной, они даже удивляются - о чем еще спорить, все ясно, как божий день. Из такого объяснения следует, что в СССР жило 250 миллионов дураков, чему поверить невозможно. Ибо рабочие предпочли несравненно более жестокую эксплуатацию "новых русских" - и терпят ее. Во-вторых, сломав "уравниловку", они резко снизили свое потребление. Кто же в здравом уме сделает такой выбор? Вот и приходится истматчикам придумывать совсем не материалистический довод: людей "зомбировали".

* Мои критики, не сомневаясь в своей правоте, поступают самонадеянно. Они не пытаются как-то объяснить, почему же я ("умный, проницательный" и т.п.) вдруг впадаю в очевидную для них глупость. Ну хоть бы не считали меня умным - все-таки была бы какая-то логика. Но дело-то не во мне. Я же излагаю точку зрения множества умных, ученых людей, которые к вопросу относились очень ответственно. Более того, когда я "выхожу за рамки", то будьте уверены: сначала я "прокатываю" вопрос в понятиях истмата, а уж потом дополняю анализ теми инструментами, которые созданы в других подходах. А у большинства убежденных материалистов я не вижу и истматовского анализа - простое применение "всемогущих" формул. Они, кстати, часто являются просто красивыми метафорами вроде: "насилие - повивальная бабка истории". Вот и ждем, когда эта бабка на нас навалится.

* Когда говорят об объективных законах общественного развития не как об условности, позволяющей упорядочить мышление при "первом подходе" к реальной проблеме, а как об исчерпывающем способе осмысления, то исходят просто из веры. Ибо культура - столь разнообразная и гибкая система, что никакого закона, предопределяющего ход истории, на опыте выявить невозможно.

* Почти во всех письмах мне напоминают о "законе соответствия производительных сил и производственных отношений". Я и сам о нем помню, но никогда не считал, что это - очевидная или установленная на опыте вещь. Где наблюдается и как можно предвидеть соответствие или несоответствие? Ведь закон имеет ценность лишь когда позволяет предвидеть. Когда он сильнее частностей, когда он "пробивает себе дорогу" через массу конкретных обстоятельств. Мы же в истории на каждом шагу видим сплошь отрицание этого закона - комбинации частностей весомее закона.

* Вот, Япония сделала мощный рывок в развитии своих производительных сил, когда правящий слой силой государства навязал обществу производственные отношения, копирующие социальное устройство XI века. Тогда, в эпоху феодальной раздробленности и непрерывных войн сложился симбиоз трех сословий. Общины крестьян и цеха ремесленников брали на прокорм и обеспечение дружины самураев, и те их охраняли. В конце XIX века так устроили промышленные корпорации: самураев и ремесленников император послал в Европу учиться на предпринимателей и инженеров, а крестьянские общины переместили на фабрику, как рабочих. Оказалось, "соответствует" наилучшим образом - но попробуйте вывести это из истмата.

* Возьмем США. В эпоху уже развитого капитализма возникает рабство, да еще какое. По велению истмата мы заучили миф, что оно было неэффективным. Это неправда. Оно не только было невероятно эффективным, но раб даже работал вдвое лучше наемных белых рабочих (в страду их нанимали, если нехватало негров). И мало кто знает, что при этом раб получал еще зарплату в среднем вдвое большую, чем белый. А почему так было? Потому, что африканцы (а управляющие плантациями практически всегда сами были рабами) по привычке легко составляли коллективы, а белые рабочие-протестанты были индивидуалистами, и их включить в сложно организованную бригаду не удавалось. Фундаментальное исследование экономики Юга США, основанной на рабстве, вызвало скандал в научном сообществе. Это исследование подрывало истмат, который западные ученые тайком исповедуют. А для нас оно очень важно, ибо многое говорит о том, какой колоссальной производительной силой может быть общинность.

* Случаи, которые не вписываются в "закон", составляют норму, а "правильные" - исключение. Какой формацией был фашизм, при котором производительные силы Германии бурно развились? Частная собственность - и государственное планирование, классовое сотрудничество капиталистов и рабочих, полная занятость и т.д. А когда речь заходит об империи инков, все стыдливо умолкают: их формация почти в точности отвечала образу социализма. Не прошли ацтеки ни рабства, ни феодализма, ни капитализма - все не по закону.

* По закону о "соответствии" весь советский социализм был сплошным нарушением, и мы чуть ли не радоваться должны, что наконец-то Ельцин и Чубайс исправили ошибку русской истории. Почему же и зачем я должен в этот закон верить? Он же мне ничего не объясняет, но зато меня разоружает в борьбе с чубайсами. Всему свое место и время. Представьте, что Жуков в 1941 г. планировал бы операции, мысля в терминах истмата.

* Во многих письмах поминают и другой закон, который мы не выполнили и вот - законно уничтожены. Это о том, что та формация прогрессивнее, которая обеспечивает более высокую производительность труда.

* Я-то считал, что ошибочность этого ленинского положения давно всем очевидна. Ан нет. Ленин сказал это, когда мир казался неисчерпаемой кладовой ресурсов. И "выжимать" больше продукта из живого труда было выгодно. Но увеличение производительности требовало непропорционально больших расходов энергии. И когда поняли реальную стоимость этого невозобновляемого ресурса, разумно стало искать не наивысшую, а оптимальную производительность. Например, по производительности фермеры США вроде бы эффективны, а по затратам энергии (10 калорий на получение одной пищевой калории) недопустимо, абсурдно расточительны. Следовать их примеру не только глупо, но и в принципе невозможно.

* Кстати, погоня за наивысшей производительностью, выгодная с точки зрения монетаризма, разрушает не только энергию, но и сам "сэкономленный" ресурс - человека. Спорил я как-то с другом, капитаном испанского рыболовного траулера. Он говорит: "Вы нарушали закон Ленина о производительности труда. Когда мы проходили мимо советского судна, наши рыбаки смотрели с ненавистью: свободные от вахты русские загорали, играли на палубе в шахматы. А у нас на таком же судне было вдвое меньше персонала, и работали по 16 часов в сутки. Из каждого рейса я вез одного-двух под охраной - сходили с ума". Я спрашиваю: "Ну и что же тут хорошего? Ведь в порту у вас оставалось столько же безработных, которые гробили себя наркотиками. К чему такая производительность?". "Так ведь Ленин сказал", - а больше справедливых аргументов и не было. А несправедливые (вроде выгоды для хозяев) он и сам не хотел применять. Он год над этим думал, а потом признал, что у советских рыбаков было лучше, и в данном случае критерий производительности социализму не нужен.

* А возьмите такое боевое оружие истматчика, как "закон стоимости". К началу 70-х годов основная масса советской интеллигенции уверилась, что наша экономика безнадежно порочна, ибо не соблюдает закон стоимости ("волюнтаризм"). А объективные законы никому не дано безнаказанно нарушать! Стоимость определяется общественно необходимым временем на производство товара и выявляется на рынке, при эквивалентом обмене. Что все это - абстракция, что в жизни ничего похожего нет, начисто забыли. И советский строй стали ломать вполне реально.

* Взять хотя бы такую мелочь, что даже в идеальной (воображаемой) рыночной экономике для выполнения эквивалентного обмена необходим свободный рынок товаров, финансов и рабочей силы. Но его же нет. Протекционизм только рынка труда индустриально развитых стран обходится "третьему миру", по данным ООН, 500 млрд долл. в год, то есть масштабы искажений колоссальны.

* Как сказано в Докладе Всемирного экономического форума в Давосе, в развитых капстранах занято 350 млн человек со средней зарплатой 18 долл. в час. В то же время Китай, бывший СССР, Индия и Мексика имеют рабочей силы сходной квалификации 1200 млн человек при средней цене ниже 2 долл. (а во многих областях ниже 1 долл.) в час. Открыть рынок труда для этой рабочей силы в соответствии с "законом стоимости" означало бы экономию почти 6 млрд долл. в час! Иными словами, экономика "первого мира" при действии закона стоимости являлась бы абсолютно неконкурентоспособной. И "закон" просто выключен действием вполне реальных, осязаемых механизмов - от масс-культуры до авианосца "Индепенденс". Выключен этот закон уже четыре века, и в обозримом будущем уповать на него не приходится. Так чем мы должны руководствоваться - реальностью или воображаемым законом стоимости?

* А посмотрите, как разоружают оппозицию заученные в истмате истины вроде "бытие определяет сознание", "базис первичен, надстройка вторична" и т.п. Раз так, то нечего беспокоиться об идеях - ужасное бытие само заставит людей бороться за социализм. Но ведь это совсем не так, это даже просто глупо. Материальная нужда может только погнать студентов с лозунгом "Хочу есть!" - на большее не надоумит. Ведь и сам Маркс предупреждал: "Идея становится материальной силой, если овладевает массами". Он как бы вводил идеальные стороны жизни в рамки истмата - но даже этого мы не учли.

* Так и получилось, что советский строй разрушали идеями, маскируя их якобы материальными проблемами. А блокировать разрушение мы не могли - уповали на объективные законы. Это даже не вина, а беда наша: весь период сталинизма мы прожили в крайнем напряжении, и на освоение современного мышления руководство не шло - боялись раскачать лодку. Но сейчас, покуда мы в оппозиции, мы просто обязаны это сделать, это время для нас - подарок судьбы, как время реакции после 1905 г. для большевиков.

* Я мог бы понять, если бы против моих осторожных приглашений восстали из-за того, что я протаскиваю идеализм, мистику, реакционные теории. Нет, речь идет об ученых-материалистах, часто даже о марксистах, но не образца 1891 г., как винтовка Мосина. Вот вам пример к вопросу о "соответствии производительных сил", первичности базиса и т.п.. Его приводит М.Вебер, крупнейший социолог, подошедший в анализу капитализма с другой стороны, нежели Маркс - через культуру, через реальный, но идеальный срез жизни. Конец XIX века в Германии. Хозяин нанимает жнецов - все немцы, внешне неразличимы, молодцы как на подбор. Но одни католики, а другие протестанты. Работают одинаково. И тут хозяин, торопясь убрать хлеб, удваивает плату за уборку десятины. Происходит нечто, для истмата необъяснимое. Жнецы-протестанты, чтобы использовать удачный момент, работают чуть не целыми сутками, доупаду. А католики начинают работать ровно половину прежнего - а потом идут в пивную или на речку. Как же так? Ведь закон же объективный! Абстрактно, да. А на деле такой идеальный фактор, как религия, намного важнее. Для протестанта богоугодна нажива, а для католика - достаток. Заработав привычную сумму, он не гонится за наживой.

* Скажете, это - мелочь, но из таких мелочей и складывается реальность. И нам надо бы оставить абстракции до лучших времен, а самим научиться понимать именно реальность. Она поддается и изучению, и пониманию - если мы применяем годные именно для нынешней, нашей реальности слова и средства.

* Мне иногда ставят такой трудный вопрос. Сейчас в коммунистическом движении возникло как бы два видения реальности, два языка. Одни (РКРП и близкие группы) в основном используют привычные понятия истмата, заостряя внимание на классовой борьбе. Другие (ряд деятелей КПРФ) почти не применяют этих понятий, перейдя на "державную" риторику и видя в происходящем прежде всего конфликт цивилизаций. Если учесть, что быстро выработать принципиально новый язык нельзя, какая из двух крайностей хуже, в каких понятиях мы дальше отходим от реальности?

* Обе крайности плохи, а какая окажется хуже, зависит от того, как пойдут дела и насколько гибким будет мышление. И лозунги, и язык будут меняться в зависимости от обстановки. Лучше выявить слабости каждой схемы. Если бы удалось поладить с режимом Ельцина добром и приостановить разрушение всех систем жизнеобеспечения России, то державная риторика позволила бы объединить более широкий фронт, чтобы начать восстановительную работу. Небольшая надежда на такой исход еще есть, и шанс надо использовать.

* Если же этот мизерный шанс будет утрачен, и массы перейдут к активному сопротивлению (а это будет самоускоряющимся процессом), то им потребуется язык борьбы. И самый простой и понятный язык - это язык классовой борьбы. "Смерть буржуям!" - такие надписи уже появляются в подземных переходах. С точки зрения цивилизационного конфликта, он в случае победы трудящихся будет решен в пользу России мимоходом - она выживет и как цивилизация (так получилось и с большевиками). На державной риторике, с опорой на "национальный капитал", победить, на мой взгляд, в принципе невозможно. Но самое страшное, что с этой риторикой невозможно и "прилично" проиграть - достигнув какого-то "дна" (скажем, превратившись в колонию). Для нашего падения дна не существует - дело неминуемо дойдет до полного разбегания России и массовой гибели людей.

* ("Советская Россия". Ноябрь 1996 г.)

*


От философии угнетенных - к философии борцов

* Моя статья "Час сомнений" (28.10.1996) вызвала поток возмущенных писем. Общий мотив такой: "наконец-то С.Кара-Мурза с открытым забралом выступил против Маркса и Ленина". Письма интересные, но их много, и я отвечу лишь на главные, повторяющиеся идеи.

* Есть люди, которые уже отчаялись и потеряли ориентиры. Их, судя по письмам за три года, становится больше. Тут уж речь не о споре, а о сигнале: растет число людей на грани срыва. Я неосторожно упомянул фашизм как явление, выпадающее из схемы истмата - мне пишут, что я веду геббельсовскую пропаганду, "налицо восхваление автором фашизма". Я пишу о том, как понимаю тактику КПРФ: "Если бы удалось поладить с режимом Ельцина добром и приостановить разрушение всех систем жизнеобеспечения России, то державная риторика позволила бы объединить более широкий фронт, чтобы начать восстановительную работу. Небольшая надежда на такой исход еще есть, и шанс надо использовать". На это, уже не обращая внимания на следующий абзац, шлют проклятья и угрозы аннулировать подписку на газету, которая печатает агентов Ельцина, получающих от него щедрую награду за счет ограбленного народа. Кое-кто даже напоминает "агенту Ельцина", что "придет час расплаты". Один читатель называет всех поименно членов редколлегии и ставит вопрос ребром: "Если вы согласны с С.Кара-Мурзой, то будьте вы все прокляты!".

* Конечно, если КПРФ свой шанс не использует, борьбу возглавят именно эти люди. Пусть уж тогда они победят, мы будем помогать - это все же лучше, чем подохнуть под Чубайсом. Но победа их обойдется уж слишком дорого, намного дороже, чем в 1917-1937 гг.

* Кое-кто даже объясняет, в чем мой тайный союз с Ельциным и Чубайсом: "у трудящихся отобрали собственность, власть, а теперь отнимают и истмат - философию угнетенных". Лучше не скажешь. Потому-то у людей и отняли и собственность, и власть, что они следовали философии угнетенных. А нужна философия борцов и победителей. Недаром вся демпресса и ТВ продолжает накачивать в сознание истмат: "СССР рухнул в силу объективных законов исторического развития", "советское хозяйство пришло к краху из-за нарушения объективных экономических законов". И кто это накачивает? Те же профессора истмата, чьи учебники мы зубрили. Истмат, ставший "социальной религией", оказался более сильным опиумом для народа, чем "религиозная религия".

* Чем объясняют мои оппоненты тот факт, что я "сбросил маску"? Студент-историк разумно предполагает, что к "нападкам" на истмат меня побудило "поражение социализма в холодной войне". Но он считает, что эта катастрофа не должна поколебать устоев: "И все же я хочу спросить С.Кара-Мурзу: похоронил ли Чернобыль атомную физику?". Отвечаю на этот удивительно точный вопрос. В Чернобыле произошел отказ не атомной физики (она работала безотказно), а устаревших представлений о системе "человек-машина". Эти устаревшие представления по своему типу были, кстати, очень близки к истмату (выросли из общего корня). Так вот эти представления Чернобыль похоронил, хотя они так и тянут свои руки из могилы. Но это было настолько трудно, что человека, который изучал Чернобыль и первым во весь голос поставил под сомнение всю общепринятую доктрину технологических рисков, - академика В.А.Легасова - довели до самоубийства. Тот шажок от истмата, что предлагаю сделать я, несравненно меньше того, что сделали наука и технология после Чернобыля - хотя катастрофа СССР сравнима с Чернобылем.

* Многие авторы писем не признают никаких полутонов. Стоило заикнуться о "преодолении истмата" - даже не о его отрицании, а всего лишь о выходе за его рамки при анализе ограниченного круга проблем (кризиса России) - это сразу названо отказом от марксизма-ленинизма и даже отказом от материализма. Выходит, весь материализм - в истмате? Так мыслил Ноздрев: "Все, что ни видишь по эту сторону, все это мое, и даже по ту сторону, весь этот лес, который вон синеет, и все, что за лесом, все мое". И спорить бесполезно. Мне пишут: "Вы, как я полагаю, прочитав пример о жнецах, сторонник идеализма". Поясню: я привел пример Вебера о том, как религия влияет на бытие (трудовую этику жнецов). Какой же это идеализм? Это просто этнографическое наблюдение, материализм чистой воды.

* Как раз истмат очень грешит идеализмом. Ради заострения его главной идеи уже классики истмата создавали идеальные образы, совершенно не отвечающие реальности бытия. А их последователи вообще забыли об условности и стали вести себя так, будто в жизни действуют эти идеальные образы, а не реальные силы. Вот, в "Коммунистическом манифесте" сказано, что рабочие не имеют отечества. Ради акцента на классовой борьбе принижено значение национального фактора, создан идеальный образ "пролетариата всех стран". Ну, манифест - это вроде поэмы. Но ведь советский истмат уже всерьез исключил национальную проблему из рассмотрения. Утверждалось даже, что в СССР национального вопроса не существует. Вот это - идеализм. Следование таким идеальным фикциям обошлось дорого.

* Кстати, пример с жнецами поминают очень многие авторы писем - и именно в ключе истмата. Все как один считают, что ничего странного в случае с жнецами нет (а я да Вебер, два дурака, не поняли). Мне пишут: "Истина состоит в том, что жнец-протестант - порождение утвердившегося буржуазного строя, содержанием бытия которого являются богатство и нажива. А жнец-католик воскресил традиции ушедшего феодального общества". Но почему католик "воскресил", а протестант совсем наоборот, "не воскресил", хотя бытие их протекает в одной деревне - на такие мелочи истмат внимания уже не обращает. На деле-то как раз буржуазное общество утвердилось благодаря протестантизму, а не наоборот. Вебер на эту тему написал целую книгу, собрав огромный объем данных. Но он - "буржуазный социолог-оппортунист", и про него мои оппоненты такого понаписали, что и от А.Н.Яковлева в бытность его начальником идеологии КПСС слышать не приходилось.

* Чуть не в каждом письме напоминают, что истмат - не догма, а вечно живое учение, его надо развивать. На деле же отношение к нему поистине религиозное, и каждая робкая попытка "развития" вызывает такую болезненную реакцию, что десять раз подумаешь, прежде чем слово сказать. Меня удивило, что никто из явно любящих свое дело истматовцев, приславших письма, не отметил, что в статье "Эффект бабочки" сделан шаг именно в развитии, а не "преодолении" истмата. В той статье в полном соответствии с принципами истмата общество уподоблено природной системе. Только в классическом истмате общество описывается аналогиями с равновесными системами (механическими или энергетическими), а здесь - с системами неравновесными или в состоянии неустойчивовго равновесия, при возникновении в системе хаоса, катастрофы. Но это еще - самый настоящий истмат, только впитавший в себя знание о новом классе систем, знание второй половины ХХ века. И то реакция сугубо отрицательная.

* Можно ли обойтись таким "развитием" (а ведь и оно встречается в штыки)? Считаю, что нельзя, хотя и это было бы большим шагом вперед, очень полезным. Но его недостаточно, потому что истмат жестко задает схему развития, схему смены поколений машины-общества - социально-экономических формаций. Худо-бедно, эта схема приложима к Западу, но очень плохо описывает исторический процесс в незападных цивилизациях. Создатели истмата и не претендовали на всеохватность, их интересовал именно Запад, а не "азиатский способ производства". Чтобы понять Россию, совершенно необходимо выйти за рамки "формационного" подхода истмата и использовать другой, хорошо развитый, но не истматовский подход - "цивилизационный". Но это - особая тема.

* В большинстве писем отвергаются примеры, которые я привел в своей статье - высокая эффективность основанной на рабстве экономики Юга США и опыт развития Японии. Оба эти явления, которые считаются в обществоведении весьма сложными и вызывают яростные споры, оказывается, без всяких затруднений объясняются истматом. Авторы писем указывают мне на это даже с какой-то жалостью: мол, оторвался от марксизма и перестал понимать простейшие вещи. Разве не ясно: в Японии сработал технический прогресс, а на плантации кнут надсмотрщика. Такое всесильное, все объясняющее учение не только преодолевать - даже развивать не надо. И никакого любопытства, хотя я уверен, что утверждение о высокой эффективности рабского труда в США почти для всех должно быть неожиданным. У нас (да и в США со времен победы Севера) господствовала противоположная точка зрения.

* К сожалению, все мои оппоненты обходят важнейший, по-моему, вопрос: можно ли считать законами утверждения, которые в реальной практике не обладают предсказательной силой? В естественных науках ответ однозначен: законами считаются только такие "сильные" и устойчивые отношения, которые подавляют частности, пробивают себе дорогу через массу случайностей. Иными словами, позволяют надежно предвидеть поведение системы.

* Никто не оспаривает моего сомнения в том, что "законы истмата" такой силой обладают. На это мне дают три типа оправданий. Во-первых, "настоящие" законы истмата не всякому дано знать. Например, советская номенклатура после Ленина, несмотря на легион прислуживающих ей академиков, конечно, ни бельмеса в истмате не смыслила (авторы таких писем, не в пример боссам КПСС, видят законы истмата как на ладони). Доктор-философ, журя меня за "отказ от материализма", пишет: "Материалистический взгляд на мир основан на фундаментальном уровне образованности, развитой способности к логическому мышлению. Обыденное сознание не может подняться до уяснения объективных законов общества - слишком высок уровень теоретических абстракций". В изложении этого философа истмат теряет все черты научного подхода, а становится сокровенным знанием, доступным только для жрецов-посвященных. На такой истмат я и не посягал, мне до него дела нет. Размахивайте каким хотите кадилом в своих сектах для людей с "фундаментальным уровнем образованности". У меня обыденное сознание.

* Второй аргумент в том, что к законам истмата вообще нельзя предъявлять требований обладать предсказательной силой в конкретной реальности. Действие этих законов как бы ниже уровня шума, и от этого шума реальности надо отвлечься, чтобы узреть закон: "Применение законов истмата к тому или иному общественному явлению тем более эффективно, чем ближе это явление к их [законов] объекту, т.е. обществу как таковому, в его целостности и развитии. Демонстрировать силу в отношении частностей, в каждом конкретном случае, закону не обязательно, тем более что частности подчас весьма субъективны". Если так, то и против этого истмата я не возражаю: пусть, кому нравится, рассуждает "об обществе как таковом". Для меня жизненно важна именно частность - как выйти из кризиса здесь, в России, и в приемлемо короткие сроки.

* Третий тип аргументов: законы истмата вообще частностей не касаются, они с ними несоизмеримы. Читатель (кстати, он четче всех выявил слабости моих примеров - во многом вызванные их "телеграфным" изложением) пишет: "Разбирать реакцию жнецов - задача социальной психологии, инструмент которой - социальный "мелкоскоп". У истмата предмет исследований гораздо протяженнее в пространстве и времени - тут инструментом может быть только "исторический телескоп"... Закон отражает тенденцию, непреложность которой заметна на достаточно длительных отрезках времени". Для примера он приводит статью Л.Н.Гумилева о том, как разные ландшафты за 2 тысячи лет сформировали разные привычки двух групп племен.

* И с этими аргументами я согласен, но ведь я прямо говорю в статье именно "о неспособности истмата объяснить кризис в России", да и всю советскую историю - процессы, которые укладываются в десятилетия. Нам нужен "ориентир для действий". Ведь я совершенно четко сформулировал слабость истмата именно в этом качестве: "Материализм в истории (истмат) - важная для анализа модель, абстракция, в которой история представлена как борьба за интересы. Как любой абстракцией, ею надо пользоваться осторожно, только для анализа и только в пределах ее применимости. Но эту элементарную вещь, о которой твердил и Маркс, начисто забыли. Конструкции истмата ("законы") стали лихо применять для синтеза - объяснения реальной жизни и даже предсказания. Это - как раз нарушение норм научного мышления. Результаты просто фатальны - "мы не знаем общества, в котором живем". Разве я предлагаю "отбросить" истмат как полезную абстракцию?

* Те, кто сегодня озабочен соответствием производственных отношений производительным силам "в обществе как таковом" через 2000 лет, я скажу: на здоровье. Хоть наизусть выучите учебник Келле и Ковальзона. Но почему надо с таким жаром проклинать статью, которую я адресовал тем, у кого другие задачи? Я же предупредил: "Всему свое место и время. Представьте, что Жуков в 1941 г. планировал бы операции, мысля в терминах истмата". А мне отвечают, что у Жукова по истмату была в академии пятерка.

* Почти все авторы писем приводят такой довод в защиту истмата: Кара-Мурза критикует истмат вульгарный, плохой, испорченный. А настоящий истмат - умный. Вот, Энгельс сказал то-то, а Ленин то-то - попробуй-ка опровергни. Это довод негодный. Истмат - это не десяток умных мыслей Маркса и Энгельса, а доктрина, ставшая частью официальной советской идеологии. Доктрина быстро оторвалась от ее творцов и стала жить своей жизнью, потому-то Маркс и заявил, что он - не марксист. Реально истмат был слеплен в партийных "лабораториях" в советское время и вовсе не исходя из идей классиков, а на потребу дня - не для предвидения, а для оправдания практики. Если Политбюро не находило другого выхода, кроме коллективизации, то ни на какой истмат Сталин не смотрел, а шел напролом - потом академик Ойзерман докажет, что именно это решение и вытекало из объективных законов общественного развития. Возьмите хотя бы такую мелочь: почти все уверены, что истмат предполагает существование социализма как особой формации. Но Маркс и Энгельс никогда этого не утверждали. Это - изобретение самих истматовцев, на зарплате и пайке.

* Почти все советские люди "диалектику учили не по Гегелю". Старики, которые "под пулями от буржуев бегали", имели еще ясные представления о жизни. Последующие поколения черпали истмат из учебников, а вовсе не из Энгельса и Плеханова. Об этом, реальном истмате я и говорю. А мне отвечают, что где-то в пещере есть чистый, незамутненный источник XIX века, и ты его не тронь. Ради Бога, пусть остается в своей незамутненности, охраняйте его. Но людям пить-то надо, а пьют они гнилую воду из болота истмата сусловско-брежневского розлива. Почему же "истинные" истматовцы, имея доступ к чистому сокровенному знанию, не очистят для людей их воду насущную? Потому, что их не интересуют такие частности, как Россия и ее слом, они мыслят веками и тысячелетиями? Или еще по какой-то причине?

* Многие письма наводят на такую мысль. Истмат, хоть сокровенный, хоть вульгарный, своей жесткой схемой смены формаций подводит к мысли, что советский социализм был "ошибкой истории" - был чем-то неправильным. И потому-то основная масса профессиональных специалистов по истмату сегодня совершенно искренне находится с социал-демократами (типа Горбачева и Яковлева) или с троцкистами. А сознание тех, кто остался с "Советской Россией" и прислал мне письма с проклятиями за отступничество от истмата, раздвоено. Почти во всех таких письмах - негодование по поводу моего ответа К.Ковалеву. При этом суть нашего спора понята правильно. К.Ковалев уподобил советский строй мачехе рабочего класса, которая к тому же обзывает этот класс-Золушку "неблагодарной тварью". Основание для этого - истматовское понимание советского строя как арены эксплуатации и классовой борьбы (номенклатура против рабочих).

* Я считаю, что это понимание неверно в принципе (истмат дал сбой в понимании всего советского общества, что честно признал Андропов). Но главное, что это означает полную капитуляцию перед Чубайсом - как бы его при этом К.Ковалев ни проклинал.

* На ближайшие десять лет оппозиция, если она поднимется на борьбу, будет иметь лишь один действенный ключ к умам и сердцам людей: образ советской реальности. Он не идеален, но он воочию и даже через желудок показал всем и каждому: можно жить без голода, крови и мерзостей. Все для этого у нас есть, нужна только воля и правильный выбор жизнеустройства. То, что мы допустили в виде режима Ельцина - эксперимент. Он показал, что по всем жизненно важным показателям жизнеустройство на основе конкуренции и эксплуатации для 80 процентов людей означает горе и страдания. Надо восстанавливать солидарный образ жизни - без дефектов советского строя. Теперь это можно сделать, ибо эти дефекты сломаны вместе со строем (это как Китай резко пошел в гору после катастрофической культурной революции - она сломала всю бюрократическую систему).

* Если же мы с помощью истмата поможем опорочить образ советского прошлого как один из вариантов эксплуататорского режима и попытаемся начать борьбу как бы с чистой площадки - уже пролетарскую, классовую, то мы обречены на поражение. Мы будем иметь не больше шансов на победу, чем беднота Бразилии. Отказавшись от образа советской жизни, оппозиция узаконит существующее - оно будет уже не преступлением, не изменой Родине, не оккупацией, а просто одним из вариантов общества, основанного на рынке и частной собственности. И, согласно истмату, это общество будет законно, ибо "производственные отношения капитализма еще не исчерпали и т.д.". И в этом обществе пролетариат должен пройти все "правильные" этапы обретения классового сознания: будут луддиты, чартисты, трейд-юнионы, а лет через 100, глядишь и новый "Коммунистический манифест". Но все это - чушь. Никакого капитализма и никакого пролетариата в обозримой перспективе в России создать никто не позволит. Не для того проводится деиндустриализация. Здесь будет зона контролируемого вымирания русского народа, очистка площадки. Что об этом говорят классики истмата? Ах, они такого не предполагали?

* "Советская Россия" у нас одна, и читатели ее не вполне едины, это понятно. Если бы я знал, что беззаветных защитников истмата, которые требуют от редколлегии "не подпускать С.Кара-Мурзу к народной газете", много, я и сам бы перестал в ней печататься. Зачем огорчать людей? Но если их небольшое меньшинство, то придется как-то уживаться. Есть же страница для православных - они никак не ближе к истмату, чем я.

* ("Советская Россия". Декабрь 1996 г.)

*


В прошлое - с новым взглядом: книга Б.П.Курашвили о сталинизме

* Во многих письмах читателей есть нотка недовольства: зачем газета уделяет столько места "воспоминаниям" о советском строе. Не лучше ли перевернуть страницу истории и искать пути жизнеустройства исходя из нынешней реальности? По-моему, это невозможно.

* Ничего хорошего нас не ждет, если мы честно не осмыслим ближайшее прошлое - оно выстрелит нам в спину из пушки. Тем более, что это прошлое нами не преодолено, не изжито. Оно злодейски, предательски убито перестройкой. Даже ненавистников нашего советского прошлого мучает то, что они сотворили. Их собственные образы сделанного ужасны. Вспомним задавший весь стиль перестройки фильм Абуладзе "Покаяние": ненавистному прошлому в нем не позволено погребения по обычаю - его труп выкапывается из могилы и бросается прямо в город, отравлять всех живых. Какая же жизнь в таком городе!

* Вторая причина важнее. Даже если бы у нас не было сопротивления, сама жизнь сломала бы жалкие утопии Гайдара и Чубайса с их убогой социальной инженерией. Во многих важных чертах (не обязательно лучших) прошлое восстановится. Но чем хуже мы его будем понимать, тем более уродливым будет "обновленный" образ и тем более жестоким процесс реставрации.

* Если же искать пути не к реставрации, а к обновлению, к Добру, а не к мести (хотя без нее уже не обойтись - пепел стучит в миллионы сердец, и поиск бескровного ритуала мести стал важной задачей), то быстрое осмысление советского прошлого надо считать чуть ли не самым срочным делом оппозиции. И усилия здесь не избыточны, их совсем мало.

* Все знают, что за три десятилетия (30-50-е годы) Россия в образе СССР сделала огромный скачок в развитии и проявила небывалые, чудесные силы ума и духа. А дальше мысль не идет, это чудо так и остается просто как явление нашей истории. Оно, на мой взгляд, не понято ни "марксистами", ни "патриотами", ни "демократами". А ведь сегодня нужны уроки.

* Очевидно, что в те декады советский строй создал такие условия, в которых смогли не просто свободно, а "умноженно" проявиться силы и таланты русского духа. Может быть, единственный раз в истории вошли в "резонанс" силы личности, коллектива и государства. А обычно государство подавляло личность очень ощутимо. И потому, как правило, сила русского духа мощнее проявляла себя на краю, при ослаблении этого давления - у поморов и старообрядцев, у казаков и бунтовщиков, у поэтов и ученых, уходящих в духовную свободу. Русский человек особенно успешно укреплял государство российское, когда "наполовину" уходил из-под его пресса.

* Прекрасную канву для размышлений над сутью советского проекта дает вышедшая летом этого года в изд-ве "Былина" книга Б.П.Курашвили "Историческая логика сталинизма". В ней автор дал именно краткую трактовку советского прошлого уже с опытом перестройки и реформы. Это - взгляд через призму исторического материализма. То есть, в тех понятиях, которыми привыкли мыслить большинство советских людей.

* На мой взгляд, в рамках этого подхода сейчас вряд ли кто-нибудь в России лучше раскрыл бы тему, чем Б.П.Курашвили. Не только потому, что он - очень знающий, много видавший человек. Он - настоящий ученый (а это редкость среди научных работников), высоко ценящий истину - и в то же время умело соединяющий научный взгляд со здравым смыслом. Среди людей науки, на первое место ставящих познание, редко встречается любовь к человеку. Как говаривал Ницше, "сострадание в человеке познания почти так же смешно, как нежные руки у циклопа". В книге Б.П.Курашвили я вижу полную и ответственную любовь к реальному советскому человеку, поколениям советского времени. Без такого соединения ума и любви и подходить не стоит к трактовке сталинизма - не по зубам.

* И еще одно качество автора, позволившее успешно взяться за тему. Судя по книге, Б.П.Курашвили подолгу и усиленно думает над вопросом. По многим оговоркам и уточнениям видно, что он мысленно пробегает доводы и следствия своих утверждений в очень широких пределах. Значит, все возможные (при данном подходе) возражения уже им учтены. Такой способ работы, нормальный для естественных наук, почти не встречается у наших обществоведов, как будто их с детства отучали от тяжелого умственного труда.

* Книга Б.П.Курашвили - хорошая основа для работы. Она задает читателю "скелет", на который каждый может наращивать свои мысли и свое знание. Это даже важнее, чем убедительные выводы. Я первым и хочу воспользоваться этой канвой для гласного диалога по важным положениям книги, хоть это и необычный вид рецензии.

* Глава 1 ("Сталинизм в контексте советской истории") - как бы резюме книги и вывод: "Непреобразование авторитарно-мобилизационного социализма [того, что сложился при Сталине - К-М.] явилось коренной, сущностной причиной катастрофы советского социализма. Виноват ли в этом сам авторитарно-мобилизационный социализм? В общем, конечно, нет. В основном виноваты не Сталин и его соратники, даже если они не наметили решение задач следующего исторического этапа, а их преемники". С первой частью вывода я согласен, со второй - не вполне.

* Сталин и его соратники не только не наметили путей преобразования всего общества для жизни в "более мирных" условиях холодной войны. Они принципиально дезориентировали и разоружили нас выводом: "Социализм в нашей стране победил окончательно и бесповоротно". Этот вывод был стратегической ошибкой, которая оправдывала начавшийся распад идеологии, смертельный для СССР. Это - важнее, чем "грехи сталинщины, которые скомпрометировали социализм", отмеченные далее в выводе Б.П.Курашвили.

* На мой взгляд, и остальные выводы в совокупности показывают ограниченность истмата в объяснении нашей истории и тем более сталинизма. Это не значит, что подход истмата вообще не плодотворен - он совершенно необходим, но, на мой взгляд, недостаточен. Содержательное знание и анализ фактов в рамках истмата позволили Б.П.Курашвили поднять наше понимание сталинизма на ступень выше, чем до сих пор. Краткую рецензию на этом можно было бы и закончить. Но книга стоит большего - она просто заставляет нас ощутить грани возможностей истмата, рождает желание преодолеть эти грани, хотя бы в виде разведки.

* Попробую я это сделать, специально выискивая выводы, которые "повисают", отрываются от реальности. Выводы, в которых взвешенное и квалифицированное изложение Б.П.Курашвили фактов наталкивается, при их объяснении, на рамки истмата.

* Уже самое близкое явление, которое мы переживаем - реформу Ельцина - в рамках истмата приходится трактовать как "политику реставрации капитализма" ("новая, советская буржуазия начиналась с расхитителей, спекулянтов, взяточников..."). Исчерпывает ли это определение суть происходящего? Не думаю. Мне даже представляется, что признаков реставрации капитализма, то есть социального порядка России до 1917 г., почти нет. Есть создание совершенно нового, генетически не связанного с дореволюционной Россией уклада, превращающего страну в безгосударственное пространство как объект для паразитического высасывания ресурсов. В схему экономических формаций это не укладывается, это даже колонией нельзя считать. Та социальная группа, которая формируется в России как господствующее меньшинство ("новые русские"), не является буржуазией. "А вору дай хоть миллион - он воровать не перестанет" (Крылов).

* Это необычное, не предусмотренное классовой схемой социальное новообразование - сословие надсмотрщиков в огромной "зоне". Оно обязательно должно быть сословием отщепенцев, причем искусственно криминализованных, должно быть проникнуто преступным мышлением, чтобы быть способным контролировать - рублем, телевидением и дубинкой - полторы сотни миллионов человек, еще сохраняющих черты народа. Втиснуть происходящее в классовую схему истмата можно, но это сильно исказит реальность и затруднит ее понимание.

* Б.П.Курашвили так отмечает ущербность нашего понимания советской истории: она освещалась односторонне - у нас апологетически, за рубежом клеветнически. Значит, если найти "золотую середину" - упоминать, для равновесия, отрицательные явления, мы бы понимали прошлое лучше. Кстати, сам автор замечает, что в перестройке прибавилось очень немного фактов, порочащих социализм, все они были давно известны - значит, история подавалась не апологетически. Я бы даже больше сказал: начиная с 60-х годов в широких кругах интеллигенции (и даже партработников) восприятие советской истории стало по преимуществу очернительным. Нас учили видеть прошлое через все более и более черные очки.

* Но главное не в этом. Я считаю, что объяснение советского периода было не столько односторонним, сколько в принципе бьющим мимо цели, и никакими щепотками черноты дела было не поправить. Хотя правдоподобия было бы больше. Истмат, созданный для анализа "равновесных процессов" - плавных, стабильных состояний, просто не имел языка, чтобы описать происходящее в СССР. Он не проникал в суть явлений "на пределе возможного", а то и запредельных.

* Вот сравнительно простой пример - Алексей Стаханов. Как это - нарубить за смену 14 дневных норм угля? Читаем хоть в наших, хоть в западных энциклопедиях - одно и то же. Только у нас это пример социалистического трудового героизма, а там - фанатизм коммуниста. Не раскрыта суть, а здесь как раз зерно советского социализма. Как обстоит дело, если выйти за рамки истмата, в более широкое знание?

* Очень кратко, огрубляя, скажу так. Стаханову советский строй позволил вырваться из оков индустриализма с его отчуждением человека от предмета труда, от материала. Можно сказать, что Стаханов "прыгнул в постиндустриализм" или что "вернулся в Средневековье" - подошел к своему материалу, как Мастер. То есть, материал у него приобрел "душу", позволяющую мастеру "слиться с материалом", почувствовать его. Это особое отношение мастера и материала хорошо описано в уральских сказах Бажова. Что же мы знаем из воспоминаний шахтеров бригады Стаханова (в детстве я читал такую книжку)? Что Стаханов учил чувствовать уголь и искать в пласте невидимые равнодушному глазу наемного рабочего точки. Сегодня мы бы сказали "критические точки", "центры напряжения". А Стаханов говорил, что в них сосредоточена сила пласта. И умный шахтер не долбает уголь где попало: ударив в эту точку, он освобождает силу пласта, так что тот сам "выбрасывает" уголь, как взрывом. Стаханов научился "видеть" эти точки - и учил этому других. Разве явление Стаханова объяснить энтузиазмом или фанатизмом? Это же отговорки. Точно так же правильная наука индустриального общества не может объяснить способности йогов.

* Чудесные результаты советского периода были "затерты" отговорками. А значит, никто не докапывался и до причин, не дал верного описания условий, в которых возник Стаханов. А ведь в нем - тайна сталинизма. Не вся, конечно, но важная часть.

* ("Советская Россия". Октябрь 1996 г.)

*


Смотреть вперед

* Тот спор об истмате, что возник по моей вине, все же пошел по ненужному пути. Один испанский историк, который прочел все эти статьи, сказал мне, что похожий спор был и на Западе, но там нашли разумный выход: расширить рамки истмата. Считать, что всякий материалистический подход к истории правомерен и нисколько истмат не подрывает. Так что книгу Л.Н.Гумилева "Этногенез и биосфера" о том, как возникают народы в связи с природной средой обитания, цензура истмата разрешила бы печатать. И даже цивилизационный подход можно было бы использовать вместо формационного. Думаю, можно было бы и нам договориться. Тем более, что, как показывает наша история, тот "жесткий" истмат, который слишком уж ограничивает взгляд на реальность, утвердился у нас лишь в 50-е годы. Это, как ни странно, продукт "послесталинской" эры.

* Но встает и другой вопрос. В связи со статьями об истмате многие читатели упрекают: зачем нам сегодня эти оторванные от жизни темы? Газета должна рассказывать о бедах народа и помочь ему в борьбе за свои права. Я же думаю, что когда у советских людей исчезнет надежда на победу, тогда и отпадет нужда в осмыслении истории и возможного будущего. Останется лишь жажда выжить - через выгрызание у хозяев малых благ. Пока не все мы еще доведены до этого. Страдаем, но хотим понять, что парализовало волю народа, что свело с ума его интеллигенцию, почему 18 миллионов членов партии потеряли даже саму способность предвидеть опасность для дела, которому большинство их честно служило.

* Сегодня мы кое-что знаем о ходе событий: как велась холодная война, как плохо провел Хрущев "десталинизацию", как возникло течение "шестидесятников", как готовилась перестройка, как с помощью всей идеологической машины, у рычагов которой встал А.Н.Яковлев, создали хаос в умах людей. Есть и более четкое изложение всей механики дезориентации советского народа. Это - теория революции Антонио Грамши, которую применяли для разрушения устоев СССР начиная с 70-х годов. Мы знаем сам факт использования этой теории, но не знаем и не можем освоить самой теории, ибо уже она сама выходит за рамки истмата (хотя Грамши - коммунист).

* Это - фактическая сторона дела. Вопрос в другом: почему сознание советских людей оказалось таким беззащитным? Почему они (за исключением сельских жителей) под воздействием ТВ утратили, хотя бы временно, способность к рассуждениям исходя из здравого смысла?

* Важная причина в том, что в головы нескольких поколе